Читаем без скачивания Хозяин антимагии #3 - Миф Базаров

— Хорошо идём, — довольно сказал Митя, когда яхта набрала ход. Его пальцы уверенно лежали на штурвале, а глаза светились азартом настоящего моряка.

— Сколько? — недоверчиво спросил Сергей, не отрывая взгляд от берега.

— Около десяти узлов, — улыбнулся Митя. — Если честно, мне даже не верится, что из этого корыта удалось выжать такую скорость под одним только парусом.

— А если по-нормальному, то это сколько? — нахмурился Сергей.

— Ты же в морской академии обучался, что, не знаешь? — поднял бровь Митя.

Качалов лишь неодобрительно посмотрел на него.

— Около восемнадцати километров в час, — ответил наш капитан, пожимая плечами.

— Ну вот видишь, — я хлопнул Сергея по плечу. — Как я и говорил, за час будем делать дневной маршрут на суше.

— А что если ветер пропадёт?

— Тогда Амат возьмётся за дело, — ответил я.

— Это, кстати, не обязательно, — вдруг перебил меня Жданов. — На яхте установлен магический двигатель.

Амат присвистнул:

— Разве не слишком дорогая игрушка для такого судёнышка?

— Да, дорогая, — кивнул Митя. — И я думаю, он стоит примерно в полтора раза дороже, чем вся эта яхта вместе с такелажем.

— Но зачем он нужен на этом судне? — не понял Качалов.

— Так яхта-то предназначена для вылазок в воды за внешнее кольцо, — объяснил Митя. — Думаю, охотник, которому она принадлежала, явно не бедствовал. Тем более если он отправлялся один. Успешная вылазка могла кормить потом целый год.

Сергей мрачно заметил:

— Двигатель наверняка вышел из строя.

— Да что ты заладил с этим берегом? — я нетерпеливо махнул рукой. — Посмотри, что там творится!

На этот раз прямо на побережье развернулась эпическая битва между двумя видами крабомонстров, по десятку особей с каждой из сторон. Их клешни смыкались с такой силой, что даже отсюда был слышен треск ломающегося хитина. Один из монстров поднял противника над головой и швырнул к своим сородичам, которые вмиг разделали его на куски.

Качалов невольно поморщился, наблюдая за этим.

— Насчёт двигателя Серёга прав, — вдруг сказал Митя. — Он и правда, скорее всего, вышел из строя.

— Посмотрю, — неожиданно для себя предложил я, чувствуя, как проснулся азарт исследователя. — Найти бы только инструменты.

Передо мной была прекрасная возможность поковыряться в чём-то новом, ещё не изученном. Магический двигатель — устройство, сочетающее механику и чары. Даже если не удастся его починить, сам процесс разборки обещал быть очень увлекательным.

— Киря, я тебе помогу, — вдруг сказал Амат.

По глазам я понял: одногруппнику тоже не терпелось разглядеть магический двигатель вблизи. Из прежних рассказов Жимина следовало, что в мире, откуда он прибыл, когда-то добились впечатляющих успехов в симбиозе магии и технологии. Правда, в итоге победила чистая наука, а магия стала вне закона и искоренялась.

— Хорошо, — кивнул я. — Только сначала залатай пробоину. Ледяная заплатка уже течёт, тёплая вода делает своё дело.

Амат нехотя направился к корме, а я тем временем принялся искать инструменты.

Каюта, где они хранились, представляла жуткое зрелище. Если бы судно не побывало под водой, здесь, наверное, стояла бы невыносимая вонь. Пустые бутылки из-под вина валялись вперемешку с объедками и потрёпанными картами. Типичная холостяцкая берлога. Судя по всему, прежний хозяин яхты не жил на берегу, предпочитая проводить всё время на корабле, даже находясь в лоне цивилизации.

И тем разительнее был контраст между каютой и остальным судном. На палубе и в трюме царил идеальный порядок.

Ящик с инструментами оказался именно там, где и должен быть. В нём лежало почти всё необходимое, и каждый ключ, каждая отвёртка находилась на своём месте, будто их аккуратно разложили вчера.

Магический двигатель напоминал водомёт, только вместо насосов работала магия. В центре стоял массивный металлический блок с двумя трубами: одна всасывала воду, другая — гибкий хобот, она могла поворачиваться, выдавая мощную струю, ускоренную магией. Чем сильнее был напор, тем быстрее двигалась яхта.

Внутри блока, за толстым стеклянным иллюминатором, виднелась пластина с выгравированной руной воды. Такие пластины, как и всё в империи, связанное с рунной магией, выпускались в мизерных количествах. Их делала исключительно императорская семья, и каждая стоила целое состояние.

Принцип работы был прост. Руна работала как усилитель, удваивая силу мага. Если маг-водник был второго уровня, струя, толкающая судно, получала мощь четвёртого. Пластина питалась от магических кристаллов, которые закладывались в специальное отделение рядом.

Мы с Аматом попробовали запустить двигатель, но ничего не вышло. Я извлёк пластину и сразу заметил повреждение: руна была частично стёрта. Видимо, годы работы и постоянный контакт с водой постепенно испортили канавки с рисунком.

— Митя, дай резец, — попросил я.

— Бери, но учти: в рунах важна точность до миллиметра, — бросил Жданов, не отрываясь от штурвала. Его голос звучал как у преподавателя, объясняющего азы гравюры. — Малейший перекос, и вместо «усиления потока» получится «кипение крови в жилах». Хочешь пример?

Я кивнул.

— В прошлом году в Кронштадте один умелец поставил пластину с руной огня в магическое орудие не той стороной. Теперь на месте того дока — кратер.

Он резко развернул штурвал, избегая подводной скалы, и добавил:

— Но давай я сам попробую. Натренировался уже на гравировке оружия, сделаю быстрее.

Жданов передал штурвал Сергею.

— Держи курс двести пятнадцать, не отклоняйся!

А потом за две минуты ловко подправил повреждённые контуры руны. Его пальцы двигались с хирургической точностью не просто художника, а мастера, знающего каждую кривизну символа.

— Готово, — Митя протянул мне пластину, сверкнувшую на солнце свежими штрихами металла. — Теперь главное не перепутай сторону при установке.

— Ребята, может, не стоит? — Сергей со скепсисом посмотрел на нас.

Я глянул на Митю: тот уверенно кивнул, ни капельки не сомневаясь в своей работе.

— Не переживай, — улыбнулся я, вставляя пластину на место.

Теперь оставалось только заложить в отсек средний макр, и дело в шляпе.

Амат тут же приложил к двигателю магическое усилие и…

Сначала раздалось глухое урчание, будто проснулся спящий зверь. Потом трубы затряслись, вода в них забурлила, и наконец произошёл рывок. Из сопла вырвалась мощная струя, отбросившая пену на пять метров назад. Яхта дёрнулась, нос взмыл вверх, и мы буквально прыгнули по волнам.

— Вот это да! — Амат присвистнул, едва удерживая равновесие во время рывка. Его пальцы впились в поручень.