плохо знакомы, и именно поэтому я прошу вас поехать со мной. У меня не так много времени что бы быть вне дома, ведь много дел. И очень хотел бы, что бы в эти редкие моменты, вы были рядом со мной. — Пока шел монолог, он не спеша приближался ко мне. Его голос вновь очаровывал, а мое сердце вновь начало набирать обороты. Все сильнее я твердила себе успокоиться и приговаривала, что он чужой и вообще очередной гад от которого нужно избавиться. Но когда он подошел и взял меня за руку, по моей спине пробежали мурашки. Мое напряжение само собой начало уходить, а мысли словно переключились на него. А он говорил, продолжал говорить своим медовым голосом что-то о моей красоте, о моей силе, о страхах, и много чего еще.
Когда он сделал еще один шаг, я ощутила его дыхание. Страх охватил меня, а внутри начало подниматься желание. Я закрыла глаза и попыталась привести в себя в чувство, как ощутила приближающуюся к лицу его руку.
— «НЕТ!» — Полыхнул внутри меня настоящий пожар.– «Это не я. Не мои желание и не мои мысли» — твержу себе, а внутри зарождается ярость. Настоящая ярость зверя, жаждущего вырваться на свободу и крушить, крушить все что попадется ему под руку.
Схватив мужскую руку в двух сантиметрах от лица, я открыла глаза и посмотрела в его лицо. Искаженное болью лицо, от пережатой руки.
— У-хо-ди. — Спокойно и по слогам рычу не своим голосом, отталкивая гостя от себя. Упав на спину, держась за травмированную руку он с неверием смотрел в мое лицо.
— Не может быть… — прошептал Инвальд — Нет, погоди! — Он схватил меня за руку, но я отвесила хорошую пощечину, которая опрокинула человека и оставила опалённый след на щеке. Что я там говорила о шоке? Вот теперь, сей индивид действительно был шокирован.
— Прочь! — Кричу, хотя этот крик больше походил на рев. Он встряхнул головой и посмотрел на кольца на правой руке, словно что-то прикидывая, но ничего не найдя, быстро поднялся и поклонился.
— Прошу прощения. — И с этими словами быстро удалился прочь. Ох, чувствую, что это еще не конец. Зато, я наконец почувствовала его эмоции. Шок, неверие, разочарование и злость. Все это было перемешано так сильно, что отделить что-то одно было просто невозможно.
Через десять минут, можно было наблюдать, как повозка с гостем быстро устремляется прочь. Что-ж. Думаю, завтра будет еще интересней. А пока, нужно снять все это с себя, в душ и спать.
***
— Госпожа.
— М-м-м…
— Госпожаа-а.
— Что Ян…
— Вас ждут внизу.
— Опять этот?! — Воскликнула я вскакивая на кровати.
— Нет. Ваш отец. — Сказала Яна каким-то расстроенным тоном.
— А что так? Он расстроен?
— Нет Госпожа. Он в ярости. — Ответила Яна и отошла.
— Ладно, спасибо. Скажи, сейчас спущусь. — Она поклонилась и вышла. Поднявшись, мое вчерашнее утро повторилось. Не знаю почему, но каждый день первым делом я надеваю именно эту чешуйку. Словно при ней, мне становиться легче преодолевать трудности. Да и просто спокойней.
Одевшись, я спустилась в столовую, где меня уже ждали. Дав мне позавтракать, отец начал разговор.
— И как это понимать? — Строго начал он.
— Что именно?
— Не строй из себя невесть что. — Поморщился отец. — Почему Инвальд уезжал с хорошим отпечатком твоей ладони у себя на щеке?
— А нечего под юбку лезть! — сказала как отрезала и задрала нос. — Ф! Тоже мне, ухажёр.
— Да… — Он от возмущения буквально задохнулся. — Ты хоть понимаешь, как это отразиться на авторитете семьи???
— Понимаю. Но знаешь… — Я сделала паузу и посмотрела ему в глаза. — Что для тебя важнее. Авторитет семьи, или сама семья? — От таких слов он растерялся, а я, спокойно поднялась и направилась к двери. Остановившись у прохода, не оборачиваясь, произношу. — Ты изменился. Даже больше чем я.
— Куда ты?
— А что?
— Что бы из комнаты, ни на шаг. — Грозно, но тихо произнес он. В ответ лишь фыркаю и направилась к себе. Вот и поговорили. Коротко, но по сути. Эх…
Вернувшись в комнату, плюхаюсь на кровать. В душе была обида наперевес с печалью. Как я и сказала Яне, я здесь словно в клетке. И выпустят меня лишь в другую, более большую, красивую, но так же клетку. И что делать?
Но вдруг, я слушала зов. Снова. Но на этот раз, он был четким, и нес с собой чувство спокойствия и безопасности. Подойдя к окну, смотрю на лесной массив, а потом на чешуйку. Сжав последнюю в руке начинаю собираться. Хватит с меня всех этих странностей, хватит нелепых традиций. Я чувствую, что в том лесу, найду ответы если не на все, то на многое.
Вот только, что мне одевать. Походной обуви у меня нет, а идти в платье
