- А что... что ваш завод еще выпускает? - убитым голосом произнес диверсант.
- Кипятильники, электрические сковородки, - гордо принялась перечислять уборщица, - утюги с регулятором.
- И все?
- Ну еще транзисторный чайник осваиваем, но это вряд ли в скором времени будет, так что я тебе не советую дожидаться.
Бильдюгин вспомнил восторженный рассказы главного инженера о своем изобретении.
- Потрясающая штука, загранице нос утрем, - с ненавистью передразнил агент 008, - я этому Иванову... я ему ноги переломаю, клопов в квартиру напущу.
- А он сейчас на картошке, - сочувственно заметила уборщица.
- Тогда... тогда директору этого несчастного заводика.
- Тоже ничего не получится, - покачала головой уборщица. - Он в командировку уехал, в Бельск.
- Куда? Куда? - зловеще переспросил Карп Карпович.
- В Бельск, в соседнюю область.
- Ты что, старая кочерга, издеваешься, - заорал шпион по-английски. И, увидев, что уборщица не понимает, тут же перевел фразу на русский. Что ты мне морочишь голову, мы же сейчас находимся в Бельске.
- Нет, милок, ты не туда забрался, - спокойно возразила уборщица. Это город Пельск, а Бельск отсюда за четыреста километров с гаком.
- Проклятая проводница, проспала, разбудила не там, где надо, прошептал Бильдюгин. И изумленная уборщица увидела, что ее собеседник в одну минуту стал совершенно лысым. - Я этого так не оставлю, я буду жаловаться в Министерство путей сообщения, я до министра дойду. - И, припав к плечу уборщицы, Джеймс Бонд глухо зарыдал.
ГЛАВА 10. Конец агента
Агент 008 вернулся домой за полночь. Спешить было некуда. Самолет улетел, где-то в международных водах Бонда еще ждала подводная лодка, но через несколько часов и она уйдет ни с чем. Шпион и не пытался на нее успеть. Он знал, что без чертежей ему туда лучше не показываться. Хозяева не посмотрят на прежние заслуги и переведут его в делопроизводители.
Железный Джо взял веревку и вышел во двор. Он подошел к старому, видавшему всякие времена, тополю, перекинул через его толстый сук конец веревки, сделал петлю попрочнее и вдруг отпрянул. Диверсант вспомнил, что страховой полис остался у него зашитым в подкладку носового платка. "Пожалуй, не найдут" - вяло подумал он, вынул голову из петли и в последний раз пошел в комнату чтобы привести в порядок документы.
Выйдя во двор, шпион окинул его прощальным взглядом. Тополя не было. На его месте стоял пенек чуть выше человеческого роста. Повеситься на нем не представлялось никакой возможности. В дальнем конце двора двое мужчин, стоя на раздвижной лестнице, отпиливали верхушку могучей липы. Диверсант беспомощно огляделся - ни одного порядочного сука во дворе не осталось. Все деревья стояли голые, как трубы крематория.
Бонд, шатаясь, вышел со двора. Он брел, не разбирая дороги, по газонам, по рельсам. На какой-то улице он заметил вывеску "Кафе", зашел внутрь и заказал вареное яйцо и бутылку водки. Залпом осушив стакан, шпион очистил яйцо и кусочком скорлупы принялся задумчиво выцарапывать на клеенке: "Не имеется в жизни щастья". Сидевший за соседним столиком полный мужчина с веселыми глазами и грустным носом перегнулся через плечо Джеймса и с любопытством следил за рождением фразы.
- Да, - с жаром воскликнул он, дочитав до конца, - разрешите под этим подписаться!
- А? - спросил диверсант.
- Разрешите пожать вашу руку, - сказал толстяк, - нет, не эту. Ту, которой вы писали. Моя фамилия Ниткин и я с вами совершенно согласен.
- А, - повторил Бонд.
- Нету, - подтвердил мужчина. - Вы мне симпатичны, поэтому я от вас не стану скрывать - нету.
- Чего нету, - мрачно удивился шпион.
- Ничего нету. Счастья нету, постоянства нету, Иван Иваныча нету...
- Какого Иван Иваныча?
- Того, который был в горисполкоме. Можете себе представить, его оттуда освободили.
- Наплевать, - отмахнулся агент 008.
- Как это наплевать? - возмутился собеседник. - Когда три месяца тому назад меня уволили с железной дороги, кто предоставил мне должность директора горторга, может вы? Нет, не вы, а Иван Иваныч. А когда меня освободили за развал, кто перебросил меня на руководство коммунхозом? А кто потом рекомендовал меня начальником РЖУ?
- Что, что? - переспросил Джеймс Бонд, мучительно стараясь сосредоточиться. - Кем вы еще работали в последнее время?
- Лучше спросите, кем я не работал. Телефонным узлом командовал, в больнице завхозом был, отделом руководил на заводе электрочайников.
- А сейчас, - зловещим шепотом поинтересовался диверсант, сейчас вы кем?
- Начальник треста по озеленению, - представился толстяк и грустно добавил, - пока. Вряд ли я и тут долго задержусь - везде интриги, подкопы. - Но диверсант уже не слушал. Он начал прозревать. Так вот тот человек, который все время стоял на его пути, человек, по вине которого он, агент 008, потерпел такое фиаско, перестал верить в себя, загубил блестяще начатую карьеру!
- Ну, погоди, - процедил Бонд, сжимая кулаки и поднимаясь со стула. Негодяй! Бездельник! Туне... втуне... тунеядец. - Лицо его постепенно принимало цвет гемоглобина.
- Выселить тебя мало, прописки лишить! Работу везде развалил!
- Но-но. Попрошу выбирать выражения, - пригрозил Ниткин, сползая на пол и пятясь задом под стол. - Я вас... я вам, я вам... руки не подам. Защищайся! - и он снизу дернул шпиона за ногу и повалил его прямо на себя. Сцепившись, они покатились в сторону раздаточной. Драка продолжалась недолго. Через полчаса соперники уже стояли перед стола дежурного по отделению милиции.
- Фамилия, имя, отчество? - сурово спросил младший лейтенант.
Шпион молчал, потухшим взглядом уставившись на решетку окна.
- Ваша фамилия? - повторил дежурный.
Бонд, закусив губу, тоскливо смотрел на проплывавшие за решеткой облака.
- Успокойтесь, гражданин, - приветливо сказал младший лейтенант, выпейте чаю, закурите, будьте как дома. Итак, ваша фамилия?
Подбородок Железного Джо задрожал, кадык заходил ходуном.
- Пишите, - решительно заявил диверсант. Бильдюгин, он же Щукин, он же Карасев, он же Джеймс Бонд, агент 008.
Он перевел дух и заискивающе глядя на младшего лейтенанта, добавил: Прошу учесть, показания даю добровольно...
ЭПИЛОГ
Происшедшее с Джеймсом Бондом, разумеется, нетипично, потому что ротозеи, лентяи, разгильдяи, рвачи, спекулянты и прочий отрицательные типы - это всегда находка для классового врага, невольные его пособники. Ах, если бы наоборот! Вот мы так и написали, наоборот. В плане иронической мечты, доведенной до абсурда. А поскольку абсурд очевиден, постольку авторы горячо присоединяются к тем людям, которые борются с безалаберщиной, неорганизованностью, недисциплинированностью.
