Поскольку лучевое оружие и средства РЭП в вооруженной борьбе будущего будут подавлять или уничтожать РЭС, объекты экономики, излучающие электромагнитные сигналы, системы управления всех уровней, важнейшие элементы управляемого оружия и боевые средства противника, то они будут оказывать существенное влияние на ход и исход не только боя, операции, но и войны в целом. В этой связи их правомерно рассматривать уже не как вид обеспечения, а как содержание боевых действий причем оперативно — стратегического масштаба.
Радиационное поражение также может получить развитие в вооруженной борьбе будущего (примерно через 20–25 лет), но не в ядерных боеприпасах, а в системах ускорительного оружия НФП.
Тепловые средства поражения в переходный период будут представлены хорошо известными в сухопутных войсках огнемётами, зажигательными боеприпасами и огневыми фугасами, использующими зажигательные вещества, однако следует ожидать, что значительно возрастут их возможности за счёт применения новых термических химических веществ. Эти же средства найдут широкое применение и в высокоточном оружии, воздействующем по объектам нефте — газодобычи, нефтепереработки, нефте- газохранения, нефте- газокоммуникаций и др.
Практически во всех предыдущих поколениях войн, может быть лишь кроме первого, применялось оружие, воздействующее по целям, преимущественно кинетической, химической и тепловой энергией. В вооруженной борьбе будущего кроме этих уже давно ставших традиционными вооружений и их воздействий появятся и новые. Совместно с массовым количеством высокоточного оружия, как уже было подчёркнуто, будет весьма широко применяться и оружие на новых физических принципах, главными среди которых будут средства лучевого поражения.
По аналогии с лучевым поражением и РЭП в вооруженной борьбе будущего к средствам поражения (а не обеспечения) будут также отнесены инженерные средства поражения. Они могут применяться главным образом на завершающих этапах будущих войн прежде всего для борьбы с живой силой противника путём его поражения, а не для обеспечения этой борьбы, как это было в войнах прошлых поколений. Кстати, история войн и военных конфликтов показывает, что 30 % заранее подготовленных оборонительных рубежей (в мирное время) с началом войны войсками вообще не занимались. Что касается инженерных заграждений, то они также должны прикрываться огнём. Если в вооруженной борьбе будущего на завершающей фазе войны будут применяться и сухопутные группировки, то сохранит своё значение дистанционное минирование, получит дальнейшее развитие такое понятие, как "минная война", а также будет разработана высокоэффективная тепловизионная аппаратура для разведки минных полей.
В целях маскировки будут широко применяться радиорассеивающие сети, пенообразующие генераторы с радиорассеивающим и теплоизолирующим эффектом, ложные объекты и ложные цели. Соотношение реальных и ложных объектов, в которых до 100 % имитируется военная технология и её физические свойства, достигнет уровня не менее 1:5. Ложные комплекты вооружений будут выпускаться на тех же предприятиях, где выпускается основное оружие и они будут являться его неотъемлемой составной частью.
Эффективное поражение и защита в войнах и вооруженной борьбе будущего потребуют кардинального развития средств разведки. Разведка в вооруженной борьбе будущего также изменит свой статус и станет неотъемлемым элементом и содержанием любого удара, боя, сражения, операции, а не их обеспечением, как принято в настоящее время. Единство разведки и поражения, как один из главных признаков вооруженной борьбы будущего, особенно наглядно видны на примерах функционирования разведывательно-ударных боевых систем (РУБС) и разведывательно-огневых комплексов (РУК).
Аналогичные рассуждения применимы и к определению места маскировки в войнах и вооруженной борьбе будущего. Средства и приемы маскировки, применяемые согласованно с действиями большого количества высокоточных средств и оружия на новых физических принципах в сочетании с поражением средств разведки, будут вводить в заблуждение противника и, несмотря на то, что они непосредственно не поражают целей, но снижают или даже исключают его возможности по радиоэлектронному подавлению и огневому поражению войск и объектов. Поэтому в вооруженной борьбе будущего маскировку также вполне очевидно исключат из видов обеспечения на всех уровнях и отнесут к содержанию боевых действий, в частности, к мероприятиям по защите войск от поражения.
