— С такими жизненными принципами и идеалами тебя туда и, не особо возьмут.
— Ну и замечательно, тебе больше папиков достанется. Будет на ком оттачивать своё мастерство, — обиженно парирую. Если она язвит, то и я в праве ответить в том же ключе.
– Через несколько лет твою целку даже на аукционе никто не захочет покупать, — она отвечает спокойно и холодно, что я прихожу к выводу — Лесю ничем не пронять, а вот нарваться на язвительный укол так это без проблем.
— А я всё ждала, когда ты вспомнишь об этом, да ещё и при нём, — смотрю на Пашу, присвистнувшего от услышанной сенсации.
Начиная физически ощущать его похабный взгляд, скользящий по моим голым ногам до отворотов коротеньких джинсовых шорт, а затем вверх до груди, чуть выступающей в вырезе со шнуровкой.
— Девственность — это женский недостаток, который легко устраняется мужским достоинством…
— Забудь, понял? — вырываю рюкзак из Пашкиных рук, срываясь бегом вниз по лестнице.
Глава 11 "Недоброе утро"
Максим
Телефон на прикроватной тумбочке громко вибрирует, а этот безжалостный звук, заставляет резонировать каждую клеточку моего воспаленного похмельем мозга. Недовольно морщась, выползаю из-под одеяла, тут же пожалев об этом. Солнце явно давно успело перевалить за полдень, проникнув сквозь узкую полоску, оставленную между неплотно задернутых штор. Выхватив глазами чёртов солнечный луч, снова падаю головой в подушки, прикрывая ладонями лицо.
"Здравствуй новый день" — вою разочарованно в руки сложенные лодочкой, страшась встретиться с реальностью.
Зачем только вчера пил без меры? Ах, да, в попытке вытравить из головы кое-кого до зубного скрежета, настырного.
Поздравляю, дружище, экзекуция спиртным нанесла существенный урон, жаль не в том направлении.
Во рту до боли пересыхает от обезвоживания, муторное состояние с пробуждением лишь усиливается, наказывая за опрометчивость. Но окончательное самобичевание доползает до самого пика, когда я замечаю голые бёдра неприкрытые ничем, ни одеялом, ни бельём.
Красивый такой изгиб, соблазнительный, плавно переходящий в длиннющие, почти бесконечные ноги.
Тут же вспоминается активно проведённый вечер с весьма ненасытной девушкой, знающей толк в любовных играх. Жаль, конечно, будет её расстраивать, но ничего долгосрочного строить я не намерен, да и повторять секс марафон не горю желанием. Удовлетворились и разбежались.
Телефон настырно отзывается очередным жужжанием, возвращая к более важным делам, которые нет больше сил игнорировать. Разблокировка рассыпается на экране уведомлениями о непринятых звонках, сообщениях во "вконтакте", "ватсап" и даже напоминалкой "МарГОШка работа".
А вот и весточки от той, которую мне нужно было забрать, чего я так и не сделал, предпочтя покатать верхом сексуальную блондиночку. А наездница из неё — выше всяких похвал, может быть я и передумаю, приглашу её ещё на пару палок чая.
"Макеев, где тебя носит?"
Прямо вижу, с каким выражением лица писалось первое сообщение. Кнопки, вероятнее всего горели под пальцами Марго, жаждущей справедливости и пунктуальности от похотливого меня.
"Ты настоящий СВИН"
Написано с интервалом в пять минут, какая нетерпячка и настырность, вот что значит уметь правильно заинтересовывать людей. Этого таланта у меня точно не отнять.
А вот тут гадать не нужно, в конце строки либо у Крайновой сдали нервы, либо залип смайл: гневная рожица с рожками — истинное лицо Маргариты, пропечатано не единожды. Посмеиваясь собственным мыслям, начинаю набирать ответ.
