что там с тобой было?
- Кожа. Чувствительная очень.
- А ты меня помнишь? - спросил он.
- Я тебя помню.
- Я думал, ты сюда никогда не вернешься.
- Я вернулся. Сыграем?
- Мы тут в Техасе в игры не играем, чужак.
- Вот как?
- Ты по-прежнему думаешь, что техасцы - говно?
- Некоторые - да.
И я вновь оказался под столом. Вылез, встал и вышел. Дошел до борделя.
На следующий день в газете написали, что Роман не удался. Якобы я улетел обратно в Новый Орлеан. Я собрал шмутки и пошел на автовокзал. Добрался до Нового Орлеана, нашел себе законную комнатёшку и расположился. Пару недель хранил газетные вырезки, а потом выбросил. А вы бы что оставили?
ШЕСТЬ ДЮЙМОВ
Первые три месяца моей семейной жизни с Сарой были приемлемы, но уже немного спустя я бы сказал, что у нас начались неприятности. Она хорошо готовила, и впервые за много лет я неплохо питался. Вес начал набирать. А Сара начала отпускать замечания.
- Ах, Генри, ты начинаешь мне напоминать индюшку, которую фаршируют к Дню Благодарения.
- Так и есть, бэби, - отвечал ей я.
Я работал экспедитором на складе автомобильных запчастей, и зарплаты едва хватало. Единственными радостями у меня было пожрать, попить пивка и залечь с Сарой в постель. Не совсем полнокровная жизнь, но мужик должен брать, чего дают.
Сара - это уже много. На ней ясно читалось одно: С-Е-К-С. По-настояшему я узнал ее на вечеринке для работников склада. Сара там служила секретаршей. Я заметил, что никто из парней к ней и близко не подходит, и не понял, почему. Я никогда не видел более сексапильной женщины - да и дурой она не казалась. Я подобрался поближе, мы выпивали и беседовали. Она была прекрасна. Хотя что-то странное проскальзывало в ее глазах. Она на тебя смотрела, а веки, казалось, не моргали.
Когда она отправилась в уборную, я подошел к Гарри, водителю.
- Слышь, Гарри, - спросил я, - а почему никто из парней к Саре не клеится?
- Она - ведьма, мужик, настоящая ведьма. Держись подальше.
- Ведьм, Гарри, не существует. Все это уже давно опровергли. Все бабы, кого сожгли на колу в старину, - жестокая и ужасная ошибка. Ведьм просто не бывает.
- Ну, может, они и неправедно сожгли кучу женщин, сказать не могу. Эта же сучка - точно ведьма, поверь мне на слово.
- Ей одного нужно, Гарри, - понимания.
- Вот чего ей нужно, - ответил Гарри, - так это жертвы.
- Откуда ты знаешь?
- Факты, - веско произнес Гарри. - Тут два парня работали. Мэнни, продавец. И Линкольн, клерк.
- И что с ними?
- Они как бы исчезли прямо у нас на глазах - только медленно. Видно было, как они уходят, пропадают...
- Что ты имеешь в виду?
- Не хочу я об этом разговаривать. А то еше подумаешь, что я рехнулся.
Гарри отошел. Потом из дамской комнаты вышла Сара. Выглядела она прекрасно.
- Что Гарри тебе про меня наговорил?
- Откуда ты знаешь, что я с Гарри разговаривал?
- Знаю, - ответила она.
- Он был немногословен.
- Что бы они ни наплел, не бери в голову. Чушь это собачья. Я ему не дала, и он теперь ревнует. Ему нравится о людях гадости говорить.
- Меня мнение Гарри нисколько не волнует, - сказал я.
- У нас с тобой все получится, Генри, - сказала она.
После вечеринки она пошла со мной ко мне, и могу вам доложить: меня никто никогда так не трахал. Женщина всех женщин. Примерно месяц спустя или около того мы поженились. Свою работу она бросила сразу, однако я ничего не сказал, поскольку радовался уже тому, что она со мной. Сара сама шила себе одежду, сама себя стригла. Замечательная женщина. Весьма замечательная.
Но, как я уже сказал, еще через 3 месяца она начала замечать мне по поводу лишнего веса. Сначала - добродушные подколки, затем презрительные насмешки.
Вернулся я однажды вечером домой, а она говорит:
- Снимай свою дурацкую одежду!
- Что, моя дорогая?
- Я два раза не повторяю, ублюдок! Раздевайся!
Сара вела себя немного иначе, чем обычно. Я снял всю одежду и белье и кинул их на тахту. Она смотрела на меня.
- Кошмар, - произнесла она, - какая куча навоза!
- Что, дорогуша?
- Я сказала, что ты похож на здоровенный шмат говна!
- Послушай, милая, в чем дело? Тампон пора вставлять?
- Заткнись! Посмотри только, что у тебя по бокам свисает!
Она была права. С каждого бока, казалось, действительно свисало по мешочку сала, наползая даже на бедра. Затем она сжала кулаки и жестко заехала мне по каждому боку несколько раз.
- Надо разбить эту срань! Раздробить жировую прослойку, размять клетки...
И постучала по мне еше несколько раз.
- Ой! Больно, наверное!!
- Хорошо! Теперь сам себя стукни!
- Сам себя?
- Бей же, черт бы тебя побрал!
Я несколько раз себя ударил, достаточно больно. Когда с битьем было покончено, эти штуки по-прежнему висели на месте, хотя довольно сильно покраснели.
- Мы это говно из тебя выведем, - сообщила она мне.
Я прикинул, что это, должно быть, - любовь, и решил сотрудничать...
Сара начала считать мои калории. Отняла у меня всё жареное, весь хлеб и всю картошку, всю заправку к салатам, но пиво я себе оставил. Следовало показать ей, кто у нас в семье носит брюки.
- Нет, черт возьми, - сказал я, - от пива я не откажусь. Я тебя очень люблю, но пиво останется со мной!
- Хорошо, - ответила Сара, - все равно мы заставим его работать.
- Кого заставим работать?
- Я имею в виду, снимем с тебя это говно, доведем тебя до желаемого размера.
- А желаемый размер - это сколько?
- Увидишь.
