— Ведь можешь же не быть засранцем, когда захочешь.
Леонид пошел на камбуз и действительно обнаружил в одном из холодильников целых три колбы с прозрачным напитком. Немного подумав, он взял себе две: третья явно понадобится Синкаю, когда он выберется из медмодуля. Потом еще подумал и оставил вторую: выпьют вместе.
Леонид вернулся в рубку и плюхнулся в кресло второго пилота.
— Все, я принимаю дежурство, можешь идти дрыхнуть.
— Только не в кабине дежурь, ладно? Я не хочу проснуться на Венере.
— Ладно.
— Автопилот, точка назначения — надир, — приказал Касс. — Крейсерская скорость. Старт.
[1] Десять граммов метанола часто приводят к слепоте, тридцать зачастую смертельны
Перспективы и их отсутствие
Врач выписал Кирсана только на следующий день. К этому моменту Кирсан уже выучил при помощи Изабелл примерно двести слов и запомнил принципы составления фраз. Язык оказался одновременно сложным и простым, потому что базовые аспекты оказались аналогичны таковым у русского языка. Так, одно и то же слово обычно означает одно и то же и не меняет свое значение в зависимости от фразы, контекста и соседних слов, при этом падежи, склонения и все в таком духе — аффиксные.
С одной стороны, это невероятно сложно, потому что если сравнивать русский с английским, то нескольким десяткам русских слов, связанных с бегом и имеющих общий корень «бег», в английском соответствуют всего три слова с общим корнем «run». Балларанский язык оказался еще сложнее русского, но для человека, который знает русский, задача значительно упрощается.
Когда врач сообщил Скаю через Эваду, что тот, наконец-то, условно здоров и больше не нуждается в круглосуточном наблюдении, Эвада перевел его слова и достал из футляра вещь, похожую на обруч с очками.
— Следующий твой шаг в галактическое сообщество, Скай. Эта вещь называется «устройство расширенной реальности», или УРР, а вот этот кубический модуль в разъеме — твой персональный искин.
— Кто-кто?
— Искусственный интеллект. Персональный помощник. Пока он еще не твой — давай сделаем его твоим.
Эвада достал из кармана еще один прибор и подключил к обручу. Из прибора появился голографический, «призрачный» экран.
— Совмести ладонь с этим местом. Отлично. Так, теперь надевай. Фиксирую сигнатуры, и… готово. Вставляй наушники.
Кирсан вставил наушники и услышал в них голос.
«Приветствую, хозяин. Готов к работе. УРР протестирован и готов к работе. Ваши персональные данные загружены в базу данных. Русский язык добавлен в базу языков».
— Ух ты… А о каких персональных данных мне тут искин говорит?
— Обо всех. Искин собирает все твои данные. Например, он уже скачал твои медицинские данные, в том числе то, что у тебя мозг землянина и тело клонировано наполовину с земными генами, что имеет значение для медиков. Если ты попадешь к медикам, даже будучи без сознания, твой искин передаст им всю информацию, включая аллергию на определенные препараты и так далее. Тебе не обязательно запоминать или записывать что-либо — ты можешь сказать искину «запомни это». Искин помнит твое расписание, напоминает о важных делах и умеет предупреждать, если ты пытаешься сделать что-то опасное. Очень полезный помощник. Но вообще одна из главных особенностей УРР заключается в переводе. Читай!
Эвада показал Кирсану экран своего планшета.
— «Протокол прошивки устройства расширенной реальности…»
— А теперь взгляни не через УРР.
Кирсан приподнял «очки» и крепко удивился: надписи на планшете совсем не русские.
— Ого! Эта штука переводит и подменяет надписи так, что даже и не заметно…
— На то и устройство расширенной реальности. Да, просто между прочим: с того момента, как ты вставил наушники, я говорю на балларанском. Ты продолжаешь слышать русский, потому что искин переводит на лету, подменяя мой голос.
— Охренеть! — сказал Кирсан и вытащил один наушник: — скажи что-нибудь.
