— Доверю это вам. К слову сказать, когда приедут мои знакомые и родственники из Лондона, у нас будет исключительно мужская компания, исправить положение невозможно без приглашения женщин. Однако сегодня вечером… — Он замолчал в ожидании ее реакции.
Миссис Бенедикт чуть нахмурилась.
— Что ж, к северу от Йовиля живут сестры Дюпре, мисс Амелия и мисс Кэтрин. Они будут рады вашему приглашению. Не стоит забывать и о дочерях леди Харкорт — они очень молоды, четырнадцати и шестнадцати лет. Но леди Харкорт возражать не будет — она мечтает выдать их замуж.
Эш усмехнулся. Боже. Четырнадцатилетнее дитя. Он не знает, о чем с ней и говорить.
— Нет, — сказал он. — Только не леди Харкорт. И точно не ее дочери. — Какими бы они ни были. Он познакомится с ними, когда станет герцогом. Предстоит решить, как лучше всего это сделать — в конце концов, это не должно выглядеть так, словно он решил прочитать очередной выпуск «Дэбретт», ежегодного справочника дворянства.
— Ни Дюпре, ни кто-либо. Не хотелось бы в течение нескольких часов испытывать неловкость за отсутствие тем для разговора, интересных дамам. Кроме того, не думаю, что леди Харкорт простит меня, если я столь внезапно отправлю ей приглашение. Нет, миссис Бенедикт. Более всего мне было бы приятно… ваше общество.
Последние слова были произнесены, когда они уже вышли в вестибюль.
— Мое! — Глаза экономки едва не вылезли из орбит.
Она остановилась — прямо в центре огромного холла — и принялась нервно разглаживать складки на юбке. Затем она повернулась и стала с интересом вглядываться в его лицо, вероятно пытаясь уловить черты скрытого безумия. Не увидев выпученных глаз или пены у рта, она покачала головой.
— Мое? — Сделав над собой усилие, миссис Бенедикт смогла изменить интонацию на вопросительную. — Но я не леди, чтобы сидеть за одним столом с хозяином. Я прислуга, сэр. И, смею заметить, хорошая. Я знаю и понимаю, что не смогу вести беседу, интересную наследнику герцога.
— Чушь, — сказал Эш. — Вы прекрасно с этим справлялись последние полчаса. И вы ведь наблюдали за Далримплами, верно?
Он улыбнулся уголком рта, увидев ее легкий кивок. Она уже призналась себе, что он ей симпатичен, хоть и не вполне осознала это. Настало время усилить впечатление.
Сверху послышался шум, хлопнула дверь, а через несколько минут раздался звук шагов, удаляющихся в сторону верхней галереи. У мистера Тернера дрожь пробежала по затылку.
— Могу я доверить вам тайну? Вы должны знать семейную историю — слышали о давнишней вражде между Тернерами и Далримплами, о том, что мы с братьями росли почти в нищете.
Экономка вздохнула и отвела взгляд.
— Прислуге негоже распускать сплетни о хозяевах. Я прослежу за этим. Если услышите нечто подобное, постарайтесь не обращать внимания. Обращайтесь сразу ко мне, и я приструню нарушителя порядка.
— Ах нет. Я не хотел сказать, что вы сплетничаете. Но, возможно, время от времени вы слышали что-то о менее благополучной родне? — Эш изобразил на лице самую очаровательную улыбку, на которую только был способен.
Миссис Бенедикт смягчилась.
— Возможно, — уклончиво ответила она.
— Правда в том, что я комфортнее чувствую себя в обществе слуг, чем среди себе равных. Этот переезд стал для нас неожиданностью. Такой человек, как вы, во многом мог бы мне помочь. С моей точки зрения, вы вовсе не прислуга. Я бы назвал вас правительницей этого дома.
— Что ж… — Было очевидно, что миссис Бенедикт приятна такая похвала. Эш одарил ее еще одной очаровательной улыбкой, и женщина немного приободрилась.
— У вас прекрасные манеры и хорошая речь. Вы ничем не отличаетесь от истинной леди — управляете домом, делаете все возможное для удобства хозяина. Единственное, что отличает вас от леди, — вы получаете за это жалованье.
Она смотрела на него во все глаза, губы растянулись в легкой улыбке. Эш почти физически ощущал, как воля миссис Бенедикт склоняется под напором его речей — экономка столь большого имения, управляющаяся с таким количеством слуг, обладала стойкостью характера, достойной уважения.
Его всегда удивляли сетования других торговцев на то, как сложно управлять домом — сколько усилий требуется, чтобы контролировать слуг или нанять хорошего клерка для работы со счетами. Сам Эш никогда не испытывал проблем с тем, чтобы заставить людей делать то, что он хочет.
Стоит только сказать человеку несколько комплиментов, и он, смягчившись, начинает относиться к вам лучше. Если вы доверяете людям, они будут верить и вам. А стоит попросить о помощи, они будут вашими навеки. Разумеется, Эш был со всеми в хороших отношениях. Люди все чувствуют; это знание, как универсальный ключ, помогало открыть сердца даже самых непреклонных индивидуумов.
— Леди? Я? — Миссис Бенедикт схватила выбившуюся из-под чепца прядь и стала накручивать на палец. — Скажете тоже. — Ее слова означали: «Прекратите нести чушь», но с лица не сходила улыбка. Думала она совсем не то, что сказала.
Наверху в галерее послышались шаги, вскоре доносившиеся уже с лестницы. Он чувствовал ее приближение, по спине пробежала дрожь предвкушения. Однако Эш не повернулся. Он не будет смотреть на нее.
— Итак, — продолжал он, неотрывно глядя на экономку. — Мы с братом будем вам очень признательны, если вы присоединитесь к нам за ужином. Вы убережете нас от извечных мужских споров. Кроме того, сможете рассказать мне о том, что еще необходимо знать, чтобы достойно нести титул герцога Парфорда.
В то время, пока он размышлял о том, что миссис Бенедикт будет прекрасным дополнением к ужину, женщина, появления которой он ждал, спустилась по лестнице.
Обращение к гордости миссис Бенедикт, к ее чуткости и преданности титулу. Не забыл ли он предложить что-то еще? Ах да. И последнее.
— Смею судить, вы прекрасно знаете всех соседей. Понимаете, что это за люди и что им нужно. Раз уж мне предстоит стать герцогом — и не просто, а хорошим — мне надо знать то же, что знаете вы. Прошу вас, скажите, что вы окажете честь отужинать со мной сегодня.
Она смотрела на него во все глаза, чепец опять съехал в сторону. Бедняжка не знала, что и думать.
— Для человека, утверждающего, что кто-то должен научить его всяким тонкостям, — послышался суровый голос, — вы слишком обходительны. Вы столь общительны со всеми слугами?
Мисс Лоуэлл подошла ближе и встала позади них. Эш почувствовал легкое колебание воздуха, а затем тонкий сладкий аромат, витавший вокруг нее. Он представил, как она хлопает себя рукой по бедру в знак неодобрения. Эш сдержал улыбку и продолжал ровным голосом:
