рука на застекленной двери. Саша не хотел знать, что на последней фотографии, но великая сила любопытства (она, пожалуй, посильнее силы любви будет) двигала им, и не позволила просто отложить снимки в конверт. По пятой фотографии он понял, что на земле довольно большой предмет, на котором лежит более мелкий. И, кажется, Саша уже догадывался о природе большого предмета, лежащего на земле. Когда он посмотрел на следующий снимок, он почувствовал, как волосы у него на голове «зашевелились», в буквальном смысле этого слова стали приподниматься. Хорошо, что Леша рассматривал снимки, извлеченные из другой машины. Просмотренные кадры были какой-то нелепицей, чем-то бессмысленным, но Саша, каким-то шестым чувством знал, что эти фотографии связаны с ним, а возможно, и с еще несколькими людьми, и уж никак не с лаборантом фотосалона «Кодак». Гроб. Большим предметом на земле был гроб. Темно-коричневый гроб. Что лежало на нем, еще было не понять, но Саша знал, что и этот предмет скоро приобретет узнаваемые очертания. Вспотевшими ладонями он листал снимок за снимком. Его не покидало сомнение: он где-то уже видел этот гроб. Темно-коричневый с вишневым оттенком, четыре позолоченные ручки, две слева и две справа, по бокам были видны кусочки налипшей земли. Создавалось такое впечатление, что этот гроб недавно вынули из земли. На девятом снимке Саша понял, что лежит на крышке гроба. Книга. В горле у Саши пересохло, хотелось пить. От снимка к снимку размеры книги увеличивались, от снимка к снимку росла и паника в голове Саши. Когда двенадцатый кадр оказался у него в руках, он так больно прикусил губу, что почувствовал соленый привкус во рту. В уголке рта проступила капелька крови. То, что Саша увидел во сне, происходило с ним здесь и сейчас: он возвращался в прошлое. О том, хочет он этого или нет, у него никто не спросил. И увиденный сон, и эти двенадцать фотографий, напомнили события, которые произошли с ним десять лет назад. С ним, и с тремя его друзьями. События, которые они поклялись забыть и никогда не вспоминать. И вот эти события возвращались со стремительностью гоночного буллита, и остановить эту машину было невозможно. На крышке гроба лежала книга в твердом переплете, на обложке были нарисованы разнообразные детские аттракционы: качели, горки, карусели, а вверху надпись. Темно-бордовыми буквами:
Сергей Стеблов
Вращение
Это был первый роман, который он издал, и который сделал его популярным. Но о том, как этот роман был написан, знали только четыре человека. Пятый, который знал об этом, должен был лежать в этом гробу. В гробу, который был запечатлен на фотографиях и на котором лежала книга. Саша спешно, дрожащими руками, вынул пленку из машины и вместе с фотографиями вложил в конверт.
– Ты точно не видел, кто принес эту пленку? – Саша выглядел явно испуганным.
– Нет, шеф. – Леша хотел еще что-то спросить, но, увидев его глаза, передумал. – Точно не видел.
– Ладно. – Саша сжал конверт и быстрым шагом направился в свой кабинет, а Леша еще долго гадал, что же их менеджера так напугало, а в том, что тот испугался, он не сомневался.
Только войдя к себе в кабинет Саша смог немного прийти в себя. Он в сердцах швырнул конверт на стол и сел в кресло. Он смотрел на бумажный пакет, как на ядовитую змею. В голове мысли собрались в пчелиный рой и летали в бешеном темпе. Что это? Розыгрыш? Если да, то очень и очень неудачный розыгрыш. А если нет? От этой мысли Саше стало не по себе. Он невольно огляделся. Но в кабинете он был один, если не считать злополучного конверта. Ему нужно было срочно встретиться с теми, кто знал о том, что случилось десять лет назад. Он позвонил Андрею, Диме и Сергею. Без лишних церемоний сказал, чтобы через час все были в его квартире на проспекте Каштанов.
– СРОЧНО! – и, пожалуй, его голос звучал довольно убедительно.
Саша подошел к консультанту Вадиму и сказал, что немного приболел и сегодня его на работе не будет. И, пожалуй, выглядел он убедительно. Только Алексей догадался, почему Александр Владимирович так неожиданно заболел, но свои предположения решил оставить при себе. Он не любил много говорить, особенно о том, что его не касалось, хорошее качество.
. . .
Первым пришел Сергей. Не удивительно, он, в отличие от всех остальных, работал сам на себя, и не заботился о партии пива, или цене на новую фотопленку. Вторым пришел Андрей, последним Дима. Саша достал из холодильника бутылку водки, ему это было необходимо, и они прошли в зал.
– Что за повод? – поинтересовался Андрей, увидев в руках друга запотевшую бутылку. – Не то, чтобы я был против…
– Саня, что случилось? – Сергей задал вопрос, наблюдая, как тот разливает водку.
– Выпьем, – сказал Саша и первым опрокинул стакан.
Друзья последовали его примеру. В воздухе повисло молчание, но никто не пытался его нарушить.
– Андрюха, наливай, я сейчас. – Саша встал из-за стола и вышел из комнаты.
Андрей разлил, они переглянулись, но ничего не сказали. Вскоре Саша вернулся. Он подошел к столу и швырнул конверт.
– Фотографии? – Андрей вопросительно посмотрел на Сашу.
– Посмотрите, – ответил он и выпил. – Предупреждаю, если я узнаю, что это чья-то шуточка…
Он надеялся, что так оно и есть. С каждой просмотренной фотографией их лица менялись. И когда все трое посмотрели эти снимки, которые он им показал, Саша понял, что это не розыгрыш.
– Что это за дерьмо? – Дима первым высказался по поводу увиденного.
Все посмотрели на Сашу. Он принес эти снимки.
– Откуда это? – в голосе Андрея легко улавливались истерические нотки.
Саша пересказал им историю об «индивидуальном заказе», и о том, что неизвестно кто его принес, а еще об ошибках в написанных словах, это было важно.
– Что-то мне подсказывает, за этим заказом никто не придет, – закончил свой рассказ Саша.
– Чертовщина какая-то, – Сергей внимательно смотрел на снимки, которые были разложены на столе в порядке от одного до двенадцати.
Все смотрели на жуткие снимки, и, конечно же, вспомнили то, о чем надеялись никогда не вспоминать.
Глава
4
И еще кое-что о друзьях.
Им было по двадцать. Школа уже была в прошлом. Саша и Дима учились в высшей школе бизнеса, которая недавно открылась в городе, Сергей в педагогическом институте, на факультете журналистики, Андрей заканчивал техникум. Была осень, но на удивление, для этих мест, довольно теплая. Этой осенью начинали
