Тут Косте вновь стало плохо, и он тяжело облокотился о стол. Наконец, головокружение стихло и, глубоко дыша, парень рискнул открыть глаза:
– Насть, сколько времени прошло?
– Полчаса.
– Вот как? – Костя приложил ко лбу левую ладонь и повернулся на скрежет железа: как оказалось, бандиты все же сумели выворотить дверцу сейфа и сейчас перебирали его содержимое.
– Ну что?! – подбежала к ним девушка.
– Нормально, – сверкнул золотыми фиксами Саня. – И тебе с приятелем хватит и огнемету останется.
Костя только улыбнулся. Сделал! Он это сделал! Одно непонятно – все, пробовавшие «Магистр», в одни голос утверждали, что его действия хватает часа на три-четыре. А он через полчаса уже как выжатый лимон. Хотя силы вроде начинают восстанавливаться. Так и есть – в ладонях вновь разгоралось знакомое жжение.
– Эй, огнемет, держи премию. – Юра швырнул перетянутую аптекарской резинкой пачку банкнот пироманту и шагнул к Насте.
– Чего?! – удивился поймавший толстый пресс стотысячных купюр Костя, оторвал взгляд от денег, и тут что-то шибануло его в правый бок. Парень отлетел к стене и завалился на пол.
– Что вы де… – завизжала девушка, но Юра обхватил ее сзади и одним движением свернул шею.
Заслышавший непонятную возню охранник начал, что-то мыча через закрывавшую лицо шапочку, подниматься с пола, но неторопливо подошедший Саня спокойно приставил к его затылку глушитель ПМ и выстрелил.
– Они что, и в самом деле думали, что охранника не заподозрят? – перекладывая золотые и серебряные монеты из сейфа в сумку, поинтересовался Юра у подельника. – Наивняк…
– Живой? – Саня направил пистолет на зажавшего простреленный бок Костю. – Это хорошо. Ты нам еще пригодишься.
– За что? – еле выдавил из себя Напалм. – Меня-то за что?..
– Думаешь, в Форте много спецов, способных вскрыть такой сейф? – Бандит остановился в паре шагов от него. – Сомневаюсь. Ладно, жги бабу!
– Чего?!
– Бабу жги! Лицо. Засветились мы с ней, – распорядился Саня. – А так придет Гонзо поутру – оп-па, а тут жмуры! Видать, не поделили между собой чего-то. А мы и не при делах. Пусть попробуют найти того, кто деньги унес.
– Я не могу… – просипел почти терявший сознание от боли пиромант.
– Ну-ка повтори! – подошел к нему вплотную бандит.
– Выдохся, – объяснил Костя и взвыл, когда Саня, не особо сдерживаясь, ткнул его носком ботинка в простреленный бок. Накрывшая с головой боль уходила медленно, короткими вспышками терзая раненую плоть, и способность вымолвить хоть слово вернулась к пироманту лишь через несколько минут. – Не надо…
– Не хочешь умирать долго и мучительно – жги! – Бандит отвел ногу для удара. – Живее!
– Подожди, – просипел раненый Напалм. – Я сейчас…
Он дотянулся до начавшего вновь разгораться огонечка силы и попытался оценить свои шансы на успех в схватке с бандитами. Не будь он ранен и ударь первым… А так – ничего не добьется. Но и уродовать мертвую девушку тоже не будет. Лучше хоть одного с собой прихватит…
– Быстрей! – рявкнул Саня.
– Кончай с ним, – распорядился второй бандит. – Проще пожар устроить…
Костя уставился на пистолет, отчаянно попытался раздуть едва тлевшие отголоски еще недавно полыхавшего пламени, и у него это почти получилось. Потекшая из вскинутой руки сила обжигающими лепестками огня заклубилась перед пиромантом, но стрелок оказался быстрей. Вырвавшаяся из самодельного глушителя вспышка, удар в голову и бесконечный полет во тьму.
Очнулся Напалм от скрутившего его приступа кашля. Парень, не понимая, где находится, перевернулся на спину и сразу же попытался вскочить на ноги – в комнате вовсю полыхал огонь. Резкая боль в простреленном боку едва не отправила его обратно в забытье, но, опершись о стену, Костя сумел удержать равновесие и перевести дух.
Положение было хуже некуда – глаза невыносимо резало от едкого дыма, путь к черному ходу перекрывала полыхавшая мебель, а на улице уже слышались крики людей. Все верно: спятивший пиромант угробил сообщников и устроил поджог. Деньги? Какие деньги?
Нисколько не задумываясь над тем, почему выстрел в голову не отправил его на тот свет, Костя отлип от стены и шагнул прямо в подобравшийся вплотную огонь. Языки пламени яростно взвились вокруг пироманта, но тут же бессильно опали, повинуясь воле заклинателя. Действие «Магистра» еще не закончилось, и Напалм поспешил воспользоваться этим на всю катушку.
Через объятую пламенем комнату, принимая на себя энергию огня, в коридор; оттуда к черному ходу и бежать, бежать отсюда прочь. Пока не подоспели жильцы из соседних квартир, зеваки, а самое главное – дружинники. Бежать!
И как ни странно, первое время Напалму это удавалось. И только оказавшись в паре кварталов от пятиэтажки, из окон на первом этаже которой валил дым, Костя сунул руку проверить невыносимо нывший бок. Крови не было, да и сама рана скорее напоминала плохо заживший ожог. Что за чертовщина?
Пытаясь восстановить сбившееся дыхание, парень только сейчас почувствовал острую боль, кромсавшую левую щеку, прикоснулся к лицу и зашипел сквозь стиснутые зубы. Еще один ожог. Теперь-то Косте стало понятно, что случилось с выпущенной ему в голову пулей. Она расплавилась! Вырвавшаяся в момент выстрела из его руки энергия разметала пулю на куски, один из которых и угодил в щеку. А бандиты в темноте прошляпили, что их подельник избежал несовместимых с жизнью повреждений. Повезло.
Костя вновь побрел вдоль Красного проспекта, пытаясь удержать в подчинении бушевавшую в нем стихию огня. «Магистр» заставлял дар работать на полную катушку; поглощенная в объятом пламенем помещении энергия тоже никуда не делась, и теперь перед пиромантом встал вопрос: как быть дальше?
Попытаться удержать ее в себе и потихоньку погасить? Или дать выход? Или…
И тут Косте пришло в голову, что, как ни крути, у похищенных денег были хозяева. А значит, уже очень скоро по его следам отправятся не только дружинники, но и наемники. А когда о спасении пироманта прознает парочка уж пытавшихся отправить его на тот свет бандитов – ему точно конец!
И что делать?
Забиться в самую глухую нору? Бежать из Форта? Сдаться Дружине?
Все вроде правильно, вот только Костя прекрасно осознавал, что это пути, ведущие в никуда. Ему никто не поверит. И либо вкатают пожизненное, либо – что более вероятно, – запытают до смерти. Впрочем, Саня и Юра его просто убьют.
Или он их.
Он их.
И чем больше Напалм об этом думал, тем больше его привлекала эта идея.
Он – их!
От этой мысли бросило в дрожь. Раньше такое Косте и в голову бы не пришло, но сейчас… Сейчас – с простреленным боком, с полыхающей в крови энергией огня – он был не вполне адекватен. И в этом заключался крошечный шанс на успех.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
