– Говорит Кросс. Есть второй пострадавший на переднем пассажирском сидении, это ребенок, он без сознания.
Дверца не поддавалась. Бо уперлась ногой в машину и потянула еще сильнее. Руки и спина напряглись, она тянула изо всех сил, но тщетно. Бо метнулась к задней двери, где вода еще не добралась до окон, молясь, чтобы она была не заперта. От одного рывка дверь открылась, Бо наклонилась в салон и быстро пощупала пульс на шее у женщины. Слабый и нитевидный, но есть. До нее доносились крики с берега, но она не стала оглядываться, зная, что другие пожарные будут прикреплять тросы к машине сзади. Вода уже дошла до шеи ребенка, Бо вылезла из машины. Вода закрутилась вокруг ее плеч, а ботинки заскользили по каменной осыпи и илу под ногами. Чтобы не оказаться под водой, она ухватилась за крышу машины.
– Бросьте мне шейный воротник! – прокричала она. Борясь с течением, Бо с трудом подошла на несколько футов ближе к берегу и поймала широкий фиксатор с подкладкой.
Прижимаясь спиной к машине, чтобы удержать равновесие, Бо вернулась к открытой задней двери и надела воротник на шею женщине. Ей нужно было добраться до малыша, но обойти полузатопленную машину спереди она не могла. Если она кое-как дотащится до берега и попытается подойти к машине с другой стороны, она потеряет драгоценное время. Движения Бо замедлились, ноги окоченели от пронизывавшего до костей холода. Пальцы тоже слушались с трудом. Если она так быстро лишилась тепла и сил, то женщина и ребенок к этому моменту уже должны были серьезно переохладиться.
– Прикрепили тросы? – крикнула она.
– Почти все, сейчас будем тянуть.
– Я полезла внутрь.
– Дай нам еще минуту.
– У меня ее нет! – прокричала Бо и залезла на заднее сидение, надеясь, что под ее весом машина не уйдет ко дну окончательно.
***
Али зашила рану под ключицей подростка, пострадавшего в перестрелке, и наложила сверху стерильную повязку. Она проверила, как поступает кровь через большой внутривенный катетер, и бросила взгляд на мониторы. Пульс и давление стабильны. Насыщенность крови кислородом превосходная. Вот повезло, так повезло. Одна пуля пробила мальчишке череп, но не задела мозг. Другая, попала в бедро, но тоже без серьезных последствий. Он выживет, а потом снова ввяжется в передрягу.
– Все, можете везти его на томографию, а потом в палату. Я скажу нейрохирургу, где его найти, – сказала Али медперсоналу из интенсивной терапии.
– Спасибо, Али, – медбрат вместе с медсестрой, покатил носилки к раздвижным стеклянным дверям приемного отделения травматологии.
Али стянула перчатки, сняла плотный бумажный халат и побросала все в мусорное ведро. Она заступила на дежурство в 7 утра, и с тех пор, вызовы шли один за другим.
Это пятничное утро еще даже не кончилось, а дежурить ей предстояло до 8 утра субботы, причем в воскресенье она была запасным дежурным. Мда, веселенькие будут выходные. Али присела за узкий стол, стоявший у стены, и быстро заполнила форму о поступлении пострадавшего в травматологию, пока администратор заполнял карту пациента.
Чем займешься в четверг, что-нибудь придумала? – спросил у нее Тонн Чанг, еще один специалист-ординатор одного года с Винтер Томпсон.
– Я дежурю. – Али добровольно вызвалась работать в День Благодарения. Какой смысл целый день торчать дома, когда кто-нибудь из ее коллег мог провести это время со своей семьей. Ей с лихвой хватит того, что на следующий день она будет доедать остатки праздничной еды в компании Ральфа и Виктора, – А ты что будешь делать?
– Поеду к родителям своей девушки на Манхэттен.
– Здорово. – Али протянула пачку документов администратору, заметив, что у той появился новый пирсинг в правой брови. Хотя, можно было и не заметить, что он появился, ибо лицо девушки украшал внушительный набор металла. Али мельком подумала, как только она ухитряется целоваться, не поранив себя или партнера. – Возьми. Триш.
– Спасибо, доктор Тэ. А я иду за кофе. Вы будете?
– О да. Однозначно. – Али залезла в карман своей хирургической рубашки и выудила десятку долларов. – Вот. Купи что-нибудь еще для Тони и Кэсс. Я угощаю.
Триш улыбнулась Али, искрящейся улыбкой.
– Круто, спасибо.
– Да. Али, ты крутая! – отозвалась эхом Кэсси Джонс, рыжеволосая медсестра, старожил травматологии. Она стояла в дальнем конце комнаты и готовила одну из каталок к приему больного. Маленькая, пышнотелая, она была одета в голубой медицинский костюм. Глядя на Али, Кэсси шутливо пошевелила своими выразительными бровями.
Али сделала большие глаза и усмехнулась.
– Я собираюсь пойти в отделение и…
Зазвонил обычный телефон, и Али, которая стояла к нему ближе всех, взяла трубку.
– Приемный покой, травматология. Торво слушает.
– «Скорая помощь» номер девятнадцать везет к вам двух пострадавших в автомобильной аварии, – сообщил женский голос. – Должны прибыть через пять минут.
– Продолжайте, девятнадцатый. – Али схватила со стола ручку и быстро вытащила листок с формой о приеме пациента из папки, прикрепленной к стене рядом с телефоном.
– Белая женщина лет сорока, на внешние стимулы не реагирует, давление низкое, сердечный ритм нарушен. Второй пациент – шестилетний ребенок мужского пола с открытой травмой черепа. Также не реагирует, жизненные показатели стабильны. Оба подверглись очень сильному переохлаждению.
– Пришлите мне электрокардиограмму женщины, – попросила Али. – Что у них с дыханием?
– Женщине мы сделали интубацию трахеи. Насыщенность крови кислородом сто процентов. Ребенок дышит через кислородную маску, у него насыщенность девяносто семь.
– Отлично. Мы вас ждем. – Али повесила трубку и быстро оторвала распечатку электрокардиограммы, которую ей прислали с удаленного терминала во время разговора. Так, небольшая желудочковая тахикардия. Тони и Кэсс выжидающе смотрели на нее. – Везут двоих. Позвоните пульмонологу и еще раз отправьте вызов нейрохирургу. У обоих пострадавших травмы головы, плюс переохлаждение. Кэсс, закинь пару литров соляного раствора в микроволновку и вытащи одеяла с подогревом.
– Уже иду.
– Тони, позвони рентгенологам и скажи, пусть пришлют еще одного техника. Минут через двадцать ему придется заняться еще двумя пострадавшими.
Али как раз надела новый халат и перчатки, когда двери распахнулись и парамедик в форменных темно-синих штанах с накладными карманами и рубашке поло втолкнул в приемный покой каталку с мальчиком.
– Состояние? – Али повела крупного блондина, который был у нее на семинаре, к одному из трех регулируемых медицинских столов. Они стояли в центре большого приемного покоя, имевшего квадратную форму,
