кружку, и они переводят внимание на меня, прожигая глазами дырку в моей спине.
— Доброе утро, старший брат. — Брэкс приветствует меня первым, голос его звучит до неприличия весело. — Тяжелая ночка?
Игнорируя вопрос, наливаю чашку кофе. Вновь повернувшись к ним, обнаруживаю тяжелый взгляд Нокса, на его лице написано предательство. Брэкстен, похоже, больше забавляется. Именно этой реакции я от них и ожидал.
— Мы с Ноксом как раз обсуждали, как нам больно, что ты не поделился с нами прошлой ночью.
Мысль о том, что они прикасаются к Райан, заставляет кровь кипеть, я не привык к подобному ощущению.
— Брось, Брэкс. Мы оба знаем, что она не такая.
— Вот именно, — говорит Нокс твердым голосом. — Так зачем ты это сделал?
От его обвиняющего тона я сужаю глаза.
— А почему бы и нет? С каких это пор нам запрещено выходить за пределы круга? Такое время от времени происходило.
«По крайней мере, с Брэксом и мной. Но не с Ноксом».
— Возможно, но она другая, и мы все это знаем.
Он прав, и именно поэтому он так зол. В ее силах изменить наши отношения, обещание, которое мы дали ради Нокса. Именно поэтому я нахожусь в трудном положении, стоя перед выбором, перед которым никогда не думал оказаться.
Я всегда умел эмоционально держать подальше от этого дерьма, но не тогда, когда дело касалось Райан.
— Значит, теперь ты просто от нас отвернешься?
Каждый мускул в моем теле напрягается.
— Я никогда не поворачивался к тебе гребаной спиной, Нокс. Ни прошлой ночью, ни сейчас!
— Ладно, вы двое, — вмешивается Брэкс. — Давайте на этом закончим и обнимемся.
Мы с Ноксом игнорируем его попытку разрулить ситуацию, не отрывая друг от друга суровых взглядов. Страх и предательство в его глазах заставляют меня уступить первым. Именно по этой причине я сейчас в полной заднице.
— Я не оставлю тебя, мужик. Это всего лишь одна ночь. Ничего больше.
Шум справа заставляет меня пожалеть о своих словах, когда я вижу стоящую там Райан. При виде ее ранним утром мой член твердеет. Она выглядит так, будто ее оттрахали до беспамятства, и я прекрасно знаю, что так оно и есть. Тоненькая бретелька платья спала с плеча, а каштановые волосы вокруг красивого лица растрепанные и спутанные. Лицо, искаженно болью и гневом.
«Дерьмо».
Брэкс издает низкий свист, делая момент еще более чертовски неловким.
— Да, не волнуйся, — говорит она, одаривая Нокса натянутой улыбкой. — То, что случилось прошлой ночью, ничего не значит. — Боль, написанная на ее лице, доказывает, что она чертова лгунья. — Продолжайте. Я знаю, где выход.
Я быстро перегораживаю ей путь, и ее маленькое тело врезается в меня, когда она пытается поспешно уйти.
— Я отвезу тебя домой. Только дай мне минутку.
Она впивается в меня яростным взглядом, уперев руки мне в грудь.
— Убирайся к черту с моего пути. Меня не нужно отвозить, — она проносится мимо меня и выскакивает за дверь.
— С запоздалым днем рождения! — кричит Брэкс за секунду до того, как она исчезает. Я бросаю на него суровый взгляд. — Что? Вчера у меня не было возможности сказать ей об этом.
Покачав головой, хватаю ключи от его грузовика и бегу за ней, прекрасно зная, что она не сядет со мной на байк.
— Конечно, валяй. Можешь взять мой грузовик, — его прощальный выпад летит мне вслед, когда я выскакиваю через заднюю дверь, мчась вниз по металлической лестнице как раз вовремя, чтобы догнать ее, выходящую из дома.
Она пытается пройти мимо меня, топая по асфальту.
Я хватаю ее за руку, не позволяя снова ускользнуть.
— Ты не пойдешь домой пешком. Садись в грузовик.
— Да пошел ты! Я не подчиняюсь ни тебе, ни кому-либо другому.
Я прижимаю ее к себе, маленькое упругое тело напоминает мне обо всем, что я с ним делал.
— Я не позволю тебе идти домой пешком. Так что мы можем сделать это простым способом, либо сложным. Решай.
Она вздергивает подбородок; боль, застывшая в светло-карих глазах, еще больше усиливает мою вину.
— Давай уже покончим со всем этим. — На этот раз, когда она отстраняется, я отпускаю ее и веду к грузовику Брэкстена.
По дороге к ней домой, между нами царит тишина. Она насколько возможно близко жмется к дверце, глядя в окно и игнорируя мое присутствие.
— Нам нужно поговорить о прошлой ночи.
— Здесь не о чем говорить, — цедит она сквозь зубы.
— Здесь охренеть как о многом стоит поговорить, особенно если учесть, что я не пользовался презервативом.
Глупый риск, на который я готов был пойти, даже зная об этом. Я не хотел, чтобы что-то создавало между нами преграду.
Единственная реакция, которую я от нее получаю, — напряженные плечи. Она все также молчит.
— Райан, ты принимаешь таблетки или нет?
— Не беспокойся об этом. Ты в безопасности, и, как ты уже понял, я чиста.
— Об этом я не беспокоюсь, и тебе тоже не стоит. Я всегда пользовался защитой.
Горький смех срывается с ее губ.
— Ну, как же мне повезло, что я получила от Джастиса Крида то, чего не получил весь город.
Я крепче сжимаю руль, член твердеет от ее дерзости.
— Хочешь поссорится? Ты этого хочешь?
Она качает головой, но больше ничего не говорит.
— Послушай, я сожалею о том, что ты там услышала. Я не это имел в виду. Знаю, извинение никудышное, но я не привык ни за что извиняться.
— Вот что происходит, когда вы одновременно втроем трахаете одну девушку, — все становится сложнее.
Ее легкомысленный ответ задевает меня за живое.
— Райан, не прикидывайся, что знаешь, о чем говоришь, когда речь заходит о нас с братьями. Ты ни хрена не понимаешь.
Наконец, она поворачивается ко мне, в ее глазах пылает огонь.
— Нет? Хочешь сказать, слухи не соответствуют действительности?
Это гораздо больше, чем слухи. Больше, чем все знают. Я хотел бы объяснить ей, но не могу.
— У нас с братьями сложные отношения. Я им нужен.
— И они могут тебя забирать, — говорит она, ее нижняя губа начинает дрожать. — Я не соревнуюсь ни с ними, ни с кем-либо еще. Я понимала, что представляла собой прошлая ночь. Знала, во что ввязываюсь, и теперь ухожу.
Услышав такой ответ, я должен бы обрадоваться, но я не рад. Мысль о том, что я никогда больше не прикоснусь к ней, вызывает у меня тошноту.
Я подъезжаю к ее улице, стараясь припарковаться подальше от ее дома. Для ее блага, а не для моего. Мне плевать, что обо мне думают
