– Вы уверены?! – потрясенно выдохнул король.
– Полностью. А в другой день я увидел облако Тьмы! Понимаете? Принц – и то, и другое. И что-то еще, чему у меня нет названия. Поэтому я и сказал, что он не человек. Самый сильный маг не имеет и доли его возможностей. Но…
– Что?
– Он совсем недавно потерял что-то очень ему дорогое, – кардинал задумчиво постукивал пальцами по столу, мрачно глядя в пространство. – Или кого-то. У этого существа сейчас есть только одно желание – умереть. Даю вам в том гарантию.
– И что из этого следует? – заинтересованно глянул на него король.
– Не знаю, – развел руками священнослужитель. – Могу только высказать предположение.
– Высказывайте.
– Принца кто-то не менее могущественный, чем он сам, отправил на отдых – успокоиться и прийти в себя. И местом его отдыха почему-то избрано наше королевство.
– Чем это грозит нам? – деловито спросил король.
– Думаю, ничем, – ответил кардинал. – Но на всякий случай я бы посоветовал как можно меньше трогать Его высочество, и ни в коем случае ему не навязываться. Но если ему потребуется помощь – немедленно ее оказать. Существа такого уровня обычно помнят добро, если судить по легендам. Тогда как противопоставить принцу нам просто нечего. С ним лучше дружить, возможно, и пользу какую-никакую с того поимеем.
– Благодарю за совет, – Гален задумчиво рассматривал поверхность стола. – Вы правы, ссориться с сильными глупо. Но вы уверены, что принц настолько силен?
– К моему глубочайшему сожалению, уверен, – поморщился священнослужитель. – Помимо увиденного мною и другими магами, есть еще одно подтверждение.
– Какое? – заинтересовался король.
– Его замок, – иронично усмехнулся кардинал. – Ту груду развалин нельзя было привести в божеский вид за три месяца силами двадцати человек. Тем более, что наблюдатели Церкви не спускали со строителей глаз. Те почти ничего не делали, имитируя бурную деятельность – замок вырос сам по себе, как растет дерево. Я не знаю мага, способного на такое.
– Сам по себе… – завороженно повторил Гален. – Да, человек, способный на это, опасен. И трогать его не стоит, пока мы хотя бы не поймем, что он такое. Мы подумаем над вашими словами, Ваше преосвященство.
– Благодарю, Ваше величество! – встал священнослужитель. – Позвольте откланяться?
– Идите.
Кардинал ушел, а король еще долго сидел и обдумывал его невероятный рассказ. Он склонен был поверить, у самого Галена принц тоже вызывал настороженное уважение с первой встречи. Что-то в этом человеке – или нечеловеке – было очень опасное. Лучше с ним не ссориться, прав Его преосвященство.
Последние декады промелькнули для Джессики в каком-то липком тумане. Она почти ничего не соображала, днями неподвижно сидела, тоскливо уставившись в стену. Мысль о том, что вскоре мужчина снова коснется ее обнаженного тела, вызывала ужас и омерзение. Да, она осознавала, что партия блестящая, что сватом выступил сам король, что будущий муж неизмеримо богат. Только ничего с собой поделать не могла – едва не изнасиловавший ее гвардеец внушил Джессике стойкое отвращение к любому представителю сильного пола.
Помолвка прошла помпезно, дом лорда дель Саре удостоил своим присутствием сам король, преподнесший жениху с невестой богатые подарки. Он даже сумел уговорить каким-то образом старого упрямца, графа Стианского, поступиться в их пользу частью своих земель, чтобы объединить владения графов Нарских с владениями принца Даланского. Свадьбу назначили через три декады по настоянию Его величества, хотя обычно выжидали куда дольше.
