Они оба окаменели, услышав, как за ними медленно останавливается машина. Обычно, она бы предположила, что это всего-навсего обеспокоенный водитель, остановившийся, чтобы предложить помощь. Однако, мигающие красно-синие огни привели ее к выводу, что помощь конкретно этого водителя в данных обстоятельствах совершенно нежелательна.
— Вот дерьмо! — прошипела она, как можно глубже погружаясь в кресло. — Ох, дерьмо, дерьмо, дерьмо!
— Спокойно, — твердо заявил Арчер, выглядывая между подголовником и сиденьем в попытке рассмотреть, что происходить позади. — Он вышел, разговаривает по рации. Нужно срочно что-то предпринять.
— Что, например? Внести пожертвование в фонд отделения полиции!? — огрызнулась она.
— Бл*дство, он смотрит на багажник, — пробормотал Арчер, и Джо почувствовала, как вся кровь отхлынула от лица.
— О, боже. Меня посадят, — выдохнула она.
— Нет, подожди, кажется, он смотрит на... заднюю фару? Мать твою, Джо, у тебя что, не горит задняя фара? — зарычал Арчер. Она закусила губу.
— Хм… не знаю? — предположила Джо. Честно, ей никак не удавалось вспомнить. Она была уверена, что меняла ее пару месяцев назад.
— Господи, он идет сюда. Сейчас спросит, почему мы остановились на аварийной полосе. Просто подыграй мне, хорошо? Все будет в порядке, — заверил он, опуская тяжелую ладонь на ее плечо. Она повернулась в кресле, вновь оказавшись к нему лицом.
— Хорошо. Что ты скажешь? — спросила она. Он скорчил гримасу.
— Я, как бы, болтать не собирался...
— А?
Рука на плече Джо сжалась и резко дернула ее вперед, отчего она вскрикнула. Времени на раздумья не было, когда его рот с такой скоростью завладел ее губами, что она даже не могла осознать, что происходит, и тут же его язык скользнул внутрь. Она оказалась выдернутой из кресла, наполовину упав на него, и под неудобным углом упираясь задницей в рычаг переключения передач.
— Что это за план такой?! — она ахнула, когда его губы двинулись вниз, целуя ее в подбородок. Все это время она много фантазировала о поцелуях Арчера, и ни в одной из ее фантазий не участвовала полиция.
— Просто целуй меня. Сделай вид, будто тебе нравится, — настаивал он, и она снова вскрикнула, когда его свободная рука обхватила ее грудь.
— Какого хре…
Он не собирался валять дурака со следующим поцелуем. Рука с ее плеча переместилась на затылок, вцепившись в волосы и с силой потянув за локоны. Его язык, казалось, был повсюду, запоминая каждую впадинку ее рта, в то время как другой рукой он проник ей под футболку. Как раз в тот момент, когда она почти потеряла сознание от недостатка кислорода, он отстранился достаточно, чтобы прошептать ей на ухо:
— Прикоснись ко мне, — голос был едва слышен. — Пять минут, Джо, притворись всего на пять минут, что хочешь меня.
«Да не вопрос».
Она с головой окунулась в следующий поцелуй, их языки вели ожесточенное сражение, а ее ногти царапали его грудь. Ей удалось повернуться так, чтобы полностью усесться ему на колени.
Вцепившись в ткань его футболки, она почти устроила ему приватный танец, когда по крыше машины раздался резкий стук. Это отвлекло ее от «представления», и она подпрыгнула, отстраняясь, чтобы посмотреть в окно.
— Прекратите! — рявкнул полицейский, склонившись у открытого окна. Джо попыталась слезть с колен Арчера, но тот крепко обнял ее за талию.
— Извините, офицер, — сказал он, и она была потрясена, услышав резкий акцент. — Рядом с ней я просто не могу сдержаться. Посмотрите на нее, вы сами бы смогли?
Джо почувствовала, как краснеет, и вытерла губы, нервно переводя взгляд с полицейского на Арчера.
— Съезжать на обочину незаконно, если это не чрезвычайная ситуация, — сообщил им офицер.
— Простите, мы... — начала бормотать Джо, но Арчер ущипнул ее за бок.
