Однако в данный момент перед ним стояли две задачи. Надо было, во-первых, попросить Галку заказать билет в Мюнхен. Всегда можно было заехать вернуть его без особых проблем, хотя в агентстве, конечно же, удивятся тому, что он приехал сам. Бог с ними — вряд ли они будут звонить в офис в связи с этим. Сначала он подумал, что возьмет два билета на какой-нибудь испанский курорт. Потом вспомнил, что для поездки в Испанию нужна виза — у него-то она была, многоразовая, но вот у Алены едва ли. Придется ехать куда-нибудь попроще — на Кипр или в Турцию, где визу можно купить прямо в аэропорту. Вдруг пришла в голову мысль, что билетов в разгар курортного сезона может и не быть, и стало немного тревожно: он давно не сталкивался с такими проблемами, предоставляя все решать Галке. Она-то точно достала бы билеты хоть на край света, вот только знать о поездке ей не полагалось вообще.
Серега! Он совсем забыл о своем компаньоне, который весьма удивился бы, что Павел едет в Европу доделывать его работу, поскольку он заключил выгодный контракт. Надо было срочно предупреждать Сергея, да еще и удостовериться в том, что он не проговорится своей Анне. Но что сказать ему? Соврать, что едет с какой-нибудь девчонкой проветриться или… Или сказать правду — тот мог и с билетами помочь, и вообще Павел вдруг почувствовал, что ему надо срочно с кем-то поделиться своей проблемой. Сергей, пожалуй, подходил для этой цели лучше кого-либо другого. Он вдруг поймал себя на мысли, что выбора-то особого у него нет: все его друзья были из Ириного круга и, конечно, он бы не стал с ними делиться. Ромка — мозговой центр его компании — пожалуй, не смог бы правильно его понять, хотя с ним бы Павел поделился охотнее.
* * *
Он рассказал все Сереге за обедом — они поехали в тихий ресторанчик недалеко от офиса. Тот слушал внимательно, задавал кое-какие вопросы по поводу их отношений в прошлом. Когда Павел закончил, наступила тишина.
— И что ты собираешься делать?
— А что бы ты сделал на моем месте? — ответил Павел вопросом на вопрос, чувствуя, что приятель не слишком одобряет его очевидное намерение пойти на поводу у Алены.
— А хрен его знает, — задумчиво проговорил тот. — Но я точно сперва попытался бы убедиться, что тут все чисто. Ты уверен, что она не врет?
— Уверен. — Павел вдруг поймал себя на мысли, что ему и в голову не пришло засомневаться в словах Алены. — Не представляю, чтобы человек такое на себя наговорил. Да и давно я ее знаю — не способна она на ложь.
Сергей чуть заметно усмехнулся. Хотел было заметить, что влюбленная баба на все способна, но промолчал. А может, Пашке просто хочется провести с ней эти десять дней — пусть едет, разве ж он против. И покроет в случае чего, и поможет, если надо. Правда, страдает его репутация как человека удачливого в контактах и контрактах, ну да ничего, переживет. Он старался себя утешить — мол, ничего особенного в этом нет, небольшая интрижка, но все равно какая-то тревога за друга не давала отнестись ко всему легко.
— Паш, ты езжай, конечно, раз решил. Не вопрос — все, что зависит от меня, будет в лучшем виде. Но ты там поосторожнее с ней, лады? Не нравится мне эта девчонка, как пить дать, не нравится…
До звонка Алены оставалось пять дней.
5
Настроение мужа она угадывала всегда — независимо от того, говорили они по телефону или он находился рядом. Вот и сейчас, повесив трубку, Ира почувствовала, что у него что-то не так, более того, она поняла, что этим «не так» он не собирается с ней делиться. Возможно, это были деловые проблемы, но о них он обычно рассказывал жене. Личные дела? Ирина усмехнулась: она была уверена в Павле как в самой себе и могла поклясться, что у мужа нет никого на стороне. Надо обязательно вытащить его в гости, решила она, как бы он ни сопротивлялся и как бы ему это ни было неприятно. А уж там она постарается понять, что у него стряслось. Ира, конечно, могла позвонить Галке и спросить — секретарша наверняка что-то там унюхала, но Ира не собиралась обсуждать с приятельницей свои взаимоотношения с мужем. Она была уверена, что сама сможет все узнать.
К Тишковым на самом деле хотелось пойти — в отличие от мужа ей нравилось появляться время от времени на людях, блистая модными нарядами и элегантностью. Ира любила красиво одеваться, тщательно следила за собой — благо, средства позволяли, и ей действительно хотелось продемонстрировать собственную ухоженность. В конце концов, надо же хоть иногда общаться с людьми, не все же в офисе торчать! Правда, они часто выезжали с друзьями на шашлыки, но туда парижские наряды не наденешь, в пикниках на природе свой, совсем другой смак. К тому же там будут все ее родственники, с которыми она не так часто видится.
Но в глубине души Ира понимала, что хочет пойти в гости совсем по другой причине. Она знала, что там собирается быть человек, с которым она давно хотела встретиться, но не так, чтобы позвонить, договориться и пойти, а как бы случайно, и так же ненароком завести разговор о том, что мучило ее. Она понимала, что лучше бы вначале поговорить с Павлом, но не собиралась пока ничего предпринимать — всего лишь слегка разведать ситуацию и прикинуть, какие имеются возможности. А вот главное решение они, конечно же, примут вместе.
Она поехала домой рано — надо было успеть принять ванну, немного отдохнуть, привести себя в порядок после рабочего дня — ей хотелось выглядеть ослепительно. Да и Павла надо приодеть, чтобы они, как всегда, были блистательной парой. Ничего, муженек ее вытерпит еще один светский раут — в конце концов, не так уж часто они выбираются в гости.
Павел приехал за час до того, как надо было выходить. Ира была почти готова, оставалось только одеться. Она сразу поняла, что настроение Павла заметно улучшилось, хотя ему по-прежнему не хотелось идти в гости. Ее любопытство усилилось — что же там такое случилось, чего ей не следует знать?
Ира была достаточно умной женщиной, чтобы не лезть к мужу с расспросами о том, что ему хотелось скрыть. С другой стороны, самолюбие диктовало ей иные правила — она привыкла, что между ними нет никаких секретов, и Павел делится с ней всеми проблемами. Если он недоговаривает чего-то — значит, ей не полагается знать. А может, это касается какой-то стороны его жизни, о которой ей ничего не известно. Непорядок!
Впрочем, усмехнулась Иришка про себя, не слишком ли далеко она зашла со своими фантазиями? Вообразила Бог знает что, а на самом деле речь может идти о каком-то пустяке — Пашка парень чувствительный и тонкий, на него любая мелочь может подействовать и вывести из равновесия. А ей не говорит только потому, что не хочет расстраивать — всего-то навсего!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
