Читаем без скачивания 2008_35 (583) - Газета Дуэль

Все эти недостатки статистики совершенно открыто признавались советскими экономистами ещё в брежневские времена и о них широко писали в прессе. Однако ничего лучшего придумано не было, и официальная статистика продолжала опираться на прежние принципы исчисления. Для дополнительного контроля за ситуацией в экономике советские экономисты внимательно изучали такие факторы, как потребление электроэнергии промышленными предприятиями и объём грузоперевозок по железной дороге, которые давали пусть косвенные, но зачастую более объективные сведения о состоянии дел.

Когда в советские времена западная пропаганда на «Голосе Америки» и радио «Свобода» сравнивала какие-то моменты советской и американской экономик, то они использовали различные критерии в зависимости от темы передачи. Если сравнивались зарплаты у нас и у них, то американские аналитики любили оперировать не официальным курсом рубля, а курсом доллара на чёрном рынке СССР. Когда же оценивались военные расходы стран, то тоже не использовался официальный курс, а применялись кратные поправочные коэффициенты в противоположную сторону.

Ситуация за рубежом также демонстрирует порой совершенно фантастические вещи.

Иран, где я был шесть лет назад, страна среднего уровня развития. Население одето, обуто, накормлено. Всеобщее школьное образование, включая детей кочевников, общедоступная медицина, работают заводы, фабрики, строятся новые жилые кварталы, железные и шоссейные дороги, атомная электростанция. Но в долларовом исчислении заплаты редко превосходили в то время сто евро, что совершенно не отражало экономический и военный потенциал страны.

Ещё более разителен пример Северной Кореи. В долларовом эквиваленте северокорейского чёрного валютного рынка зарплата северокорейских офицеров не только не сравнима с южнокорейскими, но и уступает доходам, получаемым танцовщиками африканских племён, выступающими перед туристами в африканских заповедниках с ритуальными боевыми танцами. Формальное сравнение экономик обеих Корей в долларах таково, что может создаться впечатление, что у северокорейской армии нет средств даже на приобретение луков, копий и щитов из буйволиной кожи.

В своё время, ещё до разработки в Северной Корее ядерного оружия, я задал человеку, близкому к их посольству в Москве, вопрос: почему Южная Корея, которая, среди прочего, имеет вдвое большую численность населения, так боится северокорейской армии? Он ответил: северокорейскую армию боится не только Южная Корея, но весь мир.

И вот сегодня как в России, как и в других республиках СНГ и Восточной Европы наступил этап «перевода статистики в соответствие с международными стандартами». Грубо говоря, она стала исчисляться по объёму реализации товаров и услуг, в долларах. И тут начались совершенно фантастические вещи.

Начнём с того, что сравнение с экономикой СССР стало в значительной степени просто невозможным за отсутствием соответствующей статистики, которая искусственно препарируется. Только в Белоруссии мне удалось легко получить официальные данные, которые отражали производство не только в долларовом исчислении, но и в натуральном эквиваленте, — властям этой республики было не стыдно давать эти данные прессе. Однако в России, как, впрочем, и на Украине, «лукавая цифра» статистики подробно расписывает «прогресс» банковских операций, ставки кредитов, курс доллара, чего угодно, но только не реального производства в тоннах и штуках. Однако, хотя этот учёт по некоторым позициям всё же существует, он пребывает только для внутреннего пользования.

В нашей областной администрации мне, как журналисту, предоставили эти данные, очень неполные и урезанные, через месяц моих настойчивых просьб. Чтобы сопоставить их с советской статистикой, мне пришлось просмотреть в областной научной библиотеке подшивки советских газет за начало 1991 года — в то время подобные цифры не были столь закрыты, как сейчас, и их печатали в общедоступных газетах. Моё предположение о падении сельскохозяйственного производства в нашей области приблизительно вдвое по сравнению с советскими временами подтвердилось. Но где хвалёная «прозрачность», гласность и открытость нынешней экономики?

Первой страной Восточной Европы, которая, согласно официальным данным, восстановила и превзошла несколько лет назад «дореформенный уровень», явилась Польша. Если будете в Польше, то поговорите с простыми поляками, посмотрите из окна туристского автобуса на заросшие кустарником поля, постарайтесь побывать на остановившихся заводах и шахтах. После этого вы явственно поймёте, что на деле в польской экономике царит апокалипсис ХХI века.

