Читаем без скачивания Жизнь побеждает - Ольга Матюшина

И вдруг — толчок. Розвальни опрокинулись. Мы с мамой вылетели в снег.

Я так испугалась, Татьяна Васильевна, так испугалась!.. Не знаю, что делать: кругом бело, ветер свистит, наметает на маму снег. Я думаю: «Скорей уложу ее в сани!». Стараюсь повернуть их — нехватает сил. Сани словно примерзли.

«Что делать, что делать?» — с отчаянием сказала я вслух. И слышу, что мама совсем тихо говорит: «А ты дерни лошадь…»

Я так и сделала. Розвальни приподнялись и встали на полозья. Я помогла маме снова улечься в сани, закутала ее. Говорю: «Мы скоро приедем, совсем скоро!».

И действительно, показались огни. Да и ржание лошади говорило о близости дома.

Аня встретила нас у ворот.

«Мама! Мамуленька!..» — кричал Геня. Валя бросилась раздевать мамочку.

«Отдохните с дороги!» — уговаривала ее Аня.

«Что ты, Аннушка, собираешься меня опять в постель уложить? Я прекрасно себя чувствую. Выспалась на воздухе. Даже не сразу заметила, когда Надя меня в снег вывалила!»

Все укоризненно посмотрели на меня. Я стояла, опустив голову, и думала: «Хорошо, что всё обошлось благополучно. А если б конь не нашел дорогу?.. А если б волки напали?.. А если б мама замерзла?.. И опять всему виной моя самонадеянность: «Сама сделаю!», «Сама довезу!».

«Вот так кучер! Возить не умеешь! Если б я поехал, не опрокинул бы маму!»

«Не хвастайся, Геня! — строго сказала мама. — В такую метель даже опытный кучер мог сбиться, а Надя нашла дорогу. Эдакий буран! Ничего не видно. Мы едва деревню свою не проехали».

«А письмо от папы ты получила?» — спросила Валя.

«Как же, — на другой день после праздника. Оно мне лучше всех лекарств помогло. Сразу как-то сильнее почувствовала себя».

«А что в городе о войне говорят?» — расспрашивала Аня.

«Я в больнице слушала радио. Ленинград окружен врагами. Какие лишения терпит там народ!..

Мы примолкли.

«Садитесь чай пить! — позвала Аня. — А то самовар совсем остынет».

«Мамочка, а у нас, на Шелони, тоже фашисты?»

«Да, весь район занят врагами».

Но я не могла поверить, что враг хозяйничает в нашем колхозе, что фашисты живут в наших домах. Да этому и нельзя было поверить! Правда; Татьяна Васильевна?..

Зорина в Ленинграде пережила блокаду. Она хорошо помнит страшные три года осады города. Чувство девочки, узнавшей об оккупации родного колхоза, понятно ей.

Глядя на завешенное окно, Надя о чем-то сосредоточенно думала. Татьяна Васильевна не прерывала ее мыслей. Заговорив, девушка скупо сообщила о своей жизни после возвращения матери.

Та тревожилась, что Надя не учится:

«Отец спрашивает, занимаетесь ли вы? А здесь только начальная школа. Валю отдадим в первый класс, а с тобой как? Неужели тебе за пятнадцать километров каждый день ходить? Ума не приложу, что делать!» — сокрушалась она.

Аня посоветовала Наде заниматься дома; «Учебники я тебе достану, а если что непонятно, — наша учительница тебе поможет».

Аня не только учебники, но и программу достала и с учительницей сговорилась. Сама она всеми силами старалась, чтоб у Нади оставалось больше времени для занятий. Она незаметно отобрала у нее стирку. Потом убедила Дарью Васильевну питаться из одного котла с ними и готовить поочередно.

Надя охотно взялась за книги. Она занималась сама и помогала Вале.

Способный, любознательный Геня не отходил от сестры и быстро научился читать.

В работе и занятиях незаметно проходит время. Миновал Новый год. Уже март на дворе. Солнышко показывается всё чаще и чаще. Колхозники готовятся к посеву. Заканчивается ремонт тракторов и сельскохозяйственных машин.

Геня, подружившись с механиком, постоянно убегает в мастерские. Мечтает стать трактористом.

Дарье Васильевне выделили небольшой участок земли для собственного огорода.

«Посадим лук, морковь, капусту… Да всего понемногу. Обеспечим себя овощами на зиму», — мечтала она.

«А бабушке что отвечать? Она же зовет нас к себе, пишет, что там ближе к родным местам», — говорила Надя.

«Напиши, что мы пока останемся. Я как-то привыкла здесь. И люди очень хорошие. Отец тоже не советует переезжать. Да вряд ли и разрешат туда…»

Надя была очень довольна решением матери: Аня, узнав, что Надя может уехать, места себе не находила. Горе свое она старалась скрыть, не говорила о нем, и только всё дольше и дольше оставалась на работе.

