самый мнимый знакомый. Но как он здесь оказался? Возможно, он его преследует! Это мысль и обездвижила Жомби. Его хотелось провалиться куда-нибудь в глубокий трюм, а лучше даже, под дно корабля и там под водой поскорее уплыть отсюда подальше…
Маруи с улыбкой посмотрел на Сибли, как бы говоря, что он всё-таки не ошибся, и это действительно Жомби.
Все трое, одновременно представили, как сегодня вечером, толпа напыщенных и самодовольных холуёв, в предвкушении полакомится от графского стола всего за десять долларов, и тем самым удостовериться в своём достоинстве быть приближенными к «высшему» обществу, соберётся в порту и с нетерпением будет ожидать прибытия феерической яхты.
А когда выяснится, что никакой яхты и не ожидается они будут тупо поглядывать друг на друга и успокаивать себя тем, что не слишком и дорого заплатили за свою попытку стать хоть ненадолго причастными к аристократическому кругу. Представив себе их глупые физиономии, друзья прыснули от смеха.
Этот смех ещё более напряг Жомби. Он сидел словно окаменевший.
После того, как официант поставил на их столик заказанные блюда и напитки, Дукси, так звали спутницу Жомби, незаметным толчком локтя вывела Жомби из оцепенения и сказала, чтобы тот расслабился и приступал к завтраку. Затем, она добавила, что тоже узнала этого весельчака, который вчера был в театре, только это ─ никакой не полицейский и даже не детектив! Жомби немного оживился и спросил, почему она так полагает? Дукси усмехнулась и ответила, что для полицейского, он слишком остёр на язык, к тому же кожа на его лице, хотя и ухожена, но слишком обветрена, что говорит о том, что он либо моряк, либо лесник. И Дукси весело хихикнула. Только после её хихиканья, Жомби немного успокоился и приступил к трапезе.
Во время еды Дукси постоянно бросала взгляды на соседний столик, где Гобзи, Маруи и Сибли весело и даже с восхищением говорили, об афере, которую затеяла эта парочка. Несмотря на то, что они были мошенниками, они были достойны аплодисментов, за то, что придумали такой вот изящный способ наказывать тщеславных холуёв.
Гобзи высказал сожаление, что они брали всего лишь по десять долларов. Но Сибли пояснила, что это вполне обоснованно, ибо прежде всего они должны заботиться о своей безопасности. Конечно же, все эти холуи очень жадные и будут скрипеть зубами из-за того, что лишились десятки. Но вряд ли кто-то из них пойдёт в полицию с жалобой, на то, что его так незатейливо оболванили. Да если даже кто-то и пойдёт, то полицейские и пальцем не пошевелят в поисках этой парочки, ради нескольких сотен долларов…
Между тем Дукси, определила, что симпатичная дамочка в этой тройке, скорее всего, сестра этого весельчака, и жена молчуна, как она назвала Маруи, потому что тот больше улыбался, чем говорил. А то, что они пустились в путешествие втроём, конечно же не вызывает каких-либо подозрений, но говорит лишь о том, что эта их поездка носит деловой характер. И Дукси решила побольше узнать об этой тройке, хотя бы ради того, чтобы лишний раз потренировать свои мыслительные способности и скоротать время путешествия. К тому же они ведь были соседями не только по столику, но и по каюте!
Покончив с завтраком, Гобзи, Маруи и Сибли снова решили пройти на ют и прогуляться для наилучшего усвоения пищи. Пока они выходили, Дукси всё время незаметно следила за ними и поняла, что они снова пошли к корме. Но она также, поняла, что сейчас, сразу после завтрака, они не станут обсуждать важные дела, и значит она не получит от них ценной информации, если приблизится к ним прямо сейчас.
На лайнере было множество мест, где можно было поразвлечься. Игровые площадки, бильярдные, плавательный бассейн, термальный бассейн, кабинки караоке, кинотеатры, казино, танцевальные площадки, и конечно же библиотека с настоящими книгами, которые можно взять в руки, раскрыть словно ворота в другой мир, и мысленно войти туда, следуя волшебной смысловой кодировке, которую люди называют словами…
Жомби и Дукси, при удобном случае, всегда посещали казино. Они оба презирали алчность и чувство азарта было для них чуждым. Но люди азартные, жаждущие, не прилагая труда и усилий «сорвать большой куш» были их потенциальной добычей, и встретить их можно в большом количестве именно в казино!
Жомби играл роль простачка, который впервые, просто случайно оказался в заведении. Он покупал небольшое количество фишек и ставил на кон лишь по одной, и со скучающим видом проигрывал. Крупье, которые желали подзадорить новичка, чтобы в дальнейшем выудить из него все средства, начинали подсказывать ему на какое число следует поставить, чтобы выиграть. Так они давали ему немного выиграть. И Жомби показывал искреннюю радость и демонстративно потирал руки. Когда же он торжественно заявлял, что готов поставить все свои выигранные фишки на одно число, которое, по его предчувствию, должно стать выигрышным, крупье, едва скрывая лукавую ухмылку, говорили ему, что сегодня он, пожалуй, самый везучий человек на свете… В этот момент появлялась Дукси, и, грозя устроить скандал, толчками уводила Жомби от игрального стола.
Так им удавалось, немного выиграть в казино. Выиграть в казино больше практически невозможно! И всякий, кто на это надеется, обречён проиграться «в пух и прах».
Пока Жомби стоял у игрального стола, изображая недотёпу, Дукси наблюдала за посетителями, выслеживая наиболее «жирную» и в то же время «лёгкую» добычу. Обычно для этого подходил, какой-нибудь чиновник среднего ранга, который, не имея фантазии для иных развлечений, оставлял в казино почти половину своего солидного жалования в надежде обогатиться ещё больше. Завидев подобного соискателя удачи, Дукси незаметно подходила к нему и с глубоким вздохом говорила, что ей очень жаль, что на такого достойного человека, каким-то недоброжелателем наложена печать невезения…
Хотя почти все заядлые игроки и уверяют, что они не суеверны, но ведь само по себе стремление когда-нибудь внезапно и без затратно обогатиться и является ничем иным, как только суетой!
Затем Дукси, тихим, вкрадчивым голосом говорила, что этот достопочтенный человек тратит много сил, времени и нервов, чтобы добиться хоть какого-то успеха, трудиться как проклятый, ломает голову над документами и прочими условностями государственной службы, а все радости жизни почему-то достаются другим, тем, которые вообще не заслуживают этого! И даже в любви ему не везёт!
Услышав такое про себя, чиновник начинал думать, что эта женщина говорит именно о нём, а не обо всех, подобных ему, бюрократах. Он начинал верить, что на нём, действительно висит какая-то невидимая завеса, отгораживающая его от успеха, и нужно
