девушку.
* * *
Они как раз вернулись с тренировки и решили провести остаток ночи за игрой в «Героев», когда Артур обратил внимание на скрывающие в тени полок фотографии. Ему плохо было видно, но на них была светловолосая девушка, кажется, похожая на Саню.
— Сеструха твоя? — чересчур жизнерадостно спросил Артур.
— Не… Подруга, — неохотно ответил приятель.
— А я-то думал, ты идейный холостяк, — со смешком сказал Артур.
— Холостяк, холостяк. Вот как полгода назад Тьма ее забрала, так и холостяк, — зло буркнул Саня.
Улыбка медленно угасла на губах Артура, когда до него дошел смысл слов друга.
— Ой… бля… прости, — и запнулся. А что еще сказать в такой ситуации?
— Не бери в голову. Такова жизнь: сегодня ты есть, а завтра — тебя даже не смогут похоронить. Мы сами виноваты, слишком опасное дело затеяли. Но мы хотя бы пытались, — парень бессмысленно теребил компьютерную мышку, будто забыв, зачем взял ее в руку.
— Что же случилось? — спросил Артур, лишь бы не молчать.
Саня рассказал ему об Ане. Она была одной из немногочисленных девушек-разведчиц, пришла в Угольный Мешок из другого населенного района и записалась на стройку Санатория — большой совместный проект ГЭС и Шахт по улучшению инфраструктуры Дороги. Работы для опытных бродяг было много. Так несколько лет назад они и познакомились. Разведчица выбрала логово Сани своей базой и умудрялась даже вытягивать электронщика-домоседа в походы.
— На самом деле я ходил с ней, чтобы она не посчитала меня скучным трусом и не ушла к какому-нибудь альфа-самцу, — признался Саня.
В конце концов, Аня предложила ему рисковый план, который мог увековечить их имена в памяти людей: скрестить «Цемру» с зенитной пушкой и посбивать нахрен носферату.
— Тут ведь в чем дело: старые системы наблюдения и наведения бесполезны в наше время. Но использовать летучих мышей для наведения пушки-робота еще никто не пробовал: подходящие приборы появились совсем недавно. От меня требовалось написать ПО для поиска чудовищ и взаимодействия с пушкой, а Аня с друзьями искали подходящее орудие для доработки, — кажется, рассказывая технические подробности, Саня немного воспрянул духом.
Проект продвигался удивительно гладко: им удалось найти не только пушку в удачном месте, но и старых солдат, доживших до наших времен. Они совершили несколько походов и подготовили зенитку к полностью автономной работе.
— Но ведь первый же выстрел привлечет целую орду Червей! — удивился Артур.
— Да, именно поэтому мы погрузили пушку на пришвартованную к речной пристани баржу. Кабели связи протянули по дну к бетонным зданиям на берегу. У нас были сомнения, насколько хорошо будет работать система подачи снарядов. Поэтому один из солдат остался в трюме под пушкой. А Аня осталась следить за электроникой. Я пытался ее отговорить…
— И?..
— И зенитка отстрелялась как надо. В конце ночи «Цемра» показала приближающееся пятно. Оно должно было пройти мимо. Тогда Аня посветила фонарем в небо.
— Пипец у нее яйца стальные! — восхитился Артур, но осекся под строгим взглядом друга.
— Это ты верно сказал. Чертова сука развернулась, и полетела прямо на баржу. Пушка послала сигнал, что нашла цель и запросила разрешение на огонь — так мы условились, что первые разы будем сами давать команду. Ох, что было! Я даже и не представлял, что артиллерия так грозно ебашит, по фильмам этого не почувствуешь. Мы вспороли этой суке брюхо, точно тебе говорю! Кажется, я видел подсвеченный взрывами огромный силуэт в облаках, и от него просто куски отлетали.
— Оно сдохло? — спросил Артур.
— Наверняка. Рухнуло куда-то в водохранилище за лесом, мы это слышали. Проблема была в том, что баржа оказалась вовсе не безопасным местом.
— Черви все-таки забрались на нее?
— Не уверен. Баржу ударило снизу, с такой силой, что судно согнулось пополам, а корма взлетела метров на десять над рекой. Я понятия не имею, что там видел, то ли Червей, то ли кракенов каких-то ебучих. Кажется, перед смертью чудовище испустило какой-то зов — нас накрыло целой волной Червей, я такого не видел раньше… Ты когда-нибудь видел, как эти твари железобетонные дома сносят? — спросил Саня.
— Нет.
— А я видел. Изнутри. Просто весь берег в труху. Мы весь день ныкались под обломками, но и к ночи Черви не успокоились. Река бурлит, на берегу вообще ад! Со мной только последний солдат в засранных штанах.
Саня встал и направился к кухонному уголку. Долив воды в чайник и нажав кнопку, он продолжил:
— Нам потребовалось трое суток, чтобы переждать этот шухер и осмотреть остатки баржи. Мы там никого не нашли, ни среди обломков, ни на берегах. Я оставил солдата ждать в чудом сохранившемся подвале, и еще двое суток обшаривал берега вниз по течению. Когда вернулся, солдата не было. Больше не видел его.
Разлив чай по кружкам, Саня помолчал и завершил рассказ.
— Но мы должны были попробовать. Хотя бы для того, чтобы рассказать людям, как делать не надо.
* * *
Всю ночь он зигзагами шел на юго-запад, с каждым километром все больше петляя то на восток, то на запад. Первые пятнадцать километров он напряженно ждал нового сигнала маяка, но тот молчал. Да, он знал, что расстояние уже стало неправдоподобным для радиосвязи, а с каждым часом зона поиска катастрофически расширяется. К тому же, сканер жрет как не в себя. Однако, возвращаться уже было поздно — теперь оставалось идти к ближайшему укрытию на юго-западе. Благо, даже петляя в стороны, он должен был в конце ночи достичь расположенных на полигоне дотов[8].
Хотя бы в этом он не ошибся. За час до рассвета он миновал Южный оборонительный рубеж. Говорят, здесь солдаты держались дольше всего, показывая тварям ад, а потомкам — чудеса героизма и самопожертвования. Только теперь случайный путник мог увидеть в свой ноктовизор разве что выплывший из зеленоватой мглы остов военной машины или заросший чахлой травой курган на месте огневой точки. Если здесь и были капитальные сооружения, то твари и время их не пощадили. Тем более удивительно, что к югу нашлось место для надежного укрытия разведчиков — прямо в сердце сожженной ураганным огнем земли.
Артур забрался на крышу дота, и до самого утра бродил по ней с шестом-антенной — скорее для очистки совести, чем из-за надежды уловить еще один сигнал. В укрытие он спрятался в последний момент, услышав шум невдалеке — твари просыпались. И вновь ему не удалось как следует отдохнуть — сооружение сильно осело, под стеной образовались глубокие щели, ведущие черт знает куда, а помещение были сильно загажено мышиным
