Как же так получается?.. Чем Россия не такая, как другие страны?.. Возможно, кроме нас нет в мире другой страны, озабоченной такими вопросами. Только у нас мнения о собственной истории, народе и власти не просто различны, а зачастую кардинально различны. Одни видят причины бед в злокозненных соседях, другие в ленивом и никчемном народе, третьи в неудачных правителях, четвёртые — в излишне больших размерах, пятые… Если все «причины» просуммировать, то встанет вопрос: «А как же Россия ещё до сих пор жива?»
Так какова она, Россия? В чём, на самом деле, её особенности? Восток она, или всё-таки Запад?..
Прежде всего надо понять, что у места нашего проживания есть один неустранимый недостаток — географическое положение и климат. Мы живём в таких условиях, в которых массово нигде больше не живут. У нас очень жаркое лето и очень холодная зима; по зимним температурам с нами может конкурировать разве что Монголия. Более половины территории страны находится севернее 60-й параллели северной широты, то есть в географической зоне, которая считается непригодной для «нормальной» жизни и деятельности людей.
В этой же зоне расположены Аляска (ни много, ни мало 16 % территории США, но её население оставляет только 0,2 % населения этой страны), северные территории Канады (около 40 % всей площади страны, а их население — всего лишь 0,02 % её населения), Гренландия и т. п. Эта половина нашей страны — чистый минус из нашей территории, а остальная тоже не рай земной. В итоге удобные для жизни места — Европейская часть да неширокая южная полоса Сибири, растянувшаяся на тысячи километров, что вело и ведёт к огромным затратам на управление.
Когда начинаешь говорить об этом, сразу вспоминают Норвегию и Швецию: дескать, тоже северные страны! Однако благодаря мощному тёплому морскому течению Гольфстрим, а также океаническому (а не континентальному, присущему России) характеру климата Скандинавии и, кстати, Великобритании, зимние температуры в южной Норвегии и Швеции в среднем на 15 °C выше, чем в находящихся на той же широте землях России, и снежный покров, если изредка и бывает, то не дольше месяца, между тем как на той же широте в районе Ладоги-Новгорода снег лежит от 4 до 5,5 месяцев. Стоит упомянуть, что в Кубанской степи, расположенной почти на 2000 км южнее Скандинавии, зимы всё же продолжительнее и суровее, чем в южных частях Норвегии и Швеции.
Историкам пора задуматься о влиянии климата и географии на экономику и общественное устройство, а не спорить о пустом. Наш народ не хуже и не лучше любого другого, — все люди, в конце концов, один биологический вид, — да вот только сподобились мы родиться там, где жить очень сложно, а в некоторых местах, говоря по правде, вообще нельзя. Мы не Восток и не Запад, мы — Север.
Самые населённые районы планеты, где обитает 70 % жителей Земли, занимают всего-навсего 7 % суши. Но это благодатнейшие места! А Россия, где живёт всего лишь 2,5 % населения Земного шара, разлеглась на 12 % суши! На первый взгляд, как это хорошо, сколько у нас ещё свободных и богатых ресурсами территорий, есть, где разгуляться предприимчивому человеку. Но это только на первый взгляд, — разгуляться у нас довольно трудно, поскольку вся наша громадная страна расположена вокруг Полюса холода Северного полушария Земли. Имеет ли смысл вести на полюсе спор, где восток, а где запад?
Только 1 % сельскохозяйственных угодий в России имеет оптимальное соотношение качества почвы, тепла и влаги, а в США — 66 %; Такие важнейшие города России, как Смоленск и Москва, Владимир, Нижний Новгород, Казань и Уфа, Челябинск, Омск и Новосибирск, Красноярск и многие другие расположены примерно на 55-й параллели, а в Западной Европе севернее этой параллели лежит, помимо скандинавских стран, одна только Шотландия, так же «утепляемая» Гольфстримом. Что же касается США, вся их территория (кроме почти безлюдной Аляски) расположена южнее 50 градуса, между тем как даже южный центр Руси, Киев, находится севернее этого градуса. У нас территории южнее 50-й параллели составляют всего лишь 3,4 % её пространств, и живёт там меньше 15 % нашего населения.