Что касается понятия "обеспечение боевых действий", то в войнах и вооруженной борьбе будущего к нему будут отнесены только те специфические мероприятия, которые создают условия для действий по поражению противника или защите от его поражения. Здесь понятие «обеспечение» будет в полной мере отвечать его смыслу: снабжение всем необходимым, недопущение недостатка чего — либо и т. п. Исходя из этого, обеспечением боевых действий в вооруженной борьбе будущего можно будет считать лишь тыловое и техническое виды обеспечения.
Развитие микроэлектроники значительно расширит возможности дальнейшей разработки новых видов высокоточного оружия и оружия на новых физических принципах. Они будут построены на базе самых современных сверхскоростных, сверхбольших интегральных схем, сверхчувствительных датчиков различного диапазона частот. Новая элементная база радиоэлектроники позволит создавать системы управления и наведения высокоточных крылатых ракет в 4 — 6 раз легче, чем сейчас, а значит и в несколько раз увеличить могущество поражающей головки без увеличения мощности энергетической установки ракеты.
Волоконная оптика, новейшая компьютерная техника с голографической памятью станут основой всех высокоточных систем поражения. Будут созданы комплексные системы автоматического (автоматизированного) проектирования высокоточных средств поражения различного назначения, что позволит решать многие сложные проблемы, связанные с выбором рационального проекта из множества возможных вариантов. Они найдут широкое применение при проектировании радиопрозрачных (невидимых) планеров прежде всего для высокоточных крылатых ракет сверх дальнего действия, в которых должны строго учитываться требования, связанные с вероятностью обнаружения их и визуальными средствами. Их характеристики невидимости будут оптимально сбалансированы с размерами, весогабаритными и аэродинамическими характеристиками, а также с маневренностью, надёжностью, стоимостью и др.
Новые вооружения и военная техника не просто резко повысят боевые возможности вооруженных сил, но коренным образом изменят их состав и структуру, а также сам характер возможных войн. Участие в войнах и вооруженной борьбе будущего большого количества разнотипного ударного и оборонительного оружия и оружия на новых физических принципах усложнит эту борьбу.
Главным театром военных действий станет воздушно — космическое пространство даже несмотря на то, что будут весьма значительно сокращены стратегические наступательные вооружения ядерного типа, а война с их применением маловероятна. На смену этим вооружениям придут стратегические неядерные силы, включающие также триаду средств наземного, воздушного и морского базирования.
Основу этих сил примерно через 15 — 20 лет будут составлять наземные мобильные ракетные комплексы межконтинентальной дальности стрельбы (до 10 тыс. км), при точности попадания (круговое вероятное отклонение) — не более 5 м. Сюда же будут относиться и атомные подводные лодки, имеющие на борту такие же ракеты и высокоточные крылатые ракеты различной дальности.
Однако авиация в этих силах займёт основное положение. Она практически вся станет главным средством доставки большого количества высокоточных крылатых ракет до рубежей пуска (3–3,5 ты. с км от объектов удара) и после их запуска, не заходя в зону дальнего радиолокационного обнаружения, будет возвращаться за новыми боекомплектами. Получит развитие не только дозаправка в воздухе самолётов — носителей топливом, но и довооружение этих самолётов в воздухе боекомплектами высокоточных крылатых ракет, а в последующем и смена экипажей в воздухе.
Большое количество высокоточных крылатых ракет различных радиусов действий и назначения будет находиться на вооружении и других видов авиации и военно-морских сил. Всё это, в конечном итоге, приведёт к кардинальным изменениям в военном искусстве.
Уйдут в прошлое операции сухопутных группировок, а ядерные средства будут вытеснены высокоточным обычным оружием, массовое применение которого позволит достигать не только стратегических, но и политических целей войны. Войны четвёртого поколения (обычные безъядерные) как бы перешагнув через пятое поколение (ядерные), трансформируются в войны шестого поколения (обычные безъядерные и без наземных операций сухопутных войск).
