Скользнув внутрь комнаты, Чейн прижался спиной к стене у двери. Почти тут же она резко распахнулась внутрь, и в комнату, споткнувшись, влетела Винн. Тень проскользнула следом, и, к облегчению Чейна, больше никто не вошел. Винн восстановила равновесие и обернулась, чтобы прожечь взглядом того, кто втолкнул ее сюда, но затем ее глаза расширились. Она увидела его, притаившегося у стены.
Чейн приложил палец к губам.
Винн быстро отвела взгляд и посмотрела в дверной проем.
***
Магьер беспомощно стояла за тоннелем проходной, уставившись на опустившуюся решётку. Ощущение того, что она была связана по рукам и ногам, не на шутку рассердило её. Смятение только усилило это, и расстройство сменил настоящий гнев.
-Давай,- сказал Лисил, отступая к воротам в замковой стене. - Мы должны поговорить с Мальцом и узнать, что происходит.
Магьер повернулась к нему, как к единственному объекту для выхода ее гнева:
-Что мы должны узнать? Мы просто позволили увести Винн прочь... мы бросили ее... снова.
Лисил вздрогнул, но это не принесло ей удовлетворения. Она не могла прекратить причинять ему боль даже сейчас.
-Это ее люди,- ответил он, его голос был ровным и холодным. - Она не хотела открытой борьбы... как следовало бы и тебе.
То, что Лисил был прав, не заставило Магьер почувствовать себя лучше или успокоиться.
Малец, стоя у ворот, рыкнул, убеждая их поспешить.
Магьер шагала рядом с Лисилом, но она была далека от того, чтобы отказаться от идеи вызволить Винн оттуда сегодня же вечером — независимо от того, что думал он. Она не знала, что они найдут, когда приедут сюда, но если те Хранители во внутреннем дворе действительно были людьми Винн, у них не было абсолютно ничего общего с ней.
Этот укрепленный каменный замок не соответствовал представлениям Магьер о Гильдии Хранителей. В Беле Хранители жили в старых казармах, выделенных им городским советом. То место было заполнено теплотой и добром, на выцветших столах, помимо стопок старых пергаментах, стояли чашки с мятным чаем. Это место больше походило на замок дворян и тиранов ее родины или из тех мест, где прошли детство и юность Лисила в Войнордах. Маленькая миссия Гильдии в Беле не имела ничего общего с этой, в Колм-Ситте.
Винн было не место здесь.
Лай Мальца стал настойчивым, и Магьер прибавила шаг, готовая и на него выплеснуть своё раздражение. Почему они оба так торопятся покинуть Винн? Когда Лисил наклонился вперед, чтобы открыть входные ворота, гнев Магьер вспыхнул снова.
-Мы не можем просто оставить Винн там!
Малец зарычал на нее, дважды рявкнул, говоря «нет», а затем скребнул по воротам когтями. Чего он хочет?
Лисил надавил на створку ворот, и только тогда ответил:
-Мы не собираемся бросать ее. Но мы и не будем вслепую нападать на это место, уже не говоря о Хранителях. Только когда узнаем, что расскажет нам Малец.
Как только щель оказалась достаточной, Малец проскользнул сквозь ворота и побежал вперёд на северо-запад, труся вдоль замковой стены. Лисил быстро последовал за ним, и у Магьер не было выбора, кроме как догнать их.
В тенях стены под западной башней Малец остановился и обернулся. Лисил присел на корточки около него, поставил на землю сундук, а затем снял с плеча свою сумку и порылся в ней. Когда Магьер присоединилась к ним, он уже вытащил длинный, скатанный в рулон кусок кожи,
Когда они оставили Винн, говорить с Мальцом было очень трудно. Когда-то давно, после того как они обнаружили, что Малец не просто собака, Винн использовала «говорильную кожу» - кусок пергамента с написанными чернилами эльфийскими буквами и словами. Он читал на этом языке и понимал его. Винн задавала ему вопросы, и он, отвечая, указывал лапой или обнюхивал буквы и слова.
