– Разумеется, нет, – рассердился Агис. – Он просто пытается нас всех прикончить.
– Король никогда ничего подобного не сделает! – запротестовал Стиан. Как и все темплары, он носил длинную черную рясу – традиционную одежду слуг властителей Тира. Глубоко запавшие глаза, волосы до плеч, обострившиеся черты лица – все в нем говорило о смертельной усталости. – Предполагать подобное равносильно государственной измене!
Слушая пламенную речь Стиана, Рикус заметил, как темплар неприметно спрятал в карман своей рясы маленький зеленый кристалл оливина. Мул сразу понял, как королю удалось так быстро узнать об успехе своих войск. Подобный магический кристалл Рикус уже видел у одного из шпионов Тихиана, тогда еще Верховного Темплара короля-колдуна Калака. Оливин обеспечивал мгновенную, скрытую от посторонних связь.
– Скажи, Стиан, – обратился к темплару Рикус. – Тихиан не посвятил тебя в эту свою стратегию?
– Нет, – покачал головой Стиан, небрежно вынимая руку из кармана. Как и во всех темпларах, в нем было что-то от фокусника. – Как бы он мог это сделать?
– Значит, Агис прав. Тихиан и впрямь собирается нас убить, – кивнул гладиатор. – Причем чужими руками.
Он снова посмотрел на медленно надвигающуюся черную стену.
– Мне тоже кажется, что Агис прав, – сказала Джасила. Она, одна из немногих жителей Тира, инстинктивно чувствовала, что новому королю, нельзя доверять. – Если бы не Агис и не вы трое, Тихиан запросто навязал бы свою волю Совету Советников.
– Вот что. – Рикус посмотрел на Агиса, Садиру и Нииву. – Вы трое отправляйтесь в Тир. Вправьте мозги Тихиану.
– А ты что собираешься делать? – спросила Ниива.
– Добью урикитов, – пожал плечами мул. – Убью их командира…
До черной стены оставалось менее полумили.
– Не волнуйтесь, после боя я вас догоню.
– Я не верю своим ушам, – воскликнул Агис. – Ты все еще рассчитываешь победить?!
– У меня нет выбора, – огрызнулся мул. – Даже если я уговорю гладиаторов отступить, урикиты погонятся за нами. Тогда в живых не останется никого. Сражаясь, мы хотя бы выиграем время. Может, вы и успеете добраться до города.
– Мы победим, – провозгласил Гаанон.
Как и многие великаныши, Гаанон был неисправимый подражала. Он всегда копировал манерами и внешним обликом своих кумиров. Сейчас он щеголял наголо обритой головой и, как и Рикус, одевался в одну лишь набедренную повязку.
– Победа или смерть! – воскликнул Гаанон, повторяя излюбленный клич гладиаторов.
– Я тоже остаюсь, – решила Ниива.
– И я, вместе с моими добровольцами, – добавила Джасила.
Мул посмотрел на Стиана. К его удивлению, темплар тоже, хоть и неохотно, кивнул.
– Король отдал приказ, – сказал он. – Мы остаемся с легионом.
– Ты-то чем прогневил нашего великодушного короля? – с издевкой спросила у него Джасила.
– Твой юмор неуместен, – огрызнулся Стиан.
Видя такое единодушие среди своих командиров, Рикус повернулся к К'крику и объяснил все, что произошло. Он предложил ему сопровождать Агиса и Садиру в Тир.
– Нет, нет! – воскликнул К'крик. – Остаюсь со стаей охотников! Поведу для тебя вагон. Проломим черную стену.
– Ты можешь вести агроси? – удивился Рикус.
– Пхатим заставлял К'крика править, когда сам ложился спать, – ответил три'крин. – Стой, вперед, поворот.
– Тогда оставайся, – Рикус хлопнул три'крина по панцирю. Глянув на приближающуюся стену, мул увидел, что до нее осталось каких-то две сотни ярдов. Приказав гладиаторам вылить оставшуюся воду на горящую агроси, он повернулся к Агису и Садире.
– Вам пора идти.
– Удачи в бою, – пожелал Агис, поднимая руку ладонью кверху в традиционном жесте прощания. – Надеюсь, от солдат Хаману она отвернется.
– Ты прав, – ответил Рикус. – Они погибнут.
– Мы все надеемся на это. – Садира крепко сжала мула. – Я хочу, чтобы и ты, и Ниива вернулись в Тир живыми.
– С нами ничего не случится, – невозмутимо ответил Рикус. Нежно взяв Садиру за плечи, он запечатлел на ее челе долгий и горячий поцелуй. – Это вам с Агисом надо быть поосторожнее. В конце концов, мы сражаемся всего лишь с урикитами. Вам же предстоит иметь дело с Тихианом.
Проводив друзей, Рикус приказал Стиану занять со своими темпларами правый фланг, а Джасиле и добровольцам – левый.
– И что мы там будем делать? – спросил Стиан, ждавший, но так и не дождавшийся дальнейших указаний.
– Сражаться, – ухмыльнулся Рикус. – А ты как полагал?
– Твой план боя выглядит, мягко говоря, неполным, – заметила Джасила.
– Должны ли мы удерживать наши позиции, или пытаться обойти урикитов, чтобы зайти им в тыл?
– А я почем знаю? – Жестом Рикус велел им возвращаться к своим отрядам. – Я не больше вашего представляю, что творится по ту сторону стены. Ничего, на месте разберетесь.
Когда Стиан и Джасила ушли, Рикус приказал гладиаторам занять позицию за агроси. Потом обратил свой взор на сам вагон. Изнутри доносилось шипение угасающего огня. Из всех отверстий валили густые клубы пара. Помощники Гаанона споро кидали сквозь пролом кувшины и меха с водой. Внутри в дыму и пару мелькала черная тень великаныша.
Задняя часть агроси сгорела дотла, а точнее, до остова из ребер мекилота. Передняя осталась более или менее целой. Этот вагон уже никогда не сможет возить грузы, но как таран он еще послужит. А почему нет? Они прорвутся на нем сквозь цепи урикитов… если за черной стеной действительно скрываются урикиты.
– Разбейте кувшины, – приказал мул, – и беритесь за оружие.
Сам он тем временем повел Нииву и К'крика внутрь агроси. Они пробирались вперед, задыхаясь и кашляя в густом дыму и паре, ориентируясь по едва видным зеленым шарам, светящимся на стенах, мул и его друзья шли к кабине водителя, откуда управлялась агроси. Гаанон загасил пламя, но тут и там оранжево светились непобежденные угли. В крепости на колесах было невыносимо жарко. Воздух при каждом вздохе обжигал легкие.
Не обращая внимания ни на дым, ни на клубы пара, ни на раскаленные угли, К'крик уверено вел тирян к кабине водителя. Они поднялись по лестнице, и рикус увидел великаныша, поливающего из большой бочки, словно из маленького ковшика все еще горящую стену. Здесь дышалось свободнее: дым и пар выходили через проломы в стенах и крыше.
– Хватит, Гаанон, – крикнул Мул. – Берись за дубинку!
Со вздохом облегчения великаныш швырнул полупустую бочку в стену и тут же скрылся из виду за сплошной стеной пара. Раздались тяжелые шаги, и Рикус понял: великаныш пошел к лестнице.
Вслед за К'криком мул подошел к креслу. Немного потоптав обгорелые останки Пхатима, три'крин занял его место. Полуприкрыв глаза, он смотрел на гигантских, закованных в панцири, мекилотов. До черной стены оставалось ярдов пятьдесят.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
