с ним разговаривать помимо работы. Да и нужно ли?
Кажется, его мой снисходительный смех не успокоил. Игорь Корсаков скривил лицо.
— Вы красивы и отлично выглядите. Все, что я сказал несколько минут назад — обычная провокация. Мой сын точно захочет расширить границы ваших деловых отношений. До вас было множество девушек. Так же уверяли отдел кадров, что все будет в порядке. И все они убежали отсюда в слезах. Со многими мой сынок перепихнулся. Других обливал водой, кофе и так далее, если не могли ему угодить. В любом случае, все они ушли униженными и раздавленными. Он знает, что делает — выживает всех одну за другой, пытаясь насолить мне.
— А секретаря мужского пола не пытались найти? — ляпнула я и тут же прикусила язык. А вдруг подкину им хорошую идею?
— Был один, не продержался и недели. Ушел со сломанным носом и компенсацией. Видите ли, мужчины по натуре своей более горделивы и не потерпят такого отношения. Я не хочу вас обманывать, хочу лишь предупредить и вооружить. Мой сын постарается сравнять вас с землей, втоптать в грязь и так далее. Мягче сказать я уже не знаю как. В общем, работа предстоит адская. Но хорошо оплачиваемая. Если вы согласны…
— Да, — поспешно вставила я. — Но я же не прошла тест на стрессоустойчивость…
— Вы не заплакали — это уже радует, — фыркнул он. — С остальным попробуйте справиться.
— Да, конечно.
— Что ж… — в его голосе я слышала больше безысходность, чем неуверенность. — Тогда вы приняты, мы ждем вас в понедельник.
Так я получила работу, которую потом буду проклинать еще долгое время.
Глава 5
Анна
— Ты хоть представляешь как меня подставила! — возмущенно восклицаю, уперев руки в бока.
Алинке хоть бы хны. Сидит перед зеркалом, жует жвачку и красит свои длинные, как у коровы ресницы. После того случая в клубе демонстративно разговаривает со мной сквозь зубы безо всякого уважения.
— Алиша!
— Да че ты какая зануда, а? — не вытерпела сестра. — Я не могу ходить как оборванка. Надо мной и так на курсе смеются. У меня гардероб просто до ужаса скудный!
— Ты же знаешь, мы не можем себе позволить…
— Бла-бла! Слышала тысячу раз. Итог все равно один. А я не собираюсь быть объектом насмешек! В универе никто не ходит отребьем, одна я выделяюсь! Ты итак меня сильно подвела, никто не хочет со мной общаться, поломойкой обзывают! Хотя это не я тряпкой махала!
На ее глазах выступили злые слезы.
— Алиша, ну что ты такое говоришь… — оторопело пробормотала я.
Мою грудь обняла сдавливающая тяжесть, мне казалось я теряю свою сестру с каждым сказанным словом или действием. И как остановить это — не знала.
Конечно, я бы не хотела чтобы мою сестру обижали. Неужели времена не меняются и сейчас молодежь обсмеивает друг друга даже за одежду? Наверное да, просто я с высоты своего возраста уже такие вещи не замечаю. Меня не волнуют презрительные или жалостливые взгляды в мою спину.
— Ты сказала, что позаботишься обо мне! Так заботься! В чем твоя проблема?
— Я стараюсь! Ты сейчас несправедлива!
Сердце сжало в тисках от ее слов, бьющих прямо по больному. И ведь она права. Я даже работу толковую не могу найти долгое время. Ни образования, ни связей. Опыт только в сфере обслуживания. То, что я получила сегодня работу секретаря — огромная удача. Шанс, за который нужно крепко ухватиться.
Шанс на лучшую жизнь. Не в съемной квартирке с дешевой мебелью бывалых времен СССР. Не с однообразными ужинами в виде макарон на обычной луковой подливке.
Я обещала ей. Я старше нее. Я взяла на себя всю ответственность.
— Алин… Просто наши финансовые трудности…
— Отстань от меня! — сестра раздраженно отпихнула меня в сторону, когда я сделала попытку ее обнять. — Что ты от меня хочешь? Денег? Хочешь, брошу универ, и пойду работать? Буду приносить тебе твои деньги, чтобы не было финансовых трудностей!
— Что ты такое говоришь! Конечно нет! Я хочу чтобы ты отучилась и получила диплом.
— Тогда не лезь ко мне! — голубые глаза сестры метнули в меня яростную молнию. — Иначе так и прозябаем обе в нищете.
Она встала и вышла из комнаты, оставив меня в расстроенных чувствах.
Слова Алины меня задели. Ведь мне тоже так хотелось в свое время учиться, а не бегать с работы на работу. Да что там, даже сейчас я горю желанием получить образование. Но как, если все деньги уходят на Алишкино? Да и жить, одеваться, питаться как-то нужно. И откладывать на будущее.
С последним вечные проблемы.
Однажды я все-таки это сделаю. Денег, обещанных Корсаковым, хватит, чтобы откладывать. Главное, наплевать на все и продержаться. В конце концов, у меня еще висит долг перед клубом. Если бы не тот засранец, по чьей прихоти меня уволили…
Уставшая после перемещения на метро на высоких шпильках, я набрала себе горячую ванну и залезла в нее понежиться. Тут же раздалась мелодия моего старенького смартфона.
Взглянув сквозь мелкую сетку царапин на экран, я улыбнулась.
— Алло, привет любимый. Как дела?
— Привет, Анют. Соскучился невероятно по тебе, мой котенок. У тебя Алинка сегодня дома?
— Да, Коль, у меня пока никак, — с сожалением произнесла я.
— Вечер пятницы же. Она что, дома будет торчать? — услышав в голосе любимого недовольные нотки, я виновато улыбнулась.
— Коль, ты же знаешь. Она пока наказана. После того случая.
— Ей уже восемнадцать! Что ты с ней как пятилеткой возишься?
— Коль, я до сих пор плачу этот дурацкий долг!
— Да, который ты сама же на себя и повесила. Если бы ты не пошла туда за ней… — протянул он.
— АУ! Это моя сестра! И я работала в том клубе вообще-то!
— Потрясающая работа, — пробурчал Николай. — И слава Богу, что уволили. Новое что-то нашла? Третья неделя уже пошла…
Я насупилась.
— Нашла. В офисе буду трудиться.
— Ну и здорово. Хоть скрывать твою трудовую деятельность теперь не придется, — тон его голоса разгладился. — Видишь, все к лучшему, малыш.
Мое настроение почему-то начало стремительно портиться. Захотелось на мгновение нырнуть под воду и спрятаться там от всего мира. Лежать на дне и не шевелиться, слушать бит сердца и учиться дышать по-другому. Чтобы стало возможно выжить под толщей воды. Беспрепятственно сделать несколько глубоких вдохов. Трудно объяснить словами.
Казалось, что в моей жизни где-то случилась сильная прореха, и теперь в нее безвозвратно стекает все самое хорошее.
— Ладно, Коль, давай завтра созвонимся…
— А что изменится