Эвада завернул фразу, из которой понятными оказались только первое и последнее слова — «высокие» и «возможности», но через наушник послышалось «высокие технологии открывают невероятные перспективы и возможности».
— Вот это да… — протянул Кирсан, вставляя второй наушник.
— На этой технологии базируется все галактическое сообщество. Два абсолютно любых существа, например, общающийся звуками ты и общающееся жестами усиков существо могут понимать друг друга в режиме реального времени. Тебе будет казаться, что он издает слова русского языка, а ему — что ты шевелишь усиками, которые его УРР «дорисует» тебе на его экране. Разумеется, если у вас сильно отличающийся индекс сходства — взаимопонимание может оказаться проблематичным, но вообще сейчас это неважно.
— Блин… и зачем я язык учу, если можно вот просто надеть такую классную штуку…
— Чтобы не выдавать в себе чужака и не заставлять других постоянно носить УРР.
— Да я понимаю, шучу же.
Вскоре Кирсан попал в на обед в камбуз и познакомился с другими членами экипажа корабля и научных сотрудников, всего с полутора десятками вардоранцев. Именно ученых тут оказалось большинство, так как собственно экипаж состоял из всего трех человек: капитана, уже знакомого «специалиста по безопасности» Спарды и специалиста по межзвездным полетам. Видимо, так тут навигаторы называются.
Из тех, кто присутствовал, самым старшим казался именно капитан — средних лет примерно. Спарда кажется одновременно и старше, и моложе — странный парадокс. Остальные выглядят молодо — но реальный возраст неизвестен, единственное, насчет чего Кирсан примерно уверен — что он сам выглядит на свои восемнадцать и является самым молодым на борту. Насчет остальных — поди пойми.
Каких-то особых церемоний не было: Эвада просто привел Кирсана на камбуз и сказал: «Знакомьтесь, это Скай». Присутствующие ответили несколькими репликами типа «Привет» и «Добро пожаловать» — и, собственно, все, дальше обед пошел своим чередом, словно ничего особенного, типа появления в их кругу «новичка», не произошло.
Ну а правда, чего там Кирсан ждал? Пышной церемонии посвящения в балларанцы?
С другой стороны, ему так даже лучше: он просто сидит за столом, делает вид, что так всегда и было — ну а сам слушает да на ус мотает. Мотать, правда, особо нечего: Кирсан понимает слова по отдельности, но когда ведут диалог инопланетный инженер и инопланетный же исследователь — смысл ускользает, а порой и вовсе каждое третье слово — тонкий писк, которым искин сообщает, что в русском языке аналога нет.
Отдельно Кирсан отметил, что искин действительно довольно умный: так, он переводит только слова того, на кого в данный момент смотрит хозяин, и тех, с кем говорящий беседует. В противном случае в ушах был бы полный хаос.
Обед, к слову — уже знакомые ему «похлебка в тюбике», «желе в тюбике», «паштет в тюбике» и так далее. Булочки — не факт, что они из муки, но на вкус и по консистенции похоже на сладкую сдобу — из пакетиков, откуда они появляются такими свежими, словно только из печки. Напитки — из колб. Словом, все готовое, повар не предусмотрен, полуфабрикаты — тоже.
После обеда Эвада сообщил, что «все необходимое» для Ская уже собрано и подключено и можно приступать к первым тестам на профпригодность.
Это самое «необходимое» оказалось весьма удобным креслом, столом-панелью и тремя экранами, установленными на панелях. Стол, естественно, сенсорный и тоже фактически экран, потому что «клавиатуру», «тачпад» и прочие элементы управления можно перетаскивать как угодно. Присутствуют и механические клавиатуры — три штуки — и «мышь».
— Вообще говоря, — пояснил Эвада, — у нас много разных девайсов, и большинство тебе понравится. Но пока я собрал тебе более привычный вариант.
Кирсан под руководством Эвады начал погружаться в игру, уже даже не удивляясь реалистичной графике, перепробовал несколько вариантов отображения и остановился для начала на упрощенном. А вот когда он попытался настроить управление, система «вывалила» на него десятки рубрик с десятками менюшек и настроек.
