– Не забуду, отстань!
– Ох, с огнем играешь, Верка! – ослабив хватку, сказал Карась. – Допрыгаешься ты у меня!
– Ты когда наркотики свои заберешь? Нечего их у меня хранить!
– Никогда, – спокойно усмехнулся Карась.
– Как это никогда? – нахмурилась я.
– А так. Если я хочу, чтобы они лежали у тебя, значит, они и будут лежать у тебя. И ты отвечаешь за них головой. Дури там на такую сумму, что тебе и не снилось. И потом, с чего ты взяла, что это твоя квартира? Ты, наверное, забыла, кто за нее платит?
– Не хочешь платить, я в другую перееду.
Карась, побелев, взял меня за подбородок:
– Ты будешь жить там, где я скажу, и делать то, что я хочу. Нечего со мной шутки шутить. Шаг влево, шаг вправо – расстрел на месте, – заржал Карась. – Ладно, Верка, пойдем ко мне в кабинет, – миролюбиво добавил он, погладив меня по коленке. – Разговор есть.
Кабинетом Карась называл несколько смежных комнат, отведенных для сборищ русской братвы.
– Я сейчас не могу. Мне некогда, – моментально сообразив, куда он клонит, заартачилась я. – Меня все ждут. Народ уже подтягиваться начал. Нужно привести себя в порядок!
– Обождут! – Карась схватил меня за руку и потащил за собой. – Тебя обязаны ждать. Даже тогда, когда я тебя трахаю.
Закрыв дверь на замок, Карась стал срывать с меня одежду.
– Пусти, дурак, ты мне платье порвешь, – попыталась оттолкнуть его я.
– Ничего, новое куплю! – Карась подхватил меня, как пушинку, и, похотливо блестя глазами, понес на бильярдный стол.
Равнодушно раздвинув ноги, я принялась ритмично двигаться, постепенно наращивая темп. Карась тяжело задышал, лицо его покраснело, по мясистым щекам покатился пот.
– А… а… – застонал он, вцепившись в мои плечи влажными руками.
«Ну, гад, сейчас я тебя достану, – с брезгливостью подумала я, напрягая мышцы влагалища. – Захочешь – не отпущу…»
– Что ты делаешь, сука! – закричал Карась. – А-а-а! Верочка, Верунчик, я больше не могу, прекрати! А-а-а!
«Чтоб ты умер! – чертыхнулась я, почувствовав, что он кончил. – По-другому нам с тобой, похоже, не разойтись…»
Промокнув член полотенцем, Карась застегнул штаны. Я лежала не шевелясь и тупо смотрела в потолок. Секс давно уже не доставлял мне никакого удовольствия. Так… неприятная обязанность, не больше… Ценою в пять тысяч… Впрочем, за такие деньги можно и потерпеть…
Карась, склонившись надо мной, непривычно нежным голосом проворковал:
– Верунчик, ты хоть немного меня любишь?
– Конечно, люблю, – машинально ответила я, по-прежнему изучая потолок.
– Ты так об этом говоришь…
– Как?
– Не знаю… Без эмоций, что ли… Словно я тебя спрашиваю, любишь ли ты шоколадные конфеты.
– Шоколадные конфеты я не люблю.
– Почему?
– Потому что от них толстеют.
– Тебе это не грозит. Ты стройная, как березка.
– Это потому, что я сутками голодаю. Так голодаю, что голова кружится. Могу прямо на сцене свалиться.
– А зачем ты это делаешь? Ты ведь в ресторане работаешь. У тебя питание бесплатное. Я вам всем бесплатно есть разрешаю.
– У меня аппетита нет, – ответила я.
Карась, погладив мою грудь, слегка ущипнул за сосок.
– Мне понравилась твоя новая песня. – Губы его расплылись в улыбке.
– Да? А мне казалось, что мое творчество тебя не интересует. Тебя интересуют только деньги, которые я тебе приношу.
– Деньги деньгами, но и песни твои мне нравятся не меньше, иначе я бы тебя здесь не держал. Твори на здоровье, кто тебе мешает… Нет, а песня в самом деле получилась классная. Ты и музыку, и слова сама написала?
– Сама, конечно, кто ж еще?
– Здорово… А кто тебя научил?
– Никто. Я самоучка. У меня в школе паренек знакомый был. Он в ансамбле пел. В общем, мы подружились. Я от него многому научилась. Он так классно сочинял! Талантливый был, но наркоман… Все вены исколоты…
– Ты с ним трахалась?
– Трахалась, – улыбнулась я, скосив глаза на Карася.
Карась, побагровев, с размаху ударил меня по щеке.
– Ты что?! Совсем спятил? – вскочила я.
– Это чтоб не трахалась с кем попало.
– Спохватился, псих ненормальный! Я же тогда в школе училась!
В дверь постучали. Схватив одежду, я метнулась в угол. Карась, усевшись в кресло, наблюдал за мной. Стук повторился. Карась не шелохнулся.
– Если ты еще раз ударишь меня… – натягивая платье, выкрикнула я.
– Ну и что ты мне сделаешь? – Голос Карася был насмешливым.
– Я уеду домой!
– Ты никогда не уедешь домой. По крайней мере до тех пор, пока я сам не захочу тебя отпустить. Я успел к тебе привыкнуть, а менять привычки не в моих правилах!
Я подошла к двери, взялась за ручку и, посмотрев на Карася, сказала:
– Может, ты наденешь рубашку? За дверью кто-то стоит.
– Мне некого стесняться. Я могу выйти голым и в таком виде разгуливать по ресторану.
– Я в этом не сомневаюсь.
– Может, тебе неудобно, что мы тут с тобой закрылись? Не бери в голову, Верка, все и так знают, что я тебя трахаю каждый день! Это ни для кого не секрет. Пусть завидуют. – Карась заржал. – А твоя последняя песня меня и в самом деле сильно растрогала, – без всякого перехода сказал он, успокоившись. – Прямо за живое задела. Макар, когда ее услышал, даже прослезился…
– Спасибо, – небрежно бросила я, перешагивая через порог.
За дверью стояли братки из окружения Карася и, приоткрыв рты, смотрели на меня. Я поправила волосы, кокетливо махнула им рукой и, улыбнувшись, произнесла:
– Все нормально, ребята. Он уже освободился. Ваше дело привести его в чувство и одеть.
До выступления оставалось пятнадцать минут. Заглянув за шторку, я увидела, что зал уже забит до отказа. Мимо промчалась Любка с увесистым подносом в руках.
– Как самочувствие? – быстро спросила она.
– Нормально. – Лицо мое явно свидетельствовало об обратном.
– Держи хвост морковкой и думай о деньгах.
– Я только о них и думаю. С утра до ночи. Так думаю, что аж голова трещит.
– Тогда давай по рюмашке…
– Мне сейчас петь…
– Я вообще не понимаю, как можно петь на трезвую голову. Сейчас я столик обслужу… Встречаемся на кухне.
Глава 4
Через несколько минут мы уже сидели в кладовке у морозильных камер и поднимали наполненные рюмки.
– Народу – тьма. Все разодетые. От мужчин таким одеколоном разит, что сознание можно потерять. Одни красавцы собрались, как на подбор. Сейчас выйдешь петь – увидишь. У всех бумажники безмерные. Хотя бы один замуж взял, – вздохнула Любка.
– Скажешь тоже!
– А что? На ком-то ведь они женятся! А я чем хуже? Найти бы какого-нибудь богатенького Буратино, сесть к нему на шею, свесить ножки и погонять, чтобы денег больше в дом приносил. Не работать, а только собой заниматься.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
