пока тару вернут. Странно что рыбу они потащили к реке в последнюю очередь, да и это уже не мои проблемы. Главное, что рыба в бочках ещё жива.
— Ну всё. Пора и честь знать. — Сказал я потянув за собой Гру.
— Сынок! Не забывай папку! — Всхлипнул Урфин.
— Да тебя забудешь. Ещё в кошмарах сниться будешь. — Хихикнул я и увидел как Урфин улыбаясь грозит мне кулаком.
— Прощай Кальдэр Виран. Когда я вернусь, ты уже будешь мёртв. — С печалью сказал Урфин.
— Старый, ну ты подобрал слова. Как будто живьём меня хоронишь. — Покачал я головой. — Глядишь я и сам стану богом. — Я подмигнул Урфину и двинул в сторону портала услышав за спиной «Я бы этому не удивился.».
Кьяра стояла у синеватой дымки, глядя в пустоту.
— Не надумала? — Спросил я.
— Долг владыки важнее чувств. — Сухо ответила она.
— Печально. Тогда прощай. — Я собирался похлопать Кьяру по плечу, но наткнувшись на её колючий взгляд передумал.
Я втолкнул в портал Гру, а после и сам шагнул в синеватую дымку. На той стороне нас ждал Лев. Он протрезвел и с тоской смотрел в сторону портала.
— Идиоты. — Буркнул я и подойдя к нему сказал. — Беги к ней. Второго шанса не будет.
— Виктор, не рви мне сердце. Просто закрой чёртов портал. — Прорычал Лев скрежеща зубами.
Видя его боль, я тяжело вздохнул и выполнил его просьбу. Синеватая дымка медленно начала закрываться навсегда разделяя любимых. Лев сделал шаг вперёд и замер в нерешительности. Тогда я как истинный друг влепил ему пинка.
— Да беги ты баран! Чего пялишься на меня! Или тебя силком туда закинуть? — Выкрикнул я.
Лев стиснул зубы, сделал шаг, другой, а после остановился и покачал головой.
— Дурак. До конца дней жалеть будешь. — Сказал я и отвернувшись двинул в сторону замка.
Глава 3
Я успел пройти всего пять метров и услышал за спиной радостный восклик:
— Кьяра!
Из закрывающегося портала грациозно выпрыгнула владычица северных пустошей и тут же попала в объятия Льва. Следом за владычицей из синеватой дымки вынырнула кошка Лана, и портал закрылся. Лев и Кьяра утопали в объятьях друг друга, шептали нежные слова, целовались.
А я не желал давать Кьяре шанс передумать. Призвал из хранилища сердце мира и положил руку на кристалл.
— Сделай так, чтобы в Руиндар больше никто не смог попасть, но все его жители при необходимости могли покинуть этот мир.
— Это четвёртое желание. — Ласково сказал девичий голос и по кристаллу хлынули потоки энергии.
Яркая вспышка ослепила всех вокруг, навсегда запечатав Руиндар. Воспользовавшись замешательством, я убрал сердце мира обратно в хранилище и рванул в сторону замка. Пробегая мимо виноградников, я замедлил шаг.
— Какого хре… — Изумлённо прошептал я видя как слева от домов которые я возводил для монголов, начала возвышаться семи метровая статуя, слепленная из глины и дерева.
Да, она была не закончена. Но даже так, я узнал в ней своё лицо. Гордая поза, руки раскинуты в сторону, подбородок приподнят, улыбаюсь, а на плече сидит миниатюрная копия Гру.
Я бы мог подумать, что это переселенцы решили меня отблагодарить, за то, что разрешил им остаться. Но у подножья статуи я увидел десятки тысяч человек стоящих на коленях. Их лица были устремлены не на статую, а намного ниже. Туда, где стоял худощавый человек и что-то возбуждённо выкрикивал.
Подойдя ближе, я узнал говорившего. Им оказался Тунгус. И мать его за ногу. Он нёс такую околесицу, что мне стало стыдно.
— Дубровский наш единый бог! Он спас меня, спас вас, даровал рай на земле, где мы можем жить в изобилии. Оглянитесь вокруг, вы находитесь в мире, у которого нет границ. Вы можете пойти в любую из сторон и стереть ноги до основания, но конца этих земель никогда не найдёте. Это мир Дубровского! Виктор Игоревич приютил нас, он заботится о нас, защищает нас. А именно это должен делать бог покровитель! Что мы говорим просыпаясь⁈ — Выкрикнул Тунгус вскинув руки вверх, толпа мгновенно ответила «Благодарим мессию!». — Что мы делаем принимая пищу⁈ — Толпа снова заголосила «Славим его имя!». — Чем вы готовы пожертвовать ради нашего бога⁈ — Стоящие на коленях рявкнули «Всем! Всем! Всем!».
Тунгус заметил что я смотрю на него и нервно сглотнул. Правильно делает что боится. Придурок чёртов. Я спасал жителей Изиды, для того чтобы занять место пересмешника? Вот уж хрен там! Придавив контрабандиста взглядом, я провёл по горлу пальцем. Прибью проповедника недоделанного.
Я собирался подойти и схватить за шиворот этого идиота, а после научить уму разуму, но меня перехватил Тихон Тихонович. Он спикировал с небес и завис в полуметре от меня. Гарпии зыркали по сторонам и мощно лупили крыльями по воздуху обдувая меня прохладным ветерком.
— Племяш, ну ты даёшь. — Ухмыльнулся Тихонович. — В нашем роду всякое бывало, но что бы при жизни кого то провозгласили богом. Ха! Я такой фортель впервые вижу. Сам Тунгуса надоумил или он инициативу проявил? — Дядя откровенно веселило происходящее.
— Издеваешься? — Сурово спросил я.
— Есть немного. Но статуя и правда загляденье. Глядишь Тунгус всех обратит в свой культ, а ты и правда станешь живым богом. Ведь не у каждого божка имеется под два миллиона верующих. — Хихикнул Тихонович и рванул прочь, когда я захотел щелкнуть его по носу.
— Лети, лети. Остряк чёртов. — Хмыкнул я и задумался. — Хммм. Тунгус проповедует, а я живой проводник кубов веры?
Сорвавшись с места, я рванул в замок. Влетел на второй этаж и запер за собой дверь. В моей руке появился золотой ключ, который я тут же вставил в замочную скважину шкафа.
* * *
Тихон Тихонович парил в небесах. Ветерок приятно развевал его волосы. Он улыбался наслаждаясь свободой. Да, долгие годы в заточении дали о себе знать. Теперь простые радости ощущаются ещё острее и приятнее.
Приказав гарпиям спикировать вниз, он занырнул в реку и тут же вынырнул. Прохладная вода взбодрила, заставив облегчённо выдохнуть. Тихон Тихонович перевёл взгляд направо и заметил что ему машет Гру.
— Ого! Меня почтил своим внимание второй бог за день? Ха. Только теперь бог настоящий.
Сделав резкий разворот, он подлетел к Гру.
— Ваше вашество. — Дурачась сказал Тихонович и кивнул.
— Наше нашество. — Ответил Гру бредом на бред. — Спускайся. Лечиться будем.
— В смысле выпивать? С богом выпить, это я завсегда. — Расплылся в улыбке Тихонович, но тут же посерьёзнел когда из земли возникла лоза, крепко обвив его. — Эй! Ты чего делаешь? Пусти! — Трепыхаясь выпалил он
