Читаем без скачивания Страсти по Адели - Татьяна Тронина

– Неудобно. Ладно, подумаю, – промямлила Алиса.

Анатолий, кажется, повеселел, и спросил уже с другой интонацией:

– Как там сын, кстати?

– Хорошо. Хотя я ужасно переживаю за него…

– Повод есть? – быстро спросил Анатолий.

– Нет. Просто он так далеко от меня…

– Хочешь все контролировать? А нет, надо уже отпустить мальчика! – деловито произнес Анатолий. – Пройдет у тебя. Я тебе как психотерапевт заявляю – правильно сделала, что отправила сына в свободное плавание. Болезненная ситуация, зато ты решила вопрос радикально, иначе бы продолжила опекать сына до старости. Я вообще предпочитаю в своей практике радикальные методы и неожиданные решения. Чего тянуть кота за хвост…

– Ты прав. Ничего страшного, напрасно я переживаю… Кстати, Игорь – мой бывший, его отец – буквально не нарадуется на сына, свекровь внука обожает. Заявили, что квартиру в Питере Максу завещают, – призналась Алиса.

– Разве так можно? У твоего ж Игоря еще дети есть, и там проблемы, в той семье, насколько я помню…

– Я не знаю про завещание точно, но по дарственной, что ли, собираются передать. Я против. Нам с сыном ничего не надо.

– Не вам, а тебе. Тебе-то, правда, ничего не надо, а Максу нужна компенсация, он без отца вырос, – фыркнув, возразил Анатолий.

– И Максу ничего не надо.

– Мусатова, я от тебя дурею… – зарычал Карташов. – Сколько тараканов в твоей бестолковой головушке!

– Не кричи на меня. Все, приехали. Спасибо.

– Алиса…

– Все, пока-пока! – Алиса уже у подъезда все же обернулась, помахала рукой. Черный внедорожник сорвался с места. «Как же Толик не боится так лихачить… Хотя тут на днях рассказывал, что буквально загипнотизировал дорожного полицейского, и тот его отпустил. Сочинил, наверное!»

Дома Алиса заварила чай, отрезала кусочек сыра – больше есть не хотелось. Потом спохватилась, положила свой мобильный перед собой на стол, не звонил ли кто? Нет, не звонил. Наверное, Катаев передумал.

И на следующий день он не позвонил, и на второй тоже. На третий Алиса уже почти забыла о своем бывшем пациенте. Однако вечером, около девяти, когда она лежала на диване, читая старый зарубежный детектив, взятый из библиотеки родителей, раздалась трель мобильного, на экране высветился незнакомый номер.

– Да, слушаю.

– Алиса Николаевна… Это Катаев. Помните меня?

– Помню, – спокойно произнесла Алиса, хотя сердце ее тревожно забилось.

– Вы что завтра делаете?

– У меня выходной.

– Отлично. Давайте сходим в какое-нибудь кафе. Завтра, часа в четыре. Как вам такая идея?

– Я не против.

– Тогда я за вами заеду, да?

«Это что же, мало ему телефона, еще и адрес теперь мой хочет узнать?» – почему-то напряглась Алиса. Она не привыкла столь быстро открываться перед почти незнакомыми людьми. Опасности никакой, это же известный человек, да и кому она нужна, тоже мне роковая женщина, но…

– Давайте лучше сразу на месте встретимся, – решила она.

– Как скажете. Я чуть позже или даже завтра с утра вам эсэмэской адрес кафе сброшу, уточню его только… Столик тогда на четыре, как договорились, забронирую.

– До встречи… – пробормотала Алиса и нажала на кнопку отбоя.

Некоторое время она еще лежала с открытой книгой на коленях. Затем вскочила, уронив томик детектива, и бросилась к шифоньеру с одеждой… Распахнула дверцы и судорожно принялась перебирать вешалки. «Ничего приличного… Брюки с джинсами да рубашки… Ну а зачем мне наряды, если я все равно целый день в белом халате?! А, вот платье с прошлого корпоратива! Завотделением, помнится, похвалила…»

Но платье показалось Алисе слишком ярким, вызывающим, не для первого свидания. Она же не собирается соблазнять Катаева, не хочет показать, что этот мужчина, возможно, ее последний шанс. «Да и вообще, ничего не получится!» – с отвращением подумала Алиса и снова бухнулась на диван с книгой. «Оденусь как всегда, специально стараться не стану. Все равно я ему не понравлюсь… Толик прав – муж не решит моих проблем, мне надо мозги на место поставить…»

Она вдруг вспомнила свой первый и единственный брак, оказавшийся и удачным, и несчастным одновременно. Удачным в том смысле, что родился Рыжик, ее обожаемый мальчик. И неудачным, потому что на этом все плюсы семейной жизни и закончились.

Роды оказались сложными, тяжелыми, и сразу после них Алисе сделали операцию, в результате которой она больше не могла иметь собственных детей. Драма, да, но ведь не трагедия? Один ребенок есть, и слава богу… Но дело в том, что Игорь был нацелен на большую семью. Он хотел двоих, троих, а то и больше детей. Он, шумный, веселый и энергичный, был полон душевных и физических сил. Человек-электромашина. Масса друзей, громадье планов, широкая душа, безудержная любовь к жизни…

В голове Игоря, приверженца старинных традиций, рисовалась некая идеальная картина: большая семья, во главе которой стоял он – мужик и хозяин. Он строит, пашет и кормит, а рядом хлопочет по хозяйству милая женушка, и бегает много славных малышей вокруг. Так он, Игорь Мусатов, завоевывает окружающий мир – и делами, и своим семенем. Так он расширяет свои владения.

А операция, которую врачи были вынуждены сделать Алисе, перечеркивала все планы Игоря. К тому же, как оказалось, Алиса не подходила на роль милой и хлебосольной женушки. Она интроверт по складу характера, внешне спокойная и закрытая, всегда стремилась держать с окружающими некую дистанцию. К тому же беспокойство за сына (а Алиса паниковала по любому пустяку: из-за обычной простуды, из-за режущихся зубов) делало ее в глазах мужа скучной, тревожной, неинтересной… Будь на его месте какой-то другой мужчина, с иным складом характера, возможно, и обошлось бы, выровнялась бы семейная жизнь и были б все счастливы. Но нет. Игорь взбунтовался. Как? Разве он не хозяин собственной судьбы? Неужели с этим надо смириться? Да ни за что!

Когда Максиму исполнился год, Игорь ушел из семьи. Так и сказал на прощанье: «Я хочу стать счастливым и стану им. У меня одна жизнь!»

Это было самое тяжелое для Алисы время. Она училась в медицинском, ей пришлось на год взять академический отпуск, чтобы сидеть с маленьким сыном. Потом пошла доучиваться – мама настояла. Мама помогала с Максом, уволилась с работы, чтобы сидеть с внуком. Отец уже болел сильно, за ним тоже нужен был уход. Игорь пытался помогать, приносил деньги, иногда гулял с сыном… Но Макс, чахлый и болезненный в детстве мальчик, никак не подходил на роль сына Настоящего Мужика. Макс признавал только Алису, учиться играть в футбол не желал и часто ревел, словно девчонка…

Игорь пилил Алису за то, что она неправильно воспитывает сына, Алиса тихо ненавидела Игоря за то, что тот, по ее мнению, недостаточно любит Макса и иногда кричит на него. Сама Алиса не только не повышала голос на своего мальчика, но, кажется, ни разу не шлепнула его, даже в сердцах…

Алиса закончила обучение в медицинском, отец умер, мама тоже хворала, Макс не вылезал из простуд. Спорить и ссориться с приходящим по выходным Игорем стало настолько невыносимо, что однажды Алиса как-то сорвалась и полностью изгнала бывшего мужа из своей жизни. Хочет с сыном встречаться – пожалуйста, но только на нейтральной территории, вдали от Алисы…

А Игорь взял да и уехал вовсе из Москвы, в Питер, к родителям. Там открыл свое собственное дело – рекламное агентство и встретил Людмилу. Милу, как ее называл Игорь. Такую же шумную, веселую, сильную, пышущую энергией, как и он сам. Очень здоровую девушку (о чем настойчиво упоминал в редких телефонных разговорах с Алисой).

Когда Максу исполнилось лет девять, Мила родила первого ребенка. Еще через год – второго. Все беременности у Милы протекали идеально, без токсикозов и осложнений, роды были наилегчайшими, без криков, боли и разрывов; грудного молока – хоть отбавляй (и никаких маститов причем!). Сами детки – мальчики Борис и Глеб – отличались крупными размерами и не менее богатырским здоровьем.

Похоже было, что начала сбываться мечта Игоря о настоящей семье.

Чувствовала ли Алиса боль после общения с Игорем и своей бывшей свекровью?.. Да уж, неприятный осадок точно оставался. По всему выходило, что сама Алиса исключительно неудачная, проблемная женщина, которая даже родить толком не смогла, мужа рядом не удержала. Конечно, никто напрямую Алисе подобного не говорил, но ликующие нотки в голосе свекрови и особенно интонации Игоря намекали на это.

Бывший муж был откровенно счастлив. Он получил то, что хотел, ту самую настоящую семью, о которой мечтал. Насколько знала Алиса, Игорь и зарабатывал вполне прилично. Такой вывод она сделала, судя по суммам, что он стал пересылать Алисе (на алименты она не подавала). Тем не менее сыну Игорь звонить перестал. Потом и Алисе. От него они получали только деньги, и все.

Примерно через год вдруг раздался звонок от Эммы Станиславовны. Вела она себя как-то странно: плакала, бессвязно требовала, чтобы Алиса как медик разъяснила ей что-то… Алиса ничего не поняла, да и свекровь вдруг прервала разговор.