Читаем без скачивания Новая Переменная - Канира

тебе, старая клуша, что оставил меня на пять лет». Я показал ему язык — ребёнок же. Хотя, помня, как он меня избивал три часа подряд, я помню, что у него рука, да и нога тяжёлая. Но, как он мне объяснил и извинился, это было ради наблюдателей, чтобы ослабить бдительность. Всё же не все готовы смотреть, как бьют ребёнка так долго.

— Тьфу. Ладно, я понимаю. Насчёт же чакры сам поймёшь. А теперь сядь ко мне поближе.

Я не стал ничего говорить и сел перед ним. Он положил мне руку на живот, и мне как-то резко стало — даже не знаю, как описать — странно.

— Я ввёл в твой источник свою чакру, прочувствуй. Не многие смогут повторить этот приём, но запомни, что нельзя, чтобы чужая чакра была в твоих чакро-каналах, а тем более во вместилище, — это приведёт тебя в могилу. Есть много опасных и уникальных дзюцу. А теперь разбирайся.

Он меня оставил, а сам ушёл, возможно, разводить лагерь. Это было уже неважно.

Я чувствовал чакру, как она двигается, её объём и свои каналы. У меня будто резко появился новый орган. С рождения уже были эти чувства, но не так явно, словно где-то там, на периферии. Но сейчас это было явное ощущение, словно третья рука. Магия.

Будучи человеком, который уже испытал прелести данной энергии, когда я потерял сознание от боли, я не стал сразу пытаться её двигать по всему телу. Просто взял немного из своего очага чакры, буквально одну сотую, и направил этот объём на мизинец левой руки.

Ах, чёрт. Он засветился синим и резко начал болеть. Будто кто-то рвёт мне палец изнутри. Такую сильную боль я испытывал после сеанса терапии в больнице. Чёртов рак. Сейчас же мой палец буквально разрывался. Я пытался что-то сделать, но попытки манипуляции чакрой ничего не дали, я делал что-то не так.

— Так и думал. — Старик возник рядом и махнул в мою сторону рукой. Какой-то иероглиф засветился на грани зрения и исчез. Я почувствовал, что моя чакра стала меньше, и её будто чем-то перекрыли. Боль прекратилась секунд через десять.

— Что это было? Почему так больно?

Ух, аж слёзы выступили. Сецуна нахмурился и сказал:

— Твоя чакра, Оками, её слишком много, твой объём чакры слишком большой. Я видел, что ты сделал, но даже такая капля чакры для твоих чакро-каналов наносит вред. Ты бы мог лишиться пальца, если бы канал взорвался.

— И что делать?

— Я нанёс Фуин, но её надолго не хватит. Через час она смоется от напора твоей чакры. Тебе же придётся экспериментировать, внучек. Ведь только ты можешь управлять своей чакрой. Если взорвёшь себе пальцы или ещё что-то — не переживай, я всегда рядом и вылечу тебя. — Сказав это, он мне приказал завтракать. По его словам, нас ждал долгий день.

Я точно видел смешинки в его глазах. Старик точно знал, как решить данную проблему, но оставил меня самого разбираться. Ну и ладно. Эксперименты в моей жизни были чем-то неотъемлемым занятием, хотя теперь это не сидеть перед пробирками, а опасность взорвать себе пальцы. Но таков путь шиноби. Надеюсь.

* * *

Через несколько часов спустя.

Боль от того, что твои пальцы буквально взрываются, и так несколько раз, сделала меня более внимательным. Какие Мадары и Кагуи? Проблемы будущего не волновали меня. У меня тут пальцы взрываются от своей же чакры. Я пытался отделить от очага всё меньше и меньше, от одной сотой до тысячной, и примерно несколько минут назад у меня получилось.

Как я был рад! И старик, похоже, заметив мой прогресс, тоже улыбался.

Я смог! Магия теперь доступна! Жди меня, Волан-де-Морт. Теперь я избранный, приду и…

— А теперь прогони этот объём по всем каналам, а не только по пальцам.

Нет, он точно мой личный демон, который приставлен мне после смерти, чтобы нести боль.

* * *

Уже неделю я использую чакру, гоняя её по всему телу. Старик сказал, что так я заставляю свои каналы расширяться и крепчать. Чакра для человека, который был обычным, даже немощным в плане физкультуры, давала огромные возможности. Я был словно суперсолдат, о котором грезит наука.

Быстрый, быстрее оленя, которого я догнал и перегнал, оставив позади.

Сильный настолько, что смог поднять валун примерно под сотню килограммов веса.

Ловкий, словно всю жизнь занимался гимнастикой.

Да, когда ещё был на острове Узумаки и игрался с Акихико, я знал, что мои природные данные были великолепны, но с активным использованием чакры это было просто несравнимо. Моё тело было словно создано для битв. Даже неактивно развивая тело, оно давало мне то, чего годами добиваются обычные люди. Теперь я стал сверхчеловеком.

Ещё одним интересным моментом был Шаринган. Копирующий глаз клана Учих был интересным с точки зрения биологии органом. Почему глаза краснеют? Откуда появляются томоэ? Не говоря уже о Мангекё. И другие вопросы, которые я отложил на будущее.

Пока же первое томоэ, которое я пробудил, осознав свою смерть и перерождение, давало мне не многое и не малое. Я видел очертания чакры вокруг и дальше, чем обычно. Старик в моих глазах был словно солнышко. Такое же большое и объёмное, он иногда мне перекрывал весь обзор. Впервые увидев его, я попросил его как-то скрыть свою чакру и был очень удивлён, когда он сказал, что и так скрывал свой полный объём, а то, что я видел, было лишь одной двадцатой.

Также были и другие нюансы: быстрый отклик тела и скорость реакции сильно улучшались при активации Шарингана, словно под какой-то наркотой. Всё становилось медленным, не слоу-мо, как в фильмах, но значительно. Как мне сказал Сецуна, этот эффект можно убирать. Логично было предположить, что я обрабатывал информацию быстрее, чем обычно, а не то, что время вдруг стало идти медленно.

Попросив старика о спарринге, который мы и так проводили на стоянках каждый раз, я заметил разницу. Я стал хоть немного замечать его ноги, которые били меня по голове. Успевал ставить блок. Конечно, это ничего не изменило, и он меня всё равно вырубал, но уже прогресс. Всё же медицинские техники хороши: он меня бьёт, а я встаю после нескольких минут лечения.

Чистый мазохизм, но мне нравилось ощущение сильного тела. После немощности — это заметная