спать, чтобы переживать ужасные воспоминания и образы смерти и хаоса. Последнее пугало ее больше всего. Джордж на улице жарил хот-доги. Он вошел внутрь, держа хот-дог в клещах, но то, что она увидела, было особым инструментом Родни, который он называл чистильщиком, с огромным куском плоти.
Эбби вскрикнула, выбила его из рук Джорджа и побежала в спальню, заперев за собой дверь. Джордж говорил с ней через дверь почти час, прежде чем она наконец успокоилась. Этот инцидент напугал их обоих, и с нее было довольно. Одно дело – бороться со сном, но Родни был мертв. За исключением того, что она позволяла ему жить в ее голове.
- Я рада, что ты пришла, Эбби, - сказала ее психотерапевт Колин Кэссиди. - Похоже, тебе пришлось нелегко.
- Можно и так сказать.
- Твой доктор посвятил меня в историю твоей болезни и все такое. Но как насчет того, чтобы рассказать мне побольше о тебе и Джордже? Похоже, он действительно любит тебя.
- Да.
- И вы встретились с ним после того случая?
- Да. Может быть, через три или четыре месяца.
- Вау. С твоими страхами и проблемами с доверием он, должно быть, произвел сильное впечатление. Как вы познакомились?
- Мы оба были в группе поддержки людей, перенесших травму. Его жена погибла несколько лет назад в автомобильной катастрофе. Он был за рулем, и хотя это был внедорожник, который проехал на красный свет, он винил себя.
Колин кивнула.
- Такое не редкость.
- Думаю, что нет, - продолжила Эбби. - Я не хотела идти, потому что ненавижу ходить куда бы то ни было. Но мой врач настоял на этом, и я решила попытаться. Я села на автобус, потому что слишком боюсь ехать. Это было чертовски нервозно. Мне понадобилось два ксанакса, чтобы сесть в автобус. Но я сидела рядом с Джорджем, и в нем было что-то успокаивающее.
- Как ты думаешь, почему?
- Я думаю, что он не знал и не интересовался, кто я такая. Все остальные в группе сразу узнали меня по новостям, и у всех возникли вопросы. Некоторые хотели сделать селфи со мной. Это было действительно чертовски странно.
- Ух ты, - сказала Колин. - Как неуместно.
- Так оно и было. Лидер группы сказал им, чтобы они оставили меня в покое, но некоторые продолжали настаивать. Наконец, Джордж велел им прекратить это. Но он не похож на психотерапевта, который был в группе. Он просто накричал на них. Сказал, чтобы они убирались к чертовой матери. Они все отстали. После этого меня никто не беспокоил, и он всегда сидел рядом со мной. Во время первых встреч он даже не разговаривал со мной напрямую. Наконец он спросил, как я поживаю.
- Ты хотела, чтобы он поговорил с тобой, до этого?
- Думаю, что да. Как я уже сказала, я нервничаю в присутствии людей. Но он был таким обезоруживающим, что у меня не хватило духу заговорить с ним самой. Но когда он спросил, как я себя чувствую, я почувствовала себя хорошо, разговаривая с ним. Итак, после одной встречи он пригласил меня выпить кофе, и с тех пор мы просто не хотели расставаться.
- Это действительно здорово. Он хорошо о тебе заботится.
- Да, - Эбби опустила голову. - Я вроде как ненавижу это. Я хочу быть его женой, а не ребенком, но именно так я себя и чувствую. Я не хочу сказать, что он обращается со мной, как с ребенком. Я просто иногда чувствую себя такой беспомощной, а он всегда рядом и никогда не жалуется. Я знаю, что отчасти он все еще чувствует себя ответственным за смерть своей жены. Поэтому он очень хорошо заботится обо мне, чтобы компенсировать это. Он признал это, но я не возражаю. Я просто иногда жалею, что не могу отплатить ему тем же.
- Это хорошо. Он понимает, что то, через что ты проходишь, не будет длиться вечно.
- Я все время это слышу, но понятия не имею, как вернуться к тому, какой я была до похищения.
- Никто не говорит, что ты будешь или должна быть такой, какой была раньше. Но ты можешь перерасти этот ужасный опыт, чтобы стать лучшей версией самой себя. Если ты этого хочешь.
- Это совершенно то, что я хочу.
- ОК. Тогда я могу помочь тебе с этим. Но это будет большая работа. Для нас обоих.
- Я знаю, - кивнула Эбби. Она заметила, что по мере того, как говорила, большая часть ее опасений исчезла. Она все еще немного нервничала, но уже не так сильно, как раньше. Колин была очень спокойна и приветлива. Совсем не снисходительна, как некоторые психотерапевты, с которыми она разговаривала. Они еще немного поболтали, прежде чем Колин попросила ее закончить сеанс.
- Я хочу тебе кое-что подарить, - сказала Колин, прежде чем подойти к комоду и вынуть оттуда большой конверт из плотной бумаги. - Там некоторая информация и упражнения, которые можешь сделать, чтобы избавиться от ночных и дневных страхов. Прочти это, и если у тебя возникнут какие-либо вопросы, позвони мне. Я хочу увидеться с тобой на следующей неделе, чтобы мы могли приступить к делу. Я очень надеюсь на тебя, Эбби.
Эбби взяла конверт и открыла его. Часть информации содержалась в журналах, брошюрах и листовках. Она была рада, что психотерапевт не пыталась отправить ее на сайт, так как Эбби не собиралась выходить в интернет. В пакете был еще один конверт. Это был ярко-красный конверт, похожий на поздравительную открытку. Она показалась Эбби неуместной, и она вытащила ее.
- Что это такое? - Спросила Колин.
- Вот это? - Эбби подняла конверт. - Это было в пакете. - Эбби открыла его и вытащила карточку с надписью на одной стороне. Она прочитала ее, и ее желудок сжался.
- Это что, чертова шутка? Ты сейчас серьезно? - Она указала карточкой на Колин.
- Какая шутка? Что там написано?
- Это было в твоем пакете в твоем гребаном кабинете! Как ты можешь не знать?
- Знаешь что? Я не знаю, что это такое.
Колин взяла у Эбби записку и прочитала ее вслух:
- Психотерапевт не сможет тебе помочь, Эбби. Никто не может. Я иду за тобой. Р.
Глава 8
Джордж расхаживал взад-вперед, пока Эбби объясняла ему, что