— О, это была чрезвычайная ситуация, офицер, — сказал он с нелепым акцентом. — Видите ли, сам я работаю в Арканзасе, и приехали сюда в отпуск. Мы только что поженились в Вегасе и едем навестить мою тещу, а моя хорошенькая маленькая невеста только что сообщила мне, что у нас скоро появится милая малявочка.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Джо чуть не охнула, но ей удалось вовремя остановиться. Она повернулась, чтобы посмотреть на Арчера, как бы говоря: «Ты совсем сбрендил?!» — взгляд, которым они часто обменивались между собой, но он смотрел на нее такими влюбленными глазами. Замерев, она наблюдала, как он поднял руку и убрал несколько выбившихся прядей ей за ухо.
— Поздравляю, — вздохнул офицер, затем посмотрел на шоссе. — Но вы не можете здесь останавливаться, и у вас не горит стоп-сигнал.
— Неужели? — застонал Арчер. — Я ей все время талдычу, как это опасно.
— Да, — согласился полицейский. — Возможно, просто провод отошел. Хотите, посмотрю?
Джо была почти уверена, что ее сердце остановилось. К счастью, Арчер не растерялся.
— О, не беспокойтесь, по возвращении домой я сам посмотрю. У нее весь багажник забит всяким мусором, полный бардак.
Джо громко заржала, но быстро закрыла рот обеими ладонями. Полицейский посмотрел на нее, но Арчер оставался совершенно спокойным. Наконец, глубоко вздохнув, офицер оглянулся на патрульную машину.
— Я отпущу вас с предупреждением, хорошо? Но почините фару, или получите штраф. А теперь отправляйтесь в путь и не останавливайтесь, пока не доберетесь до места назначения. Поняли?
— Полностью, сэр. Будь благословенен ваш день, слышите? — залепетал Арчер, широко улыбаясь офицеру. Джо чуть было снова не рассмеялась, но сумела скрыть смех за притворным кашлем.
— Хорошо. Двигайте уже.
Застенчиво улыбнувшись полицейскому, Джо скользнула обратно на свое место. Она чувствовала его взгляд за темными линзами очков-авиаторов. Сдерживая дрожь, она ждала, что сейчас он передумает и потребует ее водительские права и страховку.
Права, срок действия которых истек, и страховку, которой не существовало.
Но он больше не проронил ни слова, лишь строго кивнул и пошел к своей машине. Джо так долго смотрела на него в боковое зеркало, что Арчеру пришлось заставить ее двигаться. Она медленно выехала на полосу и затаила дыхание, когда полицейская машина пристроилась позади них. Около пяти минут они ехали в молчании, пока офицер не свернул к съезду.
— Срань господня, — она набрала полную грудь воздуха.
— Не то слово. Ты всегда так целуешься? Я многого лишился за эти годы, — поддразнил Арчер. Она вскрикнула от досады и сняла руку с руля, чтобы его треснуть.
— Иди на хрен! Думаешь, это смешно? Мы уже могли сидеть в тюрьме! — в панике закричала она.
— Знаю, но не сидим же, потому что я нас спас. Тебе нужно расслабиться, Джоджо. Успокоиться. Иначе ты так и до конца дня не протянешь, заработав сердечный приступ, — напутствовал он, и она почувствовала на затылке его пальцы, которые принялись легко разминать напряженные мышцы шеи.
Она сделала еще один глубокий вдох и сосредоточилась на дороге. На самом деле она не злилась на него за то, что он обернул все в шутку — так Арчер поступал всегда, это был его способ справляться с жизненными передрягами. Она привыкла к этому и даже ценила, потому что обычно это помогало ей успокоиться.
Нет, она была расстроена потому, что десять лет мечтала о поцелуе с Арчером Кэлхоуном. Грезила о нем, жаждала. Как он поцелует ее при свете полной луны и поймет, что она была всем, чего он когда-либо хотел в жизни, бла-бла-бла.
Ни разу ни одна из ее фантазий не включала труп, полицию или тисканье средь бела дня на переднем сидении машины на обочине 101-го шоссе.
Казалось бы, ей следовало быть благодарной за маленькое одолжение. Арчер ни разу не проявил к ней ни малейшего сексуального влечения. Если бы не их нынешняя хреновая ситуация, Джо, вероятно, никогда бы и не познала его поцелуя.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
И все же. В глубине сердца она чувствовала себя обманутой.
«Погоди-ка, ты серьезно расстраиваешься из-за этого, пока твой кавалер на одну ночь разлагается в багажнике твоей машины?»
