подготовились быстро. Пропилив отверстие в полу, друзья спустились в багажный отсек. Снаружи стояла лютая стужа, и они оделись соответственно: каждый прикрепил к телу мягкие вратарские прокладки, натянул на себя по нескольку футбольных форм и нахлобучил на голову шлем. К поясным ремням приторочили по баллону с кислородом. Салли разыскала в сумочке иголку с нитками и пришила к формам перчатки. Чак наверх надел собственную форму с огромными единицами на спине и на груди. Джерри, хотя в футбол и не играл, был капитаном хоккейной, фехтовальной и шахматной команд, и для него нашлась форма с номером два. Джон даже не был зачислен в колледж, не говоря уж о спортивных секциях, поэтому, посмеиваясь, он подобрал себе форму с номером девяносто девять.
— Нам понадобится оружие, — напомнил Чак, принимая на себя командование небольшим отрядом. — Я прихвачу топор из спасательного набора.
— Тепло — враг титанцев, — заявил Джерри. — Возьму-ка я сварочную горелку.
— Спиртом из аптечки я удалю с автомата всю смазку, и он послужит даже при двухсотградусном морозе, — заключил Джон.
— В таком случае все мы вооружены и готовы к любым неожиданностям, — воскликнул Чак. — Салли, запрешь за нами люк. Откроешь, только когда услышишь три коротких удара.
— Удачи, мальчики.
Салли похлопала каждого по плечу, и парни выскочили наружу.
Учуяв запах теплого кислорода, титанцы с ужасающей яростью ринулись на землян. Американцы стали спина к спине и приняли бой. Чак методично, точно заправский мясник на бойне, поднимал и опускал руку с топором, во все стороны летели щупальца и пучеглазые головы, омерзительная зеленая кровь хлестала ливнем. Не отставал от приятеля и Джерри. Пламя его сварочной горелки разило, подобно мечу победы, прорезая в рядах врагов огромные бреши и оставляя на снегу из замерзших газов обугленные корчащиеся тела. Джон хладнокровно расстреливал титанцев из автомата одиночными выстрелами. Каждая выпущенная им пуля попадала точнехонько между вторым и третьим глазом на безобразной голове и следовала прямиком в мозг. Несмотря на чудовищные потери, враги все прибывали. И умирали. И прибывали новые. Друзья карабкались на росшую перед ними гору из мертвых тел и продолжали битву, пока последнего врага не постигла заслуженная кара.
Друзья огляделись: никакого движения, лишь с опущенного топора капает зеленая кровь да дымится ствол автомата.
— Ребята, мы победили! — воскликнул Чак, спускаясь с сорокафутового холма трупов. — Кто-нибудь ранен?
Джерри в ответ лишь беззаботно рассмеялся, а Джон доложил:
— У меня несколько царапин. Ерунда, до свадьбы заживет.
— Тогда вперед, за кислородом. Пока дрались, я приметил, что большинство титанцев прибывало оттуда. — Чак махнул рукой. — Видите ту гору с белой полосой от вершины к подножию? Ставлю последний доллар, что белая полоса — это замерзший кислород.
Друзья направились к горе, но, прежде чем достигли подножия, разразилась трагедия.
Разреженный титанский воздух пронзил сдавленный крик. Друзья как по команде остановились и повернули головы. Их глазам предстало такое, что долго их потом преследовало по ночам.
Люк самолета распахнут настежь, с крыла на снег прыгают титанцы. В мерзких щупальцах самого здоровенного — Салли Гудфеллау, отчаянно вопящая и брыкающаяся.
Глава 5
Поражение оборачивается победой
Друзья застыли как громом пораженные, но, прежде чем похитители сделали с десяток шагов, бесстрашные американцы кинулись за ними, воинственно размахивая оружием.
— Салли! Сохраняй хладнокровие! — взревел Чак. — Мы идем!
— Вряд ли она слышит, — поделился своей догадкой Джон, жадно глотая между словами воздух ртом. — На ней нет кислородной маски, очень скоро она потеряет сознание.
Джон оказался прав. Крики Салли постепенно замерли, тело безвольно свесилось с омерзительной спины похитителя. Земляне побежали со всех ног. У каждого титанца на затылке находится по четыре глаза, и похитители, даже не поворачивая голов, сразу же заметили погоню. С полдюжины из них остановились и, подняв цепкие щупальца, заняли оборону. Земляне бесстрашно вступили в бой и через считаные секунды продолжили погоню, оставляя позади на снегу безобразные головы, отсеченные щупальца и обугленные тела. На пути американцев вставали все новые и новые похитители и, столкнувшись с благородной яростью землян, отправлялись к праотцам. Вот очередное чудовище мертво, впереди только один улепетывающий во все лопатки титанец с бесчувственной девушкой на спине.
Однако скончавшиеся в муках соплеменники похитителя сделали свое черное дело — дали вожаку время для бегства, и только преследователи приблизились к нему, как он нырнул в ров. Земляне без колебаний последовали за ним. То была отчаянная храбрость, храбрость истинных американцев, благодаря которой на новых территориях некогда возникали поселения, а не так давно на Луне появились первые следы подошв человека.
Ров, петляя, углублялся и неожиданно закончился темным отверстием в скале — входом в пещеру. Похититель шмыгнул туда. Земляне последовали за ним. Стены пещеры покрывал тускло светящийся мох, видимо, близкий земному планктону, который вызывает зеленое свечение океанов. Друзья почти настигли похитителя, но в последнее мгновение тот шмыгнул в боковой туннель. Американцы последовали за ним и вновь приблизились на расстояние вытянутой руки, но коварный титанец свернул в очередное ответвление пещеры. Американцы, презрев опасность, последовали за ним, но опять он в последний миг повернул. Так повторялось раз за разом, казалось, чудовище забавляется, заманивая их все дальше и дальше в неизвестность. В очередной раз земляне едва не настигли мерзавца, но он вновь свернул. Последовав за ним, друзья оказались в огромном гроте. Титанец улепетывал по скользкому полу. Земляне следовали за ним по пятам и неминуемо схватили бы его и расквитались бы за все злодеяния, но тут грот залил поток ослепительного света. Земляне инстинктивно зажмурили глаза, а открыв их, увидели зрелище, от которого кровь стыла в жилах.
Огромный грот от пола до теряющегося в дымке потолка был покрыт светящимся мхом. По стенам проходили уступы, на них стояли титанцы с кнутами и бичевали несчастные растения. От столь изощренной жестокости мох, дрожа в агонии, испускал ослепительный холодный свет. У дальней стены было возвышение, на котором находился грубо высеченный из цельного куска камня трон. На троне восседал титанец, вдвое крупнее и втрое безобразнее любого из прежних, виденных землянами. Голову чудища венчала корона из блестящего желтого металла с крупными, грубо ограненными бриллиантами. Но не размеры чудища и не его отталкивающий вид поразили землян… Десятками безобразных щупалец титанский король держал их любимую девушку, Салли, остальными же сквозь многочисленные прорехи в летнем платьице ласкал ее прекрасное тело. Салли в этих омерзительных объятиях была странно неподвижна, ее бархатистая нежная кожа приобрела цвет слоновой кости, а тело от холода, казалось, стало твердым, как кость.
— Она замерзла,
