вполне искренне предлагали остаться, даже раскладушку нашли, но я отказался. Им вчетвером в двухкомнатной квартире тесно, и я не хотел мешать. Наврал, что мне и квартиру уже выделили служебную, и с работой у меня всё отлично, и зарплата большая. Пообещал приехать в следующие выходные.
На дороге к дому сверкнули фары знакомого чёрного внедорожника Дмитрия Игоревича. Подхватив сумку, направился к нему.
— Как прошло? — спросил он, когда я сел в салон.
— Хорошо. С отцом поговорил, с сёстрами познакомился. Великие демоны, как же хорошо, что вернулся.
— Какие планы на ближайшее будущее?
— До апокалипсиса я абсолютно свободен, — я улыбнулся. — Рассказывайте, что у вас за работа такая? Завтра выходить?
— Работа не самая обычная, но интересная и увлекательная, — сказал он, трогая машину с места. — Рассказывать не буду, покажу. У нас очередное ЧП. Когда сюда ехал, мне сообщили, что в одной из квартир на юге Москвы нашли убитую семейную пару. Кровь ещё не высохла, часа не прошло с момента убийства. Похоже, что ими демон полакомился. Как всегда, в доме паника, жители требуют, чтобы демона изловили как можно скорее. Такие, что людей жрут, самые неприятные из всех. Может, повезёт и мы его по горячим следам найдём.
Дмитрий Игоревич открыл окно и закрепил на крыше синий проблесковый маячок. Включив сирену, мы помчались по дороге, проигнорировав красный сигнал светофора.
— С демонами дрался когда-нибудь? — спросил он. — Хотя вопрос странный, учитывая, что ты десять лет в тёмном мире прожил.
— Было дело. Пистолет дадите?
Я видел, что у него под пиджаком было что-то, напоминающее кобуру большого пистолета. Если даже научные работники разъезжали с оружием, то ситуация в столице и впрямь не самая хорошая.
— Молодёжь, вам бы только пострелять, — он хмыкнул. — Потом, когда на стрельбище покажешь, что можешь в мишень попадать, а не себе в ногу. Только учти, что если попадётся какой-нибудь шибко разумный демон, то огнестрельное оружие на него может не подействовать. Где-то семь лет назад они начали какую-то магию использовать, что их пули брать перестали. Первое время таких было мало, а теперь каждый второй. Стреляешь, пули всмятку, а им хоть бы хны.
— Символ отражения, — сказал я, глядя в окно.
— Что? — не понял Дмитрий.
— Эта штука, которая их от пуль и стрел защищает, называется символом отражения.
— Откуда знаешь?
— Есть среди демонов энтузиасты, кто прыгает по разным мирам через разломы. Опасное занятие, чаще всего самоубийственное, но смельчаки находятся. Когда символ впервые появился, они обрадовались и принялись по мирам скакать, распространяя его. Как лесной пожар, расползся он по всем тёмным и не очень закоулкам. К нам такие тоже приходили.
— Ничего не понял.
— Не обращайте внимания, — я не стал вдаваться в подробности. — Можете считать, что это магия. Слабенькие демоны всего пару выстрелов выдержат, а потом символ сдуется. А вот сильные могут долго сопротивляться. Холодным оружием их надо бить, мечом или копьём.
— Да, — он невесело согласился, бросил на меня короткий взгляд. — Только демоны проворнее и сильнее человека.
Глядя в окно, я подумал, что совершенно не жалею о том, что переводил с мёртвого языка древние свитки и книги для храма. Даже если это принесёт огромные беды и печали, оно того стоило.
Конец августа выдался жарким, но к вечеру духота рассеивалась. Немного напрягал запах выхлопных газов, особенно когда едешь в плотном потоке машин. И если бы не проблесковый маячок на крыше, мы бы толкались в огромной пробке не меньше часа, а так — домчались за пятнадцать минут. Когда свернули с дороги в тихий дворик спального района, на столицу опустились сумерки. Ещё полчаса и окончательно стемнеет. Я уже и забыл, как много света бывает в городах. Мимо тебя постоянно проносятся машины, слепя фарами, уличное освещение, яркие вывески магазинов. Кажется, что не осталось ни одной непроглядной тени, где может притаиться хищник или злой демон, но это чувство обманчивое, дающее ложное ощущение безопасности. Ещё я обратил внимание, что людей на улице становится меньше. Что-то витало в воздухе, какая-то общая тревожность. Горожане спешили поскорее вернуться домой, где-то рядом женский голос звал сына с детской площадки.
У второго подъезда старенькой пятиэтажки стояла карета скорой помощи, рядом две машины полиции и чёрный микроавтобус с затенёнными стёклами. На переднем сидении последнего расположился немолодой мужчина, куривший и разговаривающий по телефону.
— Кто-то из одарённых? — спросил я у Дмитрия Игоревича, показывая на него.
— Скорее всего, — кивнул он, останавливая машину прямо посреди дороги, так как свободного места на парковке не осталось. — На случай массового прорыва демонов или если попадётся кто-то очень сильный.
Только когда мы вышли из машины, я заметил ещё несколько чёрных внедорожников, припаркованных в конце двора. Вряд ли одинаковые машины с затенёнными стёклами и странными номерными знаками принадлежали жильцам дома. У подъезда нас встретил невысокий упитанный мужчина в костюме, но без галстука.
— Вадим Петрович, — поздоровался с ним Дмитрий Игоревич. — Что-то серьёзное случилось? Ваши криминалисты уже приехали?
— Всё как обычно в таких случаях, — он махнул рукой, как бы говоря, что это обыденное дело, когда демоны людей едят. — Криминалисты в квартире работают. Второй этаж. Демон проник в квартиру через окно и убил семейную пару. Проходите, полковник вас ждёт.
Уже втроём мы вошли в подъезд с узкими лестницами. На первом же пролёте стояла парочка колоритных парней, в необычной экипировке. Тёмный камуфляж, пластиковые щитки на коленях и локтях, грудь тоже прикрыта чем-то похожим. В руках копья с широким лезвием и распоркой, чтобы удержать навалившуюся тяжёлую тушу, но в подъезде с таким оружием не развернуться. Скорее всего, они это тоже понимали, поэтому у каждого на поясе висел удобный тесак с широким лезвием. Если сталь хорошая, то за такой в тёмном мире можно было золота выторговать по весу, а может, и больше.
Дмитрий Игоревич военных знал, пожал руки, проходя мимо. У квартиры топтался полицейский в форме, но внутрь заходить не спешил. Упитанный Вадим что-то сказал ему и нас пропустили без вопросов. Квартира была небольшой двушкой, с крошечной прихожей и такой же кухней. В большой комнате работала пара криминалистов и пожилой мужчина в гражданской одежде, но мне показалось, что он тоже из полиции.
— Долго вы, — сказал нам полицейский, пожимая руку Дмитрию ну и мне заодно.
— Простите, отвык от этого жеста, — извинился я за то, что слишком сильно сжал его ладонь.
— Лев Ильич, знакомьтесь, Василий Молотов, — Дмитрий Игоревич положил мне руку на плечо. — Недавно вернулся из тёмного мира, где прожил десять лет. Он у нас большой
