Цитадель Света противостояла бешенству урагана, хотя многие из ее зданий претерпели некоторые разрушения под действием бешеного ветра и проливного дождя. Словно в последней попытке продемонстрировать всю силу своего гнева, ураган обрушил на хрустальные стены Цитадели град величиной с человеческую голову. В местах ударов разбегались крошечные трещины, и вода сочилась сквозь них, стекая по прозрачным стенам подобно слезам.
Самый сильный удар грянул у самых покоев Золотой Луны, основательницы и хозяйки Цитадели. До магов донесся звон разбитого стекла, и все кинулись на помощь своей немолодой Первой Наставнице. К их изумлению, дверь в покои оказалось заперта. Маги стали стучать и просить позволения впустить их внутрь.
Низкий и неприятный голос, голос, который был одновременно и голосом Золотой Луны, и чьим-то чужим, приказал им оставить ее и вернуться к своим делам. «Другие нуждаются в вашей помощи, – сказала она. – Мне же помощь не нужна». Подавленные, озадаченные, многие сделали, как им было велено. До тех же, кто остался у дверей, донесся звук рыданий, отчаянных и надрывавших сердце.
– Она тоже теряет власть, – сказал кто-то. Думая, что поняли происшедшее, стоявшие разошлись.
Когда наконец занялся рассвет и взошедшее солнце залило кумачовым светом небо, застывшие в безмолвном ужасе люди увидели разрушения, происшедшие этой страшной ночью. Несколько магов отправились к Золотой Луне, но встретиться с ней им не удалось. Дверь по-прежнему оставалась запертой.
Шторм пронесся над эльфийским королевством Квалинести, отделенным от других стран не только сотнями миль, но и пропастью ненависти и недоверия. В Квалинести бушующие вихри вырывали с корнем гигантские деревья и швыряли их наземь, как бросает палочки участник квин талаши, популярной эльфийской игры. Силой ветра сотрясалась ветхая Башня Беседующего-с-Солнцами, а осколки бесценных витражей ее уцелевших окон дождем сыпались на землю. Поднявшаяся вода затопила нижние помещения недавно возведенной крепости Рыцарей Тьмы в Новом Порте и сделала то, что никогда еще не удавалось их врагу, – принудила их оставить свои посты.
Раскаты урагана разбудили даже разжиревших великих драконов, почти постоянно дремавших в своих логовах, заполненных богатой добычей. Шторм поколебал Пик Малис, лежбище Малистрикс, огромной красной драконицы, ныне именовавшей себя Королевой Ансалона, а в скором времени намеревавшейся, если удастся, присвоить себе звание Богини Ансалона. Потоки дождя образовали бурные реки, которые вторглись в кратер вулкана, служивший жилищем Малистрикс. Испаряясь из озера раскаленной лавы, вода образовывала огромные тучи губительного пара, заполнившие коридоры и залы. Мокрая, полуослепшая, задыхавшаяся от зловония, Малис металась от убежища к убежищу, выражая свое негодование страшным рыком, отыскивая сухое место, чтобы снова погрузиться в сон.
Так она добралась до нижних ярусов своей горной берлоги. Малис прожила на свете очень долго, и в некоторой мудрости, хоть и злобной, ей нельзя было отказать. В разразившемся урагане она почуяла что-то неестественное, и это обеспокоило ее. С ворчанием и жалобами, обращенными к самой себе, она направилась в Зал Тотема. Здесь, на выступе черной скалы, она складывала черепа меньших драконов, которых она истребила при своем появлении в мире. Серебряные и золотые, красные и синие черепа лежали огромной грудой, возвышавшейся, словно памятник ее величию. Вид их немного успокоил драконицу, вызвав воспоминания о выигранных битвах, о поверженном и пожранном враге. Дождь и завывания ветра не проникнут столь глубоко в ее горный дом, вспышки молний не побеспокоят ее сна.
Малис с удовольствием смотрела в пустые глазницы черепов и, видимо, задремала, так как ей вдруг показалось, будто те ожили и следят за ней. Она зарычала и затрясла головой, изучающе вглядываясь в мертвые глазные впадины. Озеро раскаленной лавы в самом сердце горы отбрасывало багровые отблески на побелевшие черепа, и казалось, что в их пустых глазницах загораются красные огоньки. Пробормотав несколько проклятий в адрес своего разыгравшегося воображения, Малис свернулась поудобнее вокруг тотема и заснула.
Другая из великих дракониц, зеленая, известная миру под впечатляющим именем Бериллинтранокс, также не могла уснуть в эту ночь. Лежбище Берилл располагалось на ветвях гигантских железных и красных мамонтовых деревьев, обвитых огромными ползучими лианами. Лианы так густо переплели их кроны, что обычно ни единой капли дождя не просачивалось сквозь эту живую кровлю. Но для ливня, который сплошным потоком извергался сейчас из клубящихся черных туч, этой преграды не существовало. Сначала одна капля проскользнула между листьями, потом другая, за ней – еще и еще. Разбудило Берилл непривычное ощущение, будто у самого ее носа плещется вода. Тут в одно из огромных мамонтовых деревьев, служивших опорой ее лежбища, внезапно ударила молния. Пламя мгновенно охватило всю крону, питаясь дождевой водой, словно лампадным маслом.
Разгневанный рев драконицы послал ее собратьев спешно гасить пламя. Драконы, красные и синие, которые решили присоединиться к Берилл, чтобы не быть уничтоженными ею, носились с дерева на дерево, срывали горящие ветки и швыряли их в море. Дракониды топтали горящие лианы, гася огонь грязью и глиной. Захваченные ею заложники и заключенные тоже сражались с огнем. Многие погибли, но все же лежбище Берилл удалось спасти. Однако, несмотря на это, следующие несколько дней она находилась в ужасном расположении духа, убеждаясь в том, что случившееся было результатом магических действий ее красной родственницы. Берилл намеревалась когда-нибудь захватить власть во владениях Малис. Взращивая и восстанавливая свое лежбище (ее колдовская способность воссоздавать разрушенное сильно уменьшилась в последнее время, что она также считала кознями Малис), зеленая драконица лелеяла свои заблуждения и вынашивала планы отмщения.
Келлендрос Синий (сменивший свое прежнее имя Скай на другое, более звучное, которое означало «Шторм над Ансалоном») был одним из немногих драконов-уроженцев Кринна, уцелевших в Последней Битве Драконов. Теперь он правил Соламнией и сопредельными с ней землями. Также он был надзирателем острова Шэлси и Цитадели Света, которую сохранил, ибо, по его собственному утверждению, находил забавным наблюдать за борьбой слабых человеческих созданий с возраставшей силой Тьмы. Истинной же причиной, по которой он позволил Цитадели пребывать в безопасности, были его отношения с ее хранителем, серебряным драконом по имени Мирроар. Когда-то Скай и Мирроар были смертельными врагами; теперь же, испытывая одинаковое отвращение к новым великим драконам, явившимся издалека и уничтожившим столь многих из их братии, они если и не сделались друзьями, то во всяком случае перестали враждебно относиться друг к другу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
