сильно доверял, но он обманул меня и должен умереть. Детали узнаешь у Мейсона. — Он взял в рот загубник и отвернулся, показывая, что аудиенция окончена.
Мейсон поджидал посетителя в дверном проёме, поигрывая пистолетом, и слышал весь разговор. Когда незнакомец покинул кабинет босса, и дверь за ним бесшумно захлопнулась, Мейсон проговорил уже без ненависти к нежданному посетителю. В конце концов, тот уже работал на Сальвадоре, а значит, был не человеком с улицы, а в каком-то смысле коллегой:
— Есть парень по имени Ллойд. Он карточный шулер, но однажды слишком обнаглел и выиграл, используя свои фокусы, у господина Сальвадоре круглую сумму денег, фактически, украл их. Так, мелочь, но господин Сальвадоре очень не любит, когда у него воруют хоть что-то, кстати, запомни это. Так вот, Ллойд понял свою ошибку и бежал, теперь укрывается где-то в городе, опасаясь расплаты. Он должен быть найден и наказан, а деньги возвращены господину Сальвадоре, ты понял задание?
— Да, а какую сумму он украл?
— Не очень много, около тысячи монет. Для господина Сальвадоре это ничто, но никто не смеет насмехаться над ним подобным образом!
— Понятно. Но мне необходимо знать, как выглядит этот Ллойд.
— Выглядит обычно, среднего роста, блондин, одет был в бежевую куртку и белый шарф, ну ещё глаза у него хитрющие и постоянно бегают.
— Негусто, в последнее время я видел множество людей, подходящих под такое описание.
— Да, в этом мире очень много похожих людей, а даже иногда подумываю, что в древности что-то серьёзное произошло с клонированием. Но мы отвлеклись, ты понял, что тебе предстоит сделать?
— Чего же тут не понять, надо найти этого Ллойда, поставить его на бабки, а потом шлёпнуть, чтобы другим неповадно было. Кстати, а почему ты уверен, что он всё ещё в городе, ведь ты же не знаешь где он?
— Уж поверь мне, я могу быть в этом уверенным. Если бы он покинул город, я бы это точно знал. Он в городе и где-то прячется, твоя же задача его разыскать!
— Странно, если ты так много про него знаешь, то почему сам не занимаешься его поиском? Почему требуется человек со стороны, чтобы справиться с таким пустяковым делом.
— Слушай, ты мне порядком надоел! Зря господин Сальвадоре доверил тебе работу! Если бы я мог его найти, то всё было бы просто, но Ллойд слишком осторожен и никогда не попадается на глаза людям, связанным с Сальвадоре. Ты же — человек новый, у тебя больше шансов его отыскать, чем у всех нас вместе взятых. А сейчас убирайся и иди выполнять задание, а то, я подарю господину Сальвадоре твою голову вместо головы Ллойда!
Небо на востоке начинало светлеть, хотя до восхода солнца было ещё далеко.
Из темноты уже выступили очертания скал, окружавших небольшую котловину к югу от Нью-Рено, место, печально известное, как Голгофа. Именно здесь, в каменистой почве холма, замкнутого с трёх сторон полукольцом скал, находили своё последнее пристанище именитые жители города (безвестных попросту выбрасывали подальше в пустыню). Именно здесь можно было отыскать могилы членов семей Райтов и Сальвадоре, Бишопов и Мардино. И только несколько слов эпитафии, выбитых на обтесанных известковых камнях, растрескавшихся от жары, говорили о былом могуществе тех, кто давно уже удовлетворял свои амбиции в спорах с дьяволом, у кого впереди была вечность.
Но кроме ряда бесконечных белых надгробий с остроумными надписями, это странное кладбище украшало и кое-что ещё. Вдоль древней дороги, пересекающей котловину с севера на юг и упирающейся в скалы, глядели в пустое небо множество шестов, которые редко когда бывали пустыми. Обычно, людей, в чём-либо сильно провинившихся перед главами кланов, приводили сюда и привязывали наверху, осуждая их тем самым на долгую мучительную смерть под палящим солнцем. Обломки их костей толстым слоем усыпали обочину дороги, делая её ослепительно белой, заставляя сиять и искриться под лучами безразличного к страданиям солнца. Так на небольшом клочке земли бесконечно долго уживались непримиримые враги, палачи и их жертвы, фантастические богачи и последние нищие. Смерть и страдание равняли всех.
Однако в те предрассветные сумерки покой царства мертвых нарушали два человека, быстрым шагом пробирающихся между могил. Они дошли до углового надгробия, когда тот, что шёл впереди — блондин среднего роста, старающийся держаться бодро, несмотря на опущенные плечи и подгибающиеся ноги — резко остановился. Он воткнул в землю лопату, что нёс до этого в руках и произнёс, стараясь придать голосу уверенности:
— Деньги в этой могиле, теперь мы в расчёте!
— Ну что же, — с нотками железа в голосе усмехнулся его спутник, — теперь копай!
— Но… Как же наш договор?!
— Договоры составляют люди, а люди бывают двух типов: набитые свинцом и копающие. Ты меня понял, Ллойд?!
Блондин пожал плечам, поплевал на руки и начал копать. Однако, сделав несколько капков, он отложил инструмент в сторону, встал на колени. Несколько минут осторожно разгребал землю пальцами, после чего выпрямился и передал своему спутнику странный предмет. Это был кусок пластида, соединённый одновременно с детонатором, реагирующим на движение и часовым таймером.
— Хотел устроить мне ловушку, Ллойд? — сухо осведомился второй мужчина.
— Нет, я эта… На всякий случай… — Голос Ллойда заметно дрожал, и бравада, как несколько минут назад в нём отсутствовала напрочь.
— Мне плевать, что ты там думал и хотел. Копай дальше!
Через пол часа напряжённой работы на дне ямы показался металлический люк, ведущий в подземелье. Повинуясь кивку своего спутника, Ллойд отодвинул крышку люка, вылез из ямы и поднял голову. На секунду их глаза встретились и Избраннику почему-то вспомнилась давняя фраза, которую он услышал ещё в своей деревне: «Обязательно наступит время, когда слова станут бесполезными, тогда ты посмотришь человеку в глаза и поймёшь, что через секунду должен будешь убить его. Ты должен быть готов к этому.» С того времени уже прошло несколько месяцев, он не раз смотрел в глаза человеку перед его смертью, но эта фраза ни разу не вспоминалась. Наверное, это потому, что всегда погибал противник, срабатывал принцип: или ты или он. На этот же раз человек должен был понести наказание за грехи перед кем-то далёким, никак лично с тобой не связанным, он должен был просто умереть. «Что же, ты знал, на что шёл, так же, как и я знал, на что иду.» Избранник мотнул головой, сбрасывая неприятные мысли, и коротко приказал:
— Спускайся, Ллойд.
Ллойд постоял минуту на краю отвала, мелко дрожа и глядя в зияющую перед ним чёрную дыру, потом взглотнул и спустил ногу на первую ступень металлической лестницы, уводящей вниз. Там он снова задержался и глянул на небо, словно надеясь дождаться восхода солнца, он явно понимал, что уже вряд ли увидит его в следующий раз. Так они и стояли над разрытой могилой, блондин и брюнет, охотник и дичь, картёжник и избранник…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
