— Ну и как там твоя жёнушка? — уставившись в потолок, спросила Тейт, когда Эндж вернулся в комнату.
— Ладно, она простудилась, — сказал парень, встав у ее ног.
Эндж наклонился и, схватив ее за руку, заставил подняться.
— Она что, писается, когда чихает?
— Что? Нет. Что это сейчас была за фигня? — потребовал он.
Эндж снял пиджак и теперь держал в руке ключи от машины.
— Что ты имеешь в виду? — спросила она и, встав, поправила рубашку.
— Вот это, Тейтум. Какого хрена с тобой творится? — спросил парень.
Она рассмеялась.
— Эндж, с каких это пор нам нужен повод для секса? Однажды мы сделали это, чтобы отпраздновать день выборов. Я хотела переспать с тобой, потому что ты здесь, — сказала ему Тейт.
Он прищурился.
— С каких это пор тебе стало мало Джеймсона? — возразил Эндж.
— Ему трудно удовлетворять мои потребности, когда он за тысячи миль отсюда, — ответила она и вывела его из комнаты.
— Так вот в чем дело? Тебе одиноко? — спросил парень, когда они спускались по лестнице.
Тейт порывисто вдохнула.
«Да. Мне всегда одиноко. Очень одиноко».
— Эндж, это было просто весело. Я слегка под кайфом, ты сексуальный, мы давно не виделись. Этого не случилось! Подумаешь, большое дело. В следующий раз я просто сниму топ, может, тогда ты не будешь сомневаться, — с трудом пошутила она.
— Если в следующий раз ты покажешь свои сиськи, обещаю трахать тебя до тех пор, пока ты не станешь смотреть на Сатану, как прежде, — пошутил он.
Тейт фыркнула.
«Ага, удачи тебе».
— Слышала бы тебя сейчас Элли, — вздохнула она, открывая входную дверь.
— Да, это было бы некрасиво. Серьезно, тебе тут нормально? Можешь пожить у меня или у нее, пока они не вернутся домой, — предложил он.
Тейт покачала головой, почти вздрогнув от пробежавшего по ее телу напряжения. Ей просто хотелось, чтобы он ушел.
— Нет, мне тут нормально. Кроме того, кто-то ведь должен поливать растения Сандерса. Если хоть одно из них завянет, он меня убьет и прямо там и похоронит, — сказала она.
Эндж кивнул.
— Ладно. Не переживай, котенок. Позвони мне, если тебе что-нибудь понадобится. Все, что угодно, — проговорил он, затем наклонился и быстро ее поцеловал.
— Спокойной ночи! — крикнула она ему вслед.
Едва Тейт захлопнула дверь, как тут же рухнула на колени. Она проползла по полу и, прижавшись спиной к двери, подтянула к груди колени. Обхватив руками ноги, девушка попыталась совладать с дыханием. Твою ж мать. Твою ж мать, что она чуть не натворила? Эндж понятия не имел, думал, что она странно себя ведет, но такая сексуальная и дерзкая. Глупец. Он ничего не знал.
И Джеймсон. Господи, если бы он обнаружил, как далеко все зашло, то жутко бы разозлился. А если бы она на самом деле это сделала? Переспала бы с Энджем? Боже. Он бы ее возненавидел. Элли бы ее возненавидела. И Эндж бы ее возненавидел, как только узнал, что все это было подстроено. По большей части это ей казалось отличной идеей.
Но иногда, когда Тейт оставалась в одиночестве и не могла перестать плакать, ей казалось, что она самый ужасный человек на свете.
Ну, после Джеймсона...
*****
Пару дней спустя Тейт стояла в дверях, глядя, как Сандерс разгружает машину. Джеймсон сидел на заднем сиденье и разговаривал по мобильному телефону. Девушка улыбнулась и, когда Сандерс наконец поднялся на крыльцо, протянула руки ему на встречу.
— Что ты натворила? — спросил он, и Тейт рассмеялась.
— Что? Что?! Я жива, я не угробила ни одного из твоих растений, и еще я убрала взорвавшиеся на кухне фрикадельки, — стала защищаться она.
— Пока нас тут не было, я не мог избавиться от какого-то нехорошего предчувствия. И всякий раз, когда я звонил, ты как-то странно мне отвечала, — сказал он, пристально глядя на нее.
— Нет, здесь нет ничего странного. Просто я тут все время скучала, — ответила она.
Наконец из машины вышел Джеймсон и поднялся на крыльцо. Сандерс бросил на нее еще один взгляд и направился внутрь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Боже, что за чертов кошмар. Сандерс был просто невыносим, он все время о тебе беспокоился, — проворчал Джеймсон, протискиваясь мимо нее.
Когда все вошли, Тейт закрыла дверь.
— Приятно знать, что хоть кто-то обо мне беспокоится, — рассмеялась она, следуя за ним вверх по лестнице.
Сандерс оставил багаж Джеймсона у входа в комнату и спустился вниз.
— Если бы я тратил время, беспокоясь о тебе, то ничего бы не сделал, — ответил Джеймсон и, сняв галстук, подошел к краю кровати.
Тейт пинком захлопнула за собой дверь.
— Вот видишь. Доброта. Ты ею буквально переполнен, — подколола его она.
Мужчина взглянул на нее и, сняв пиджак, бросил его на кровать.
— У тебя отличное настроение, — подозрительно сказал он, расстегивая рукава рубашки.
Тейт пожала плечами.
— Я неделю провела в одиночестве. Было тихо. Мирно. Приятно. Мне не приходилось все это время тебя слушать, — улыбнувшись, поддразнила его она.
Джеймсон прищурился и прошел мимо нее в гардеробную.
— Что-то ты рановато начала, малышка. По крайней мере, дай мне... а это еще что? Почему он на полу? — спросил Джеймсон.
Тэйт, затаив дыхание, подкралась к двери в гардеробную. Блейзер, который надевал Эндж, валялся на полу там, где он его оставил. Тейт так его и не убрала.
— Что? — прикинувшись дурочкой, спросила она.
Мужчина поднял блейзер, затем его встряхнул.
— Почему он лежит на полу? — спросил Джеймсон и тут же поморщился. — Господи, это что, травка? Ты что, обкуривалась в моем пиджаке?
— О, нет. Меня навестил Эндж, и мы..., — начала объяснять она, как будто это было обычным делом.
Джеймсон повернулся к ней, и у него округлились глаза.
— Здесь был Энджер? В моем доме? — спросил он.
— Да, я пригласила его как-то вечером. Нам было скучно, и я устроила ему экскурсию. Мне показалось, что будет забавно ему примерить твой пиджак, — объяснила она.
Глаза Джеймсона округлились еще больше.
— Ты позволила ему надеть мою одежду? — потрясенно произнес Джеймсон.
От ее слов ему реально сорвало крышу. Джеймсон очень щепетильно относился к своим вещам.
— Да. Он ему очень шёл, хотя Эндж намного выше, — сказала Тейт, опустив голову и ковыряя ногти.
Джеймсон подошел к ней, его движения были медленными и целенаправленными.
— Ты привела Энджера в мой дом, позволила ему надеть мою одежду, а потом обкурилась, — резюмировал он.
Девушка взглянула на него и кивнула, затем снова уставилась на свои ногти. Она не могла долго на него смотреть. Его глаза негодующе горели, и от этого взгляда ей всегда становилось не по себе. Хотелось, чтобы к ней прикоснулись. Причинили боль.
— Да, в солнечной комнате, — закончила она.
— Ты курила в моей комнате, — мягким голосом произнес он.
Тейт с трудом сдержала улыбку.
— Ну, не в твоей комнате, мы были..., — начала она.
Джеймсон схватил ее за горло, и она встала на цыпочки, ее пальцы взлетели к его руке. Он уставился на нее сверху вниз, и казался одновременно взбешенным и крайне возбужденным. Такой странный взгляд она видела только у Джеймсона. Взгляд, от которого ее сердце забилось вдвое быстрее.
— Что за игру ты затеяла, малышка? Ты ведь знала, что все это очень меня расстроит, так зачем же это сделала? — все еще мягким голосом спросил он.
Тейт вздохнула.
— Нам было весело. Возможно, всего лишь возможно, я минут на десять забыла о тебе, Джеймсон, — ответила она.
Его пальцы сжались сильнее, и он повел ее к выходу из гардеробной.
— Весьма сомнительно. Весело, да? Что еще ты сделала? — спросил он, приперев ее к кровати.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Трудно вспомнить. После косяка все было как в тумане, — ответила она.
Джеймсон подошел так близко, что почти касался ее.
— Все как в тумане, хммм. Тейтум, с твоей стороны было бы слишком банально в действительности с ним трахнуться, так что тебе не заставить меня ревновать. Я не ревную. Я зол, — прорычал он сквозь стиснутые зубы.
