усмехнулся Антон. Потом серьёзно произнёс: — Извини, это я так. Вообще-то это избитый приём и давно дурной тон.
Новиков снова промолчал. С одной стороны, болтовня Антона отвлекала. С другой, лучше бы он Чехова почитал или Достоевского. Нет, он, конечно, не учитель литературы, но всё же. И да, хотелось надеяться, что Василиса сейчас читает что-нибудь посерьёзнее, чем истории про оболтусов, спасающих Союз. Хотя она на филолога учится, а там, наверное, нет времени на такое чтиво.
— Надо поспать, — произнёс наконец Новиков. — Хотя бы на полу.
— Тем более что больше негде, — усмехнулся Антон и отправился на поиски нужника.
«Ищи, ищи», — подумал Новиков. Бывшие хозяева даже ставни увезли и ведро с цепью с колодца. Вряд ли они сортир забыли.
Сам Новиков пошёл осматривать дом. Просто чтобы чем-то заняться.
Пустые комнаты. Дощатый пол, симпатичные обои. Чистые. Люди тут жили аккуратные. И практичные, ничего не оставили.
Только в закутке за сенями нашлась пара небольших сундуков. Так, если их оставили хозяева, то надо выбирать другой дом, потому что за этими деревянными ящиками могут вернуться.
Странные какие-то коробки. Новиков даже достал телефон и включил фонарик. Один — просто сколоченный ящик. А вот на другом нашлись буквы. Не кириллица. И скудных познаний Новикова хватило, чтобы разобрать надпись «динамит». И ещё какие-то слова, вроде бы немецкие.
Новиков открыл защёлку и откинул крышку. И правда, динамит. Во втором ящике нашлись ручные гранаты очень старого образца и моток с плотной верёвкой.
— Что это тут?
От вопроса Антона Новиков подпрыгнул. Унял пульс, провёл рукой по вспотевшему лбу.
— Это что за штуки? — спросил Антон, заглядывая в ящики.
— Динамит, гранаты и что-то вроде бикфордова шнура, — выдохнул Новиков. — Мини-склад взрывчатки. Полгорода можно разнести.
Глава 4. Не без затей
— Зачем тут столько взрывчатки? — поднял брови Антон.
— Очередной хороший вопрос, — слабо произнёс Новиков, захлопывая крышку ящика.
Ноги окончательно ослабели, и Новиков сел на сундук. Поставил локти на колени и закрыл лицо руками.
— Ты чего? — удивлённо спросил Антон. — Всё нормально?
— А вот это не очень хороший вопрос. — Новиков опустил руки. Ругаться с Антоном бессмысленно, он молодой и вырос не на классической литературе. Так что он просто не понимал. И тогда Новиков пояснил: — Слушай внимательно. В этом доме кто-то устроил склад взрывчатки. Какая-то часть осталась с войны. Значит, кто-то её припрятал. Это преступление. Хранить такое количество опасных вещей в доме — тоже преступление. И да, всё это очевидно предназначается для очередного преступления.
— И что? — непонимающе спросил Антон.
— Мы с тобой тут сидим! — Новиков указал на себя и на него. — Ты понимаешь, что будет, если нас поймают?! Или если нас кто-то тут видел?! Причём неважно, кто. Тот, кто это спрятал, или те, кто поставлен для борьбы с такими вывертами.
— Может, это просто собрались дома сносить перед затоплением, — глухо проговорил Антон.
— Хорошая версия, — искреннее похвалил Новиков, радуясь, что у его приятеля от странного чтива мозги работать не перестали. — Но согласись, кто станет хранить такой запас в заброшенном доме?
— Ну, может, это от хозяев осталось?
— Тоже хорошая версия, — во второй раз похвалил Новиков. — Но они всё забрали, заметь, вообще всё. Если бы этот арсенал принадлежал им, они бы его здесь не бросили.
— Может, потому и бросили… чтобы с собой не тащить… а тут — поди разберись, чьё это. — Антон беспокойно переминался с ноги на ногу. — Может, это вообще не их, а предпредыдущих владельцев. И они тряслись всю жизнь над этими ящиками. И сдать не могли, и вообще…
Новиков уважительно помычал. Оказывается, в этой странной модной литературе про попаданцев что-то есть. Раз она так развивает воображение и логику.
— Давай-ка двигать отсюда, — сказал Антон и решительно направился в сени.
Потом остановился и спросил:
— Ты идёшь? Или как?
— Или как, — отозвался Новиков.
— В смысле? — вернулся Антон. — Ты что собрался делать?
— А что я могу сделать? — угрюмо спросил Новиков. Вернее, надо было бы спросить, что он должен теперь сделать.
Антон, похоже, догадался, потому что воскликнул:
— Да ладно! Нет! Даже не думай! — И он замахал руками. — Это вообще не наше дело, нас не касается никаким боком! Лежит оно тут — и пусть дальше лежит!
Теперь Новиков мысленно метался между тем, что считал правильным, и тем, что казалось безопасным, причём как для него самого, так и для Антона. С другой стороны, оставаться в городе, где в заброшке припрятан такой запас, всем не безопасно.
Новиков поднялся.
— Нет! Не-ет! — продолжал размахивать руками Антон. — Слушай, давай просто свалим отсюда, и все дела. Пойдём вдоль речки, придём куда-нибудь ещё.
— А люди пусть погибнут, — тихо проговорил Новиков. Кажется, он нашёл решение. — Давай так. Ты иди. А я останусь. Заявлю, покажу это место.
— Нет уж, я один никуда не пойду, — упрямо произнёс Антон. — Пошли вместе. Или вот что. Давай перепрячем.
— Ты хоть понимаешь, что с нами будет, если нас кто-то увидит? — устало спросил Новиков. — Если те, кто это здесь оставил, то нас просто порешат на месте. А вот если мы попадёмся милиции или, что хуже, госбезопасности…
Даже думать об этом не хотелось, не то что произносить вслух. Новиков просто пошёл к выходу из домика. Антон засеменил следом, по пути предлагая способы решения проблемы. Один хлеще другого. Вплоть до ныряния обратно в реку, чтобы вынырнуть в своём времени.
Новиков просто топал молча. Они миновали брошенный огород, прошли между заборами, потом и обитаемые деревянные дома остались позади. По пути спрятали телефоны, документы, ключи и банковские карты в разваленном фундаменте одного из домов. Новиков на всякий случай запомнил, что это брошенный участок между вишнёвым и изумрудным домами, тоже оставленными.
Новиков и Антон вышли на улицу с каменными домами. Некоторые явно остались с дореволюционных времен, другие были построены позже. Бывшие купеческие особнячки, превращённые в многоквартирные дома, вполне прилично соседствовали со сталинским ампиром. Даже как будто гармонично смотрелись старая лепнина и новая.
Фонари вдоль булыжной мостовой хотя ещё и стояли на местах, но уже не светили. Видимо, скудная электрификация Мазыйки потихоньку прекращалась. Зато скоро все окрестные города, сёла и деревни смогут позволить себе вполне недорогую электроэнергию, а значит, и качественное освещение и квартир, и улиц.
— Смотри, машин совсем нет, — тихо произнёс Антон, осматриваясь.
И правда, такой разительный контраст со временем, откуда прибыли Новиков с приятелем. Ни светящихся вывесок, ни фар, ни светофоров. Хотя два огонька всё же приближались.
Новиков сошёл с тротуара и
