бегала в старом полупальтишке. Шли годы, Раиса часто говорила: «Сегодня мокрый снег идет, новое пальто пусть дома висит. Еще промокнет…» И вот сейчас передо мной стоит тетя Мура в таком же пальтишке.
Я перевела взгляд вниз, увидела черные ботинки на «манной каше». Такие тоже были в моде много лет назад. В глаза бросился чемодан – похоже, он помнит первое нашествие половцев на Русь в тысяча шестьдесят первом году. И сумка…
В горле возник горький ком, к глазам подступили слезы, я защебетала аки соловушка:
– Дорогая тетя Мура! Уж извините, долго вас расспрашивали, но мы с вами незнакомы, хотели узнать, кто к нам в гости прибыл. Раздевайтесь, умывайтесь, сейчас завтракать сядем.
– И вы нам все за столом расскажете, – без особой радости прибавил Степан.
Глава 7
Сначала гостья пришла в восторг от горячих бутербродов с сыром. Потом ей очень понравился капучино.
– Может, еще чашечку? – предложил Степан.
– Да, – радостно согласилась Мура и тут же охнула: – Наверное, дорого!
– У нас абонемент на напиток, – лихо соврала я, – платим совсем мало, а пьем, сколько хотим.
– Тогда угощусь с удовольствием, – обрадовалась Надежда. – Уж простите, может, есть чего ненужное из еды? Макарошки кто не доел…
Я встала.
– Сварю вам свежие.
– Это Кларе, – прошептала Мура, – мы вдвоем прикатили, в сумке сидит!
Гостья взяла свой ридикюль, который поставила около стула, расстегнула молнию. Из кошелки высунулась мордочка кошки.
– Клара очень аккуратная, только на газетку ходит, мебель когтями не точит, не царапается, ласковая, – зачастила Мура. – Одну не бросить. К сумке привыкла, спит смирно, ест, что дадите.
– У меня есть кошачьи консервы, – улыбнулась я. – Маша, соседка, иногда оставляет нам своего Василевса, кота Васю. А он только из банок ест. Сейчас посмотрим, как Клара к курице с рисом и овощами отнесется.
Когда миска с любимым кормом Васи оказалась около кошечки, та сначала с удивлением уставилась на емкость, затем наклонила мордочку, и… курятина исчезла.
– Клара чемпион по скоростному поеданию, – засмеялся Степан. – Впервые вижу животное, которое за секунду укладывает в себя немаленькую порцию. Вы хотите найти свою дочь? Как, говорите, ее зовут?
– Катя, – тихо ответила Надежда.
Степан улыбнулся.
– Понадобятся отчество, фамилия, возраст.
– Круглова Екатерина Ивановна, двадцать один год, – быстро уточнила Мура. – В пятнадцать она подалась в Москву и как в воду канула.
Степан взял трубку.
– Кирюша, сейчас сброшу тебе данные, найди, что есть на девушку. И телефоны!
Потом он положил мобильный на стол.
– Вы давно не виделись?
Надежда откинулась на спинку стула.
– Господь Катьке ума не дал, трудолюбием тоже не наградил. Ничего делать не хотела, только наряжаться да у зеркала вертеться. В огород палкой не загонишь. Попросишь двор подмести – метлой два раза взмахнет, и все. Уроки делать только после скандала начинала. Тройки ей в школе ставили лишь потому, что при двойках в четвертях надо на второй год оставлять. А никому из учителей неохота было с ней возиться. Ждали все, когда Катька аттестат за девятый класс получит и школа вздохнет свободно. Когда… когда…
Мура опустила голову.
– Пятнадцать лет дочке стукнуло, она попросила ей платье на выпускной справить. Гордиться нечем, оценки позорные, но я решила: пусть праздник и у лентяйки случится. Взяла деньги, которые копила на стиральную машину, повезла строптивицу аж в областной центр. Зашли в торговый центр, у меня глаза на щеки выпали. Цены-то какие! А Катька недовольна, ни один фасон ей не подходит. Ходим, смотрим. Потом потеряли друг друга, я испугалась, начала бегать по лавкам. И вдруг вижу – девка в кафе с мужиком сидит. Налетела на парня, а он вынул удостоверение: «Я скаут модельного агентства. Предлагаю Екатерине работу. Она редкая красавица и умница! Блестящую карьеру сделает».
Надежда издала смешок и повторила:
– «Красавица»! «Умница»! А то не понимаю, на какую службу юную сладкую малинку зовут. Велела Кате уходить, а та ни в какую! Убежала от меня! Искала ее, искала, плюнула! Села на вокзале, жду шалаву. Не в первый раз она удирает. Погуляет – вернется. Но нет! Пропала девочка! И ни слуху от нее, ни духу! Больше пяти лет прошло, а от дочки ни весточки. Мобильный она в тот день, когда смылась, сразу отключила. По улицам нашим хожу, глаз не поднимаю – перед людьми стыдно. Оно, конечно, в каждом дому свои погремушки. У Полины Ивановны супруг алкоголик, а она директор школы! Но все мужики пьют. Обычное это дело, не позорное. Вот дочь-шлюха только у меня! Люди судачат! Позор на мою голову! А недавно совсем беда случилась! Господи! Арина Будина в Москву отправилась, сын у нее там в университете учится. И привозит баба из столицы подарок! Журнал!
Гостья порылась в сумке, вынула сначала хорошо поживший мобильный, потом помятый журнал и пробормотала:
– Жуть иноземная! А куда деваться? Теперь только такая пресса. О! Любуйтесь!
Гостья положила на стол глянцевое издание. На обложке красовалось фото девушки, которую на первый взгляд нельзя назвать красавицей. У нее нет пухлых губ, тонкого носа и красиво сделанных бровей. Мимо такой девушки пройдешь и не заметишь. Но ее глаза… Огромные, в пол-лица, ярко-синего цвета – они смотрели на мир с выражением чистой детской радости, восторга и счастья.
– Модель весит меньше Вилки, – пробормотал Степан, – костей много, мясо отсутствует. Одета в белые брюки, черные сапоги жокея. Еще майка-«алкоголичка» и классический пиджак, накинутый на одно плечо. Волосы роскошные, копна кудрей! И, похоже, локоны весят больше их хозяйки. Талия такая, что прямо сейчас ее владелица переломится.
– На пятой странице статья, – прошептала гостья.
Муж начал читать вслух текст:
– «Восходящая звезда мировых подиумов Мэри Мур в этом сезоне нарасхват. Она занята в показах лучших модных домов и обладает удивительной работоспособностью. Утром Мэри в Париже, где у нее квартира на бульваре Сен-Жермен, вечером в Риме, ночью перелет в Токио, оттуда через сутки в Лондон, затем ее ждет Нью-Йорк. “Мэри удивительна, – поделился с нами Стив, агент Мур. – Она не пьет, не курит, не заводит любовников. Дисциплинированна, ответственна. Мэри родилась в России и никогда не видела своих родителей. Малышку подкинули на порог сиротского приюта. Когда Мур исполнилось пятнадцать лет, я случайно увидел ее в супермаркете провинциального города. Девушка мыла пол. Пришлось остановиться, чтобы не испачкать уже чистую плитку. Уборщица выпрямилась, посмотрела мне прямо в лицо, а я утонул в ее прекрасных глазах. Она сказала: “Идите спокойно, наводить чистоту – моя забота”. Я схватил девушку за руку: “Меня зовут Стив, я скаут одного из самых крупных модельных агентств. Если родители позволят, ваша