Написав письмо, Надя побежала в ясли: «Аня, мы остаемся здесь и к бабушке не поедем!».

Слепая едва не уронила ведро в колодец, так неожиданно появилась Надя. Она крепко прижала к себе девочку.

«Правда, сегодня — солнце и небо голубое?» — радостно спросила Аня.

«Правда, правда!» — отвечала Надя, хотя было пасмурно и небо выглядело белесым.

«Это же неважно! — думала она. — На душе у Ани солнечно, вот что хорошо!»

Весна на севере тихая, нежная. Как-то незаметно оседая, таял снег. Под ним журча, протекали ручейки. На пригорках показалась зеленая травка.

…Аня сидела на бревнах недалеко от дома. Она быстро нащупывала глазок и разрезала картофель для посадки. Надя с восхищением смотрела на подругу. Та была очень хороша в синем домотканном платье, освещенная солнцем. Кругом — березки, едва распустившиеся. Тополи с клейкими, душистыми листочками. Вдали — темные ветвистые ели…

Надя присела на кончик бревна с книгой в руках.

«Почитай», — попросила Аня. Она могла слушать Надю часами. Прежде ей никто не читал. Книги открыли слепой новый мир. Она узнала о других странах, городах. Перед ней раскрылась кипучая, полная страданий, борьбы и радостей жизнь людей.

«Ты не знаешь, Надя, как много для меня сделала! — сказала Аня, когда, кончив чтение, Надя закрыла томик Лермонтова. — «Мцыри» — замечательная вещь! Мне, как и ему, хочется вырваться из темноты…»

Аня остановилась. Первый раз Надя услышала в ее словах эту тоску по свету.

«Понимаешь, Надя, я свободна и в то же время — как закованная. Я не могу побежать, как ты. Никогда не знаю, что передо мною, откуда грозит мне опасность… Ну, пойми! Я не вижу, не вижу ничего!.. А для вас всё так просто. Книги, они как бы раздвигают темноту. Вот точно я сама, вместе с Мцыри, лежала и смотрела, что делается там, внизу… И я хорошо понимала, как тяжело ему было снова вернуться в келью! Для него закрылись свет и воля, а это, по-моему, хуже смерти… Ты думаешь, я жалуюсь тебе? Нет! Я только хочу, чтобы ты хоть немножко поняла, как я живу…»

Аня вообще умела глубоко чувствовать прочитанное. Невольно она и Надю заставляла больше думать. Они делились впечатлениями, и герои книг, как живые, входили в их жизнь.

Взяв Аню под руку, Надя часто уходила с ней далеко в лес. Она рассказывала девушке о местах, где они шли. Срывала ей цветы, ветки деревьев. Наде всё больше хотелось сблизить подругу с красотой окружающего ее мира.

Осенью Надя уехала сдавать экзамены в соседнее село, где находилась семилетка. Выдержала их неплохо и была принята в седьмой класс. Останавливалась она у родственников Ани. Те предлагали ей жить у них и зимой.

Возвратись домой, Надя никого не застала в избе. Побежала в огород. Геня первый увидел сестру. Бросился к ней: «А мы картошку копаем! Смотри, какая крупная выросла!»

Здороваясь с матерью, Надя подумала: «Она еще больше похудела! Нельзя ее одну здесь оставлять. Надо заниматься самой, а экзамены экстерном держать».

Рассказывая матери о школе, о сданных экзаменах, о предложении Аниных родственников, она добавила: «Лучше я опять дома стану заниматься, а то и мне без вас будет скучно, да и вам без меня труднее». Все, даже мать, были довольны таким решением. Дарья Васильевна хоть и старалась на людях держаться бодро, но уже видела, что с каждым днем слабеет.

Младшие ребята ходили в школу. Надя училась дома.

Геня всегда приносил из школы массу новостей, самых необычайных. Однажды его сообщение поразило всех. Он кричал на весь дом: «Красная Армия разбила фашистов и погнала их!».

Дарья Васильевна и Надя побежали в правление. Они понимали, что выдумать это Геня не мог. «Наверно, что-то есть!..»

В правлении собралось много колхозников. Весть о победе под Сталинградом уже разнеслась по деревне. Все ждали почты из города. Когда принесли газеты, их сейчас же начали читать.

«Мы наступаем!» — слышалось всюду.

Радость быстро разнеслась по всем избам.

Теперь каждый день ездили или ходили в город. Все с нетерпением ждали последних известий.

Если в газетах или письмах было что-нибудь новое о фронте, каждое сообщение горячо обсуждалось.

Войска наши уже окружили гитлеровские армии под Сталинградом. В ответ на победу Красной Армии люди в колхозе старались работать еще лучше. Ребята следовали их примеру. Они не только хорошо учились, но во всем, где могли, помогали взрослым.