class="p1">Нет, я встречу свое счастье на зимнем балу. Это не подлежит даже сомнению.
От одной только подобной мысли на лице тут же появилась улыбка и я решительно толкнула дверь в нашу общую комнату.
На меня тут же уставились теплые глаза орехового цвета.
— Ну и где это тебя носило, пока все обсуждали прибытие красавчика генерала в академию? — насмешливо поинтересовалась подруга, а в глазах ее плясали чертенята.
Очень хотелось сказать что-то гадкое и про генерала и про его прибытие в академию, но я пересилила себя и сдержалась. Мне совсем не хотелось, чтобы подруга подумала что-то лишнее или вообще решила, что он мне нравится.
— Я была в библиотеке, — ответила я и подошла к столу для того, чтобы посмотреть те книги, которые Вадир прислал в мою комнату. Все это время Альба внимательно следила за каждым моим движением.
— Аврора, — буквально прорычала она, — давай уже не томи! Рассказывай, что случилось и как тебя наказали! Меня пока тебя не было, тут пытали с особым изощрением!
— В следующий раз очень советую тебе сбежать от всех любопытных в библиотеку! Во-первых, сможешь точно подтянуть все пробелы по предметам, а во-вторых, если кто-то что-то и смыслит в пытках, так это Вадир, именно поэтому никто просто не посмеет докучать тебе в его присутствии!
— Аврора, — угрожающе прошипела подруга и прижала к себе подушку, всем своим видом демонстрируя, что она уже готова слушать мой душераздирающий рассказ.
— Ладно, только давай сейчас чая заварю, — согласилась я. В самом деле, если начинать сплетничать, то делать это со вкусом и расстановкой.
— Давай, мне как раз отец прислал еще своего фирменного печенья, — тут же отозвалась Альба, а я предвкушающе улыбнулась. Альба была дочерью известного столичного кондитера и за его знаменитым миндальным печеньем люди стояли в очередях, еще до того, как кто-то распустил слух о том, что это печенье приносит удачу. После этого его стало вообще не купить. Впрочем, мы его и не покупали, мы его получали бесплатно в комплекте с письмами озадаченного судьбой единственной и ненаглядной дочурки кондитера.
— У вас что-то случилось? — осторожно поинтересовалась я, стоило мне только поставить наш любимый чайник в форме вишни на стол.
— У нас все в порядке! Я тебе стоит прекратить пытаться отвертеться и перевести тему. Я так могу и умереть от любопытства!
Я с укором посмотрела на подругу, потом тяжело вздохнула, придвинула к себе печенье и принялась за рассказ.
Альба была прекрасной слушательницей, в нужных местах она ахала, в других сжимала кулаки, а иногда даже возмущалась. Вот только к моему огромному сожалению закончилось все это вполне предсказуемо. Точнее, именно так, как я и боялась.
— А ты уверена, что генерал не тот самый? — Альба сделала неопределенный жест, — ну тот, что тебе предназначен?
А я тут же насупилась, вот только еще мне не хватало, чтобы Альба решила, что между мной и Харальдом дель Мур любовь и прочие глупости. Альба она только на внешний вид маленькая и воздушная, но на самом деле у нее просто железная хватка.
— Точно нет, — я решительно отрицательно завертела головой, — мне он категорически не нравится, буквально до трясучки, о какой такой любви может идти в таком случае речь?
— Ну ты не скажи! — усмехнулась подруга, — недаром ведь говорят, что от ненависти до любви всего один шаг.
— Вообще-то, говорят об обратном, что от любви до ненависти только один шаг. Готова предположить, что движение возможно только в одном направлении. Кроме того, между нами не шаг, а настоящая пропасть, в которой, кстати, водятся снежные барсы!
— Вот, кстати, да! Что ты будешь теперь с этим делать? Это ведь очень сложное задание, — встревоженно всплеснула руками Альба.
Что делать, что делать? Мне очень хотелось ответить грубо подруге, но прекрасно отдавала себе отчет в том, что ее вины в происходящем нет, а значит, и вести себя так по отношению к ней будет как минимум неправильно.
— Буду усердно учиться и приложу все усилия для того, чтобы не подвести, — ответила я.
— Я имела в виду, что может тебе стоит поговорить в профессором Люпеном для того, чтобы ты смогла тогда сдать эту отработку в качестве дипломной работы? — осторожно поинтересовалась подруга, а я только печально вздохнула. Шансов на то, что профессор Люпен согласится на подобное, было очень мало. Точнее, из практически не было. Я была его лучшей ученицей, именно поэтому мне совершенно не давали поблажек. Я грустно вздохнула, вот только Альба восприняла это по-своему.
— Вот только не надо начинать сейчас жаловаться на профессора! Я уже честно устала слушать даже о том, как ужасно он над всеми издевается, — возмущенно заявила мне подруга.
— Я совсем не это имела в виду, тут же пошла я на попятную, просто даже несмотря на то, что снежные барсы неимоверно важны для империи и мне надо будет многое изучить для того, чтобы помочь бедной самке, это все равно наказание от ректора! Я очень сомневаюсь в том, что профессор согласится его зачесть, — выдохнула я. Была еще одна причина, но ее я бы не стала озвучивать вслух, даже если бы мне грозили пытки. Дипломная работа означала, что мне больше нечего будет делать в академии, она закончена. Несмотря на все слухи и обещания о том, что тут каждый сможет найти свою настоящую любовь, академия все же была учебным заведением, а не домом свахи. Именно поэтому я совсем не торопилась с дипломной работой, хотя и прекрасно понимала, что слишком долго откладывать ее не смогу. Всему есть свой предел. Поэтому я и ждала с таким трепетом зимнего бала.
— Да, профессор Люпен мужчина высоких моральных стандартов, — внезапно мечтательно произнесла подруга, а я уставилась на нее во все глаза. Это что еще такое? Она что влюбилась в профессора? Да быть того не может! Он же профессор! Нет, не спорю, как мужчина он весьма привлекателен, но я просто не могла воспринимать серьезно того, кого однажды обслюнявила с головы до ног черная морская каракатица. Бррр! Как вспомню, так вздрогну, но то я, а это Альба, которая его в таком виде совсем не видела. Вот только спрашивать напрямую бесполезно, она точно не признается, поэтому я попробовала альтернативные методы.
— Кстати, ректор мне