"Свин жив и здоров. Тупо проспал))))"
Поспешно оправдываюсь, обвиняя самого себя в беспечности и непростительном проколе. За язык меня вчера никто не тянул, когда я самоотверженно кидался упрашивать Марго хотя бы попытать счастье, съездив на собеседование. Тем более, что я мог бы похлопотать за неё, а вернее устроить так, чтобы её кандидатура подошла нам идеально.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
А она и без просьб бы подошла, миловидное личико: пухлые губки, яркие выразительные глаза. Тело молодое и подтянутое, без единого "силиконового" преображения, все эстетические составляющие успеха, ну и головка не набитая соломой. С сообразительностью у неё в порядке. И с грудью…
Твою ж мать, неужели снова начну рефлексировать? В моей постели спит девушка, удовлетворившая за ночь, казалось бы, все мои потребности. А я, как заведенный осёл, мысленно возвращаюсь к фигурке с обтянутыми в красное кружево прелестями.
Крайнова, Крайнова, как же тебя вытрахать из головы?
Телефон продолжает молчать, умирая в руках от Маргошиной упертости и желания наказать мою забывчивость полным игнором.
"И заметь, проспал я в свой законный выходной"
Неугомонно написываю новые сообщения, отправляя, словно в никуда.
Упрямице не до меня, мессенджер так и повисает непрочитанным, вгрызаясь чувством вины в ещё сонную совесть. И сколько бы я не буравил экран, статус отправленного не меняется на принятое.
"Не злись. Сейчас приведу себя в порядок и заеду за тобой. Собирайся."
Снова отмалчивается, впрочем, не удивительно, с детства поражался её упрямству. Ничего, я не гордый подожду.
Слева от меня начинается еле заметная возня, девушка сладко потягивается, оттопыривает попку и каждое её движение, как гадское приглашение. Такое откровенное, зазывающее, за которым я наблюдаю задействовав лишь периферическое зрение, совершенно не стремясь разглядеть всех прелестей. Меня сейчас больше заводит молчание Крайновой, разжигающее во мне инстинкт охотника, голодного до игры в "кошки-мышки", когда интересней поймать жертву самому, нежели довольствоваться тем, что само идёт к тебе в руки.
Глава 12 "Хотеть — это нормально"
Максим
Тёплые ладошки медленно ползут вверх, пальчиками пересчитывая мои ребра, сбежать не удаётся, на меня объявлена охота.
— Доброе утро, — протяжно выдыхает девушка прямо в ухо, прикусывая мочку и с нескрываемым наслаждением втягивая её в свой горячий ротик. — Хочешь помогу проснуться?! — влажной дорожкой спускается по шее к ключице, беззастенчиво целуя впадинку на ней, намеренно обходя стороной старый рубец, уродливой полосой проходящий по всей правой ключице. А после трется носом о мой подбородок. — Как день начнёшь, так его и проведёшь.
Ластится как кошка, утыкаясь мне в шею, сладко еле слышно постанывая. Будто осознав к чему ведёт её контратака, безуспешно ерзаю, но блондиночка припечатывает своим острым коленом обратно в матрац. Норовит меня оседлать, но в данный момент меня переполняет одно желание, выпроводить её за дверь, на утренний секс я не настроен.
— Извини, я в душ, — изворотливо выпутываюсь из объятий, краем глаза оглядывая её фигуру при свете дня. Смотрю и не понимаю, к чему так упорно предлагать то, чем любезно наградила природа? Всё ведь при ней. Такой красотке быть столь навязчивой не стоит, можно ведь цеплять чем-то другим. Хотя нет, тут я спешу с выводами. Мозгов явно маловато.
— Может вместе? — мурлычет сладко, выскочив из кровати проворнее меня и перекрыв мне выход из спальни, видимо полагая, что я не в состоянии сдвинуть с места преграду в её лице. Встаёт на цыпочки и призывно тянется за поцелуем. Медленно поглаживает плечи, перебираясь от шеи к затылку, чтобы там зарыться всей пятерней в волосы, спутать те и без того всклокоченные за ночь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Надо же, намерено меня соблазняет, а я мечтаю лишь о водных процедурах. В одиночестве.
— Нет, — почти грубо отрезаю я, но чёртово воспитание словно изжогой жжёт в груди, заставляя сгладить ситуацию, сменить тон и не обижать ту, которую сам вызвонил, оплатил такси, лишь бы спустить пар и ослабить давление в штанах, навеянное аппетитными формами Крайновой. А те ведь никак не выходят из головы, маячат всюду и спустя горячую ночь, вновь зажигая оставшийся порох. — У меня срочные дела.
