И Полина решительно направилась к сестре.
* * *
А Ирина в это время рассказывала Якову о своей встрече в «Эдельвейсе» с Сан Санычем. Яков нервничал:
— Ирочка, а ты уверена, что у старика именно наши камни?
— Конечно! Откуда еще в этом городе могли появиться две сотни бриллиантов. И вообще, я их как облупленных знаю! Каждый камешек… каждую грань…
— Ты хочешь сказать, что если перед тобой насыпать горсть брюликов, ты сможешь выбрать из них свои?
— Конечно! Мне каждый бриллиант доставался таким трудом… Он стоил мне столько нервов. Я каждый специально отбирала… по чистоте, по размеру.
— Сейчас опять начнешь себе цену набивать, — поморщился Яков, — тебя послушать, так все одна ты сделала.
— Да, я! А ты попробуй, вынеси камушек из лаборатории, когда везде камеры и тройная охрана! А составить правильно акты приемки, думаешь, легко?! Да мне каждый брюлик дороже ребенка!
— Кстати, почему старик сказал, что их двести шестьдесят четыре? Почему на один меньше?
— Потому что они попали в руки к баранам, которые даже не представляют, что это такое! — возмущенно сказала Ирина. — Не удивлюсь, если они его потеряли. Им же они даром достались!
— Значит, бриллианты у каких-то посторонних людей. Выходит, твой племянник действительно ни при чем.
— Получается, так.
— Какой-то странный расклад… Непонятно. Откуда вообще взялся этот старик?
— Я все выяснила, Яша. Они связаны. Этот старик — Лешкин знакомый. Наставник. Оказывается, он еще Бориса в свое время учил.
— Интересная цепочка. Значит, все-таки Лешка… Он мог их достать, но не стал хранить дома.
— Да. Скорее всего, он передал наши камни старику на хранение.
— Но если камешки у старика, то надо дать смотрителю отбой. Зачем тратить время на твоего племянника, если мы уже выяснили, где бриллианты.
— Да… — усмехнулась Ирина. — И он хочет их нам продать. Ты знаешь, Яша, сколько он за них просит?
— Сколько?
— Два миллиона баксов.
— За все?
— Да. Дилетант! Тупица! Он даже не представляет, сколько они на самом деле стоят! Это же сущие копейки!
— Хочу тебе напомнить, Ирочка. Что у нас нет даже этих, как ты выражаешься, «копеек». Мы не можем выкупить у него бриллианты.
— Яша, ты первый день меня знаешь? Как ты мог подумать, что я собираюсь покупать то, что и так принадлежит мне? — возмутилась Ирина. — Это мои бриллианты! И я не должна за них платить. Их надо просто отнять!
Яков задумчиво посмотрел на Ирину.
— Я знаю, как нам действовать дальше. Тебе надо встретиться со стариком еще раз.
— Зачем?
— Чтобы купить у него бриллианты.
— Яша! Я же сказала…
— Погоди, Ирочка, это он будет так думать. А на самом деле мы его обманем. Да. Ты назначишь ему встречу в темном месте и вместо денег подсунешь куклу.
— Ты полагаешь, он настолько туп, что не догадается проверить деньги?
— Ирочка, судя по всему, он совсем не похож на прожженного дельца. Ищет клиентов на такое дело в ресторане, через случайного знакомого…
— Да. Он дилетант. И в камнях, и в торговле, — согласилась Ирина.
— Вот видишь, значит, с ним проблем не будет. Уверен, что ты, Ирочка, сумеешь его заболтать и отвлечь. Это у тебя всегда получалось превосходно…
— Ты тонкий льстец, Яша. И хитрец к тому же…
— Почему хитрец, дорогая?
— Потому что опять всю работу перекладываешь на мои хрупкие плечи. Это очень удобно, сидеть дома на диване и делать вид, что руководишь операцией.
— Чего ты от меня хочешь? — обозлился Яков. — Я могу сам заняться стариком! Тогда ты сиди дома и вари щи!
— Интересно… Ты собираешься сам пойти на встречу?
— Нет! Зачем? Я с ним долго цацкаться не буду! Просто возьму пистолет, приду к нему домой, дам по башке и заберу наши брюлики!
— Нет, Яша, это не метод! Ты прав: идти надо мне. Во-первых, тут важно выиграть время. Старик в темноте не сразу хватится, что его обули. Пока до дома доберется, увидит, сообразит, мы уже успеем свалить из города. А во-вторых, что-то мне подсказывает, что он в милицию не пойдет. Как он там объяснит, откуда у отставного морячка бриллиантов на два миллиона зеленых?
— Ты у меня умница, Ирка! Не всякий мужик так соображает, как ты.
— А по-твоему, если женщина, значит, обязательно дура?
— Ты же знаешь, что я так не думаю, дорогая. Наоборот, я с тобой согласен. Нам лишний шум ни к чему. Да и старик этот на вид такой крепенький. Черт его знает, если дойдет до драки, кто из нас кому по башке даст?
— Да, Яша, побереги себя. Тем более, что еще есть женщины в русских селеньях.
* * *
Кирилл под давлением жены решил все-таки сходить к врачу. Уже в больнице он засомневался в своем решении.
— Я не понимаю, Руслана, зачем мы пришли, я и так все про себя знаю.
— Нет, Кирилл. Мы должны использовать самую малейшую возможность, чтобы постараться тебя вылечить. Я не хочу упрекать себя в том, что чего-то для тебя не сделала.
— Ну и какой в этом смысл? Подумай сама, Руслана. Ну, проживу я на день больше.
— Пускай нам удастся вырвать у смерти только один день. Зато мы проживем его с тобой вместе! — твердо сказала Руслана. — Мы будем бороться за каждый твой день, Кирилл. Не опускай руки! Я люблю тебя, Кирилл. И я не позволю тебе отказываться от своей жизни! Я буду всегда рядом с тобой.
— Спасибо, родная. Я зайду один. Подожди меня здесь. Мне так будет легче.
Кирилл зашел и поздоровался:
— Привет, Иван!
— Хорошо, что ты пришел, Кирилл. Садись. Как дела?
— Все как обычно.
— Боли усилились?
— Терпимо, Ваня. Ты лучше скажи, зачем ты позвонил моей жене? Зачем ты ей все рассказал и разрешил приехать? Я ведь просил тебя…
Онколог нервно покрутил в руках бланки направлений:
— Руслана сама позвонила. Я же говорил, что она обо всем догадается. А ты бы хотел, чтобы я скрывал от нее правду? Я больше не мог врать! Я ведь твой друг, Кирилл…
— Друг… Как же ты не понимаешь? Я не хотел, чтобы Руслана видела мои последние дни!
— А я не хотел, чтобы ты умирал один!
— Я не хотел, чтобы она видела мою слабость, мою беспомощность. Как же ты не можешь понять? Я ведь люблю ее! Я не хочу, чтобы она страдала, видя мои мучения. Мне все равно умирать… Но ее от этого я мог оградить!
— Ты эгоист, Кирилл.
— Это почему? — удивился Кирилл.
— Ты все решил за нее сам. А ты подумал е ее чувствах? Руслана тебя так любит. Думаешь, она не чувствует, что с тобой происходит? Да она извелась там, в этой хваленой Швейцарии! Волновалась за тебя, переживала, ,что не может ничем помочь. Руслана правильно сделала, что приехала! И очень хорошо, что она теперь с тобой рядом!