Со дня помолвки Джессика не видела принца. Согласно анлионским обычаям, жених с невестой не имели права встречаться до свадьбы, а если каким-то чудом и встречались, то их ни на мгновение не оставляли наедине. Да девушке и не хотелось его видеть. Особенно после того, как в процессе подготовки к бракосочетанию ее посетили пожилые матроны и просветили насчет того, что обычно происходит в спальне между мужчиной и женщиной, и для чего все это нужно. Джессику после их визита часа два рвало. И вот эта грязь – вся романтика? В этом и заключается вся чистая и светлая любовь, описанная в романах? Скотство, ничего больше!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
К наступлению дня свадьбы Джессика кое-как смирилась со своей судьбой. В конце концов, это судьба любой женщины, от этого не уйти, как ни жаль. Ее только пугал сам загадочный жених. Чужестранец все-таки. Кто знает, чего от него ждать? Поговаривают ведь, что ее будущий муж – колдун. А что, если правда? Что тогда делать? Как быть?
Венчал молодых сам кардинал, что было странно – обычно Его преосвященство этого не делал, перекладывая проведение церемоний на плечи епископов и аббатов. Весь высший свет Анлиона собрался в Храме Света этим утром, никто не хотел пропустить важное событие. Шафером принца стал сам король! Одно это подняло даланского изгнанника на одну из самых высоких ступеней на социальной лестнице королевства. Жениха с невестой засыпали дарами, знатные гости старались перещеголять друг друга, льстиво восхваляя новобрачных.
Джессику тошнило от столпившихся вокруг людей с угодливыми лицами, славословий и комплиментов. Однако девушка заставляла себя вежливо улыбаться. Оно покорно ответила: «Да», когда кардинал спросил, согласна ли она стать женой Ариана Тиллэриане, принца Даланского. Деваться все равно было некуда, лучше уж замуж за этого чужестранца, чем за какого-нибудь наподобие покойного маркиза дель Тарди.
Для свадебного пира король предоставил свой летний дворец, что изумило аристократов еще больше. На жениха начали поглядывать уже не с опаской – с откровенным страхом. У Его величества ведь нет детей. Уж не хочет ли он сделать своим наследником этого иноземного принца? Если так, необходимо любым способом завоевать расположение будущего монарха.
Свадьба поражала невиданной роскошью, изысканными яствами, редкими винами, стоившими больше тысячи золотых за бочку. Не каждый лорд получал столько в год со своих земель. Выглядел жених донельзя импозантно в своем черном бархатном костюме, шитом серебром. Его длинные волосы были сколоты брошью с каким-то незнакомым крупным камнем, стекая по левому боку струящейся волной. Больше драгоценностей на нем не было, да и не требовалось: богатство и знатность этого человека сразу бросались в глаза – внешние атрибуты не требовались. Невеста в белоснежном платье смотрелась рядом с ним скромной мышкой.
Джессика, ставшая принцессой Даланской, сидела за столом, почти ни на что не обращая внимания. Она с ужасом ждала надвигающейся ночи, с трудом сдерживая слезы. Девушка опасливо косилась на принца и пыталась понять, что из отвратительных вещей, описанных во всех подробностях пожилыми матронами, сделает с ней муж. Создатель, муж! У нее есть муж… Какой ужас!
Понемногу темнело. Король встал и произнес речь, желая новому графу Нарскому как можно больше наследников. Джессике едва не стало дурно – это ведь ей всех этих наследников рожать предстоит! А затем новобрачных проводили в заранее подготовленную роскошную спальню. Невеста по дороге два раза падала в обморок, ее приводили в себя и вели дальше. Никто не удивлялся – самое обычное дело для невинных девушек перед первой брачной ночью. Боятся почему-то, хотя ничего страшного им не предстоит…
Наконец, принц остался наедине с молодой женой. Он довольно долго смотрел на нее с грустной улыбкой, затем усадил на кровать, а сам сел в кресло напротив.
– Нам надо поговорить, сударыня, – с явным сочувствием в голосе сказал Ариан. – К сожалению, раньше мы не могли этого сделать, иначе вы не нервничали бы так. Позволите называть вас Джессикой?
– Как пожелаете, господин муж мой… – обреченно прошептала девушка, у нее тряслись руки.
– Так вот, вам совершенно нечего бояться, Джессика. Меня никогда не будет в вашей постели. Не переживайте по этому поводу.
– Но зачем же вы тогда на мне женились? – растерялась она.
– Зачем? – грустно улыбнулся принц. – Да просто захотел избавить от судьбы жены маркиза дель Тарди. Вы даже не представляете, какой он был мразью и что ждало вас в его доме.