Для половины нашей территории (севернее линии Петербург — Вятка — Ханты-Мансийск — Магадан) ни о каком сельском хозяйстве, кроме оленеводства и мелких огородов, говорить не приходится. В нашей средней полосе сельхозработы идут с мая по октябрь, а, например, во Франции фактически круглый год. Урожай у русских бывал на нечерноземной почве сам-2 или сам-3, а в Западной Европе ещё в XVIII веке сам-12. Поэтому французский крестьянин мог себе позволить быть единоличником-фермером, и неплохо жил, и еды хватало на содержание ремесленников и постройку каменных соборов, а русские испокон веков кучковались в общины, ибо только взаимопомощь в труде позволяла как-то выкрутиться, а старики только и выживали, что с помощью «обчества». Ремесленников были считанные единицы, всё необходимое крестьянин делал сам. Это, между прочим, важнейший фактор для формирования культуры и характера нации.
Вот вам и избыток земли, про который нам прожужжали все уши. Изрядная часть нашей территории просто непригодна для жизни!
Коммуникации были недостаточными, так как страна очень большая и, при редкости населения, на каждого жителя страны требовалось бульшее количество километров дорог, чтобы иметь такую же свободу перемещения, как и в основных странах мира. Вдобавок в отличие от Запада, в России необходимо в продолжение более половины года интенсивно отапливать жилища и производственные помещения, что подразумевает очень весомые затраты труда и энергии.
В истории создания высокоразвитой цивилизации Запада громадную роль играл водный, морской и речной транспорт, который, во-первых, во много раз дешевле сухопутного, а во-вторых, способен перевозить гораздо более тяжёлые грузы. То есть доставка оказывается в разы дешевле, и при прочих равных торговля даёт западному торговцу более высокую прибыль, чем российскому, а производитель, соответственно, выдаёт на рынок более конкурентоспособный товар.
Тот факт, что страны Запада окружены незамерзающими морями и пронизаны реками, которые или вообще не замерзают, или покрываются льдом на очень краткое время, во многом определил беспрецедентный экономический и политический динамизм этих стран. Разумеется, и в России водные пути имели огромное значение, но здесь они действовали в среднем только в течение половины года.
В тех условиях, в которых оказался русский крестьянин, он мог прокормить только себя. Но приходилось отдавать часть продукта на содержание государства, — налогов было много, зачастую весьма изощрённых. И государевы люди — дворяне, тоже кормились трудами крестьян, даже после того, как в 1760-м получили «вольную».
Отсюда проистекает не только бедность народа, но и громадность территории России. Ведь если прибавочный продукт страны меньше, чем даёт хозяйство стран-соперниц, то, чтобы выдержать в геополитическом противостоянии, надо было собирать налог с бульшей территории. И это следствие не молодости России по сравнению с другими странами Запада, и не «имперских амбиций», как пытаются объяснить целые отряды историков, а результат того, что мы постоянно живём в худших, по сравнению практически со всеми, природных условиях. И нам постоянно приходится тратить часть труда, чтобы это неравенство скомпенсировать. Даже затрачивая одинаковый с Западом труд, мы на развитие имеем меньше ресурса. Вот она, причина нашего отставания, бедности, величины.
Кстати, относительно «молодости». Истории нашей государственности более тысячи лет. Такую историю имеют далеко не все европейские страны, не говоря уже о США!
Итак, из-за климата у нас чуть ли не в два раза меньше период работы на сельхозугодьях, чем на Западе. Неурожайным является, практически, каждый четвёртый год. Дополнительные затраты на спасения себя и скотины от зимних холодов, большой период содержания скота без подножного корма, — то есть приходится тратить труд, чтобы заготовить корм на всю зиму, а также и дрова. Большие «транспортные плечи». Но эти факторы действовали постоянно, всё время накапливаясь, ведь наш климат — явление долгосрочное, он был таким на протяжении тысячелетий!
Мы видим, что ВЕКАМИ на развитие оставалось очень мало, существенно меньше, чем на Западе, да к тому же страны Запада, пытаясь превратить Россию в свою периферию, отсекали её от внешних рынков. Но мы также видим (с этим не поспорит ни один историк), что на протяжении всей истории Россия не только стояла вровень с другими, самыми передовыми в техническом смысле странами, но зачастую и превосходила их. Хотя, исходя из объективных данных, мы давно должны были безвозвратно отстать от всего мира по всем статьям. И об этом превосходстве можно судить уверенно, ведь если благосостояние народов сравнивать трудно, то уровень развития государств сравнивать можно, например, по результатам войн. Для победы, помимо храбрости солдат, высокого боевого духа и наличия образованных полководцев нужно иметь вполне конкретную технологическую и экономическую базу. То, что Россия существует и сегодня, означает, что в столкновениях с внешним противником она обычно оказывалась на уровне, превосходящим уровень этого противника.
