казаться. Я увидел, как межу твоих волос мелькнуло золото. Ты -- инка, и обо всём донесёшь самому Первому Инке. Или ты ещё будешь уверять меня, что не донесешь?
-- А если Первому Инке не донесу? -- ответил Асеро. -- Просто не могу донести, потому что я и есть сам Первый Инка, -- добавил он и гордо встал, откинув пряди волос, закрывающие уши. -- Так что не могу я донести сам себе. Но я пришёл сюда не для мести. Свою месть я уже давно удовлетворил, собственноручно казнив Острого Ножа. Я хочу лишь понять, как сделать так, чтобы не прорастали на вашей земле ядовитые семена вражды. Чтобы вы искоренили из своего сердца страсть к набегам, чтобы приняли идею труда на общее благо, а не только на свою общину. Неужели это всё так трудно для вас?
-- Ты хочешь, чтобы мы перестали быть каньяри?
-- А всё это для вас означает перестать быть каньяри? Я никогда не думал об этом так, но... если вы не можете отказаться от набегов и мысли о превосходстве над другими, иначе как перестав быть каньяри -- значит, придётся перестать. Чтобы хотя бы ваши потомки стали нормальными людьми.
Потрясённый арестованный некоторое время молчал, а потом вымолвил:
-- Пожалуй, теперь я верю, что ты и в самом деле не хотел делать наших жён бесплодными. Но измениться так, чтобы перестать быть каньяри -- многим ли это лучше? Скажи, ты теперь убьёшь меня?
-- Я не могу казнить тебя за преступление, которое ты не совершал. Конечно, косвенная вина за тобой есть, но она не так велика, чтобы карать её смертью. Сожалеешь ли ты о том, что случилось?
-- Теперь да. В конце концов, эти несчастные не были ни в чём виноваты. Боги, да если бы я теперь мог, я бы даже жизнь отдал, чтобы их воскресить, -- закрыв лицо руками, крестьянин залился слезами.
-- А если бы я теперь отпустил тебя, чтобы ты передал наш разговор женщинам в своей деревне?
-- Зачем тебе это нужно?
-- Слух про бесплодие от прививок распространялся среди женщин, так? А если женщины убедятся, что их кто-то жестоко обманывал, то ведь они захотят вывести обманщицу на чистую воду, так?
-- Не знаю даже. Боюсь, что наши жёны меня слушать не будут, а разорвут на куски. Впрочем... я и сам не знаю, как мне жить после этого.
Этим же вечером, совещаясь один на один с Горным Ветром, Асеро сказал:
-- Мы не можем их судить до тех пор, пока всё не раскроем до конца. И прививки, похоже, надо будет приостановить до выяснения, иначе новые жертвы будут просто неизбежны. Понимаю, что это может занять месяцы, но другого выхода я не вижу.
-- Значит, приостановить прививки на месяцы... -- Горный Ветер задумался. -- Ну, значит, всё-таки это и было целью тех, кто пустил такой слух... Не верю я, что тут просто недоразумение. Я же рассказывал тебе про Новую Англию, как там англичане вызвали эпидемию среди местных. Подпихнут потом заразные одеяла туда, где есть ещё достаточно непривитых женщин и детей.
-- Ты думаешь, что у них есть планы освободить от нас наши земли? Но так как часть народа уже привита, и останутся как раз взрослые мужчины, готовые мстить за истреблённых близких, то это вариант для них слишком опасен.
-- Не так уж мало районов ещё не охвачено прививками. К тому же это может быть не весь план, а частью плана. Ты же читал о завоевании испанцами империи ацтеков, и именно оспа помогла одержать победу над воинством последнего императора Куатемока....
-- Ты думаешь... всё-таки будет война?!
-- Похоже, этим пахнет. Зачем им ещё убивать наших людей массово? Впрочем, всё-таки ещё нужно доказать, что они тут замешаны, а на это и в самом деле уйдут месяцы. Чувствую, здесь работы будет невпроворот, надо будет запустить "просеивание".
-- Значит, ты в ближайшие месяцы будешь здесь?
-- Не обязательно, я лишь организую процесс, и если он не даст немедленных результатов, то вернусь в Куско. Только бы не опоздать...
-- Я думаю, что мне вообще нужно проехаться по этому региону. Со времён своего наместничества здесь не бывал, хотя отчёты просматривал тщательно. По ним-то всё в порядке, да только если бы они отображали всю полноту картины, то того, что случилось, не случилось бы.
-- Сколько лет этому каньяри, с которым ты говорил? -- спросил Горный Ветер.
-- Не уточнял специально, но по виду он старше меня лет на десять.
-- Вот именно. И ту войну тоже помнит. Важнее настроения среди юношества. Я думаю, что среди тех, кто не просто ходил в наши школы, но и получил от образования практический толк, скажем, стал инженером, настроения должны быть другими.
-- Ну, тогда чтобы добиться успеха в плане искоренения местных предрассудков, нужно, чтобы эта область не только обогнала остальные по развитию, но и перегнала. А это будет, боюсь, сильно нескоро, ведь и в Куско инженерами становятся далеко не все. -- Помолчав, Асеро добавил. -- Знаешь, перед Великой Войной уже витала идея ввести для всего народа школу не в четыре года, а в семь лет. Конечно, война задвинула эти планы в дальний ящик, потом Манко умер, но Горный Поток, как верный сын своего отца, думал это ввести. Тем более что перед глазами был я, живой пример того, как талантливый учитель может вырастить талантливого ученика. Да вот только... нет на каждого крестьянского мальчика такого талантливого учителя, как у меня, повезло мне просто, а значит, впихнуть нужные знания в головы попытались при помощи увеличения нагрузки на ученика. В результате эксперимент провалился. Ученики, вынужденные учиться круглые сутки, от этого только хуже соображали.
-- Значит, такие эксперименты ещё вон когда проводили? Не знал.
-- Ну, это было в ограниченной области, да и то недолго. А о провалах мало кто любит вспоминать. Ведь впихнуть в головы учеников за ограниченное количество времени вдвое больше знаний нереально, а срок обучения в школе не увеличишь, учителей где столько взять? При таких расходах на оборону мы семилетку с разными учителями в старших классах никак не тянем по средствам, а с одним смысла немного, раз такая ерунда получается.
-- Кстати, а ты слышал про эксперимент на эту тему в некоторых селениях возле столицы?
-- Нет, не слышал. Как-то я