Так называемый «успешный рост украинской экономики» в процентном отношении чётко коррелирует с мировыми ценами на сталь (главный продукт украинского экспорта). Хотя рост производства стали в тоннах незначителен, но головокружительный рост экспорта в долларовом эквиваленте всё дорожающего металла налицо. Не забудем, что для производства металла и продуктов химической промышленности Украина использует в огромных количествах практически дармовой российский газ (по технологиям, не применяемым в мире из-за их дороговизны), и, таким образом, почти весь украинский экспорт стали есть ничто иное, как завуалированная спекуляция российским газом.

У программистов есть такой хороший термин — «интуитивно понятные программы». Настоящий, а не бумажный рост экономики всегда интуитивно понятен, он чувствуется, он заметен даже туристу. Например, белорусские колхозники рассказывали мне, что у них в колхозах при СССР никогда не было так много хороших новых тракторов и другой сельхозтехники, как сейчас. Поэтому никаких сомнений в том, что Белоруссия действительно превзошла советский уровень производства, у меня нет. Хотя заработки в долларовом эквиваленте в Белоруссии в несколько раз ниже, чем в странах Западной Европы, по уровню промышленного и сельскохозяйственного производства она сегодня превосходит многие из них. Я в Европе жил и работал, так что несу ответственность за свои слова.

Глядя на необработанные поля России и Украины, зная про остановившиеся или работающие на малую часть производственной мощности заводы, всем интуитивно понятно, что их экономика, как и большинства других республик СНГ, в руинах. Но лживая статистика искусственно затуманивает ситуацию. Более того, падение производства продолжается, останавливаются даже такие предприятия, которые успешно функционировали ещё десять лет назад в условиях рынка, например, молокозаводы, табачные и чаеразвесочные фабрики. Но растут заработки в долларовом эквиваленте на фирмах класса «рога и копыта». Интуитивно понятно, что идёт паразитирование на прямом и завуалированном экспорте всё дорожающего сырья. Однако, когда я поставил вопрос в такой плоскости в пресс-службе нашей областной администрации, на меня удивлённо подняли глаза: вовсе нет, это бизнесмены и инвесторы подымают экономику!

Рассмотрим поближе странные фокусы рыночной статистики. Предположим, на Рублевском шоссе построена шикарная вилла, а в некоем богом забытом колхозе российского Нечерноземья методом хозстройки в это же время построен цех для сбора и переработки навоза и стоков с фермы. И в том, и в другом случае было использовано приблизительно одинаковое количество стройматериалов и человеко-дней. В соответствии со старой советской методикой, обе стройки были бы равноценны по своему вкладу в национальный доход страны. Конечно, лукавая советская статистика позволяла во многих случаях делать приписки, которые искажали истинные данные на проценты, иногда даже в разы, но отнюдь не в сотни раз!

Прохладительные напитки. При СССР их производство мерили в литрах, и любимым напитком населения был квас, который продавался по 12 копеек за литр в экологически чистую тару — бидончики. Ныне вместо него продают «торпеды» в пластиковых бутылках. Где «прозрачная» статистика про то, во сколько раз меньше российский гражданин имеет теперь возможность утолить жажду? Не будем уже касаться ни того, что в отличие от богатого витаминами и ферментами кваса, основой всякой Колы, что бы ни писала реклама, является поджаренная карамелизированная патока. Кроме того, там зачастую для экономии используются вместо сахара «подсахариватели» типа сахарина, который из-за своей токсичности после войны был запрещен в СССР к применению в пищевой промышленности.

Конечно, есть области, где действительно происходит рост, причём очень существенный по сравнению с советскими временами — это связь, компьютеризация и телекоммуникации. Пусть даже он идёт за счёт импортного, а не отечественного «железа», на пиратских компьютерных программах, а Интернет зачастую работает на устаревших серверах прошлого поколения, которые западные провайдеры списали и продали за бесценок российским фирмам. Однако этот рост ни в коей степени не компенсирует полного обвала всей остальной экономики России, что бы об этом ни заявляла путинская и медведевская лукавая официальная «статистика».