Позже, когда Винн ошиблась с ритуалом, она стала способна слышать «посланные» Мальцом мысли, как слова в голове. Это, конечно, сильно облегчило общение с ним, но без Винн, он снова потерял свой голос. Это стало большей проблемой, чем они ожидали, так как ни Лисил, ни Магьер не знали эльфийского. К счастью, за годы, проведённые с Лисилом, пока он притворялся обычным псом, Малец выучил и белашкийский тоже. Лисил создал собственную «говорильную кожу» на этом языке.
Во время плавания через полмира из Запределья, Винн обучала их нуманскому. В том, что касалось, разговорной формы этого языка Магьер схватывала всё быстрее Лисила, но он опередил её, когда перешли к письму и чтению.
Лунного света едва хватало, чтобы разглядеть буквы, но в тот же момент, как Лисил положил пергамент на землю, Малец лапами вытолкнул его на булыжники. Он подошел к нему и стал быстро водить носом и лапами по буквам, пока Лисил не схватил его за загривок.
-Не так быстро! Что там о книгах?
-Что он говорит?- вмешалась Магьер.
Лисил проигнорировал ее:
-Малец, начинай. О чем вы говорили?
Малец снова начал, на этот раз медленнее. Магьер держалась позади них, пытаясь следить за буквами, на которые указывал пёс, но когда Малец наконец остановился, Лисил покачал головой.
-Я не думаю, что Винн могла много рассказать Мальцу,- объяснил он. - Что-то о катакомбах... и тех книгах, и затем какой-то особенный свиток или пергамент. Она точно не хотела оставлять сторожевую башню... замок и то место под ним. Малец полагает, что она боится... потерять доступ к архивам.
Магьер не знала, как на это смотрит Малец, но она ожидала услышать лучшую причину.
-Это все, что он знает?- потребовала она. - И поэтому он заставил нас бросить ее там?
Лапа Мальца начала двигаться снова, и на сей раз Магьер успела разобрать одно слово.
-Узница?- вслух сказала она и немедленно встала.
Пушистая морда Мальца казалась такой же опечаленной, какой Магьер себя чувствовала. Он гавкнул три раза для «возможно» или «не уверен», и затем перевёл кристально-голубые глаза на нее. Смотря на кого-то, Малец мог вызвать любую память, которую увидел в уме владельца. Иногда для них это было быстрым и простым способом общения.
Без предупреждения, шквал воспоминаний затопил мысли Магьер.
Сначала прибыло ясное изображение Винн, схваченной воинами лорда Дармута в Войнордах. Солдаты тащили ее прочь, чтобы бросить в темницу. В то время Магьер ничего не могла сделать, чтобы остановить их. Даже воспоминание вызвало волну бессильного гнева. Тот же самый гнев родился в Магьер, когда темноволосый Хранитель схватил Винн за плечо.
Память, вспыхнув, тут же прошла, а следующая изображала Лисила, заворачивающего в ткань шар, который они нашли в Пиках Оспины и унесли из замка с шестью шпилями. Следом пришла память о Винн, пытающейся унести слишком много книг из древней библиотеки, которую они нашли там же.
Магьер это не нравилось, но отчасти смысл того, что Малец пытался ей сказать, стал доходить до неё. Заключение Винн... шар, который они нашли... Страсть Винн к древним текстам, когда она и Малец отбирали, какие взять с собой. Все это было как-то связано.
Лисил, всё так же сидя на корточках, посмотрел на нее, прежде чем свернуть «говорильную кожу».
-Винн ввязалась во что-то серьезное, если ее собственные люди поступают так с ней. Разве это первый раз, когда она создаёт проблемы? Думая, что права, она восстаёт против правил и законов. То, что нас поймали в архивах, должно быть, стало последней каплей. Но она все равно наставала, чтобы мы оставили ее.
Он поглядел наверх, его глаза сузились, и Магьер проследила за его взглядом до башни над проходной и башенкой меньшего размера, выступавшей над высокой стеной.
-Возможно, она не думала, что они запрут ее,- добавил Лисил. - Она хотела остаться, чтобы сохранить доступ к архивам.
Он повернулся к Мальцу, но пёс просто гавкнул три раза. Он тоже не был уверен в этом.
Магьер посмотрела в сторону. Она была сыта этим по горло:
-Тогда мы уведём ее. Сегодня же вечером.
Лисил поднялся на ноги, и в его голос просочился гнев:
