В последний раз, вдохнув аромат родного дома, я вышла за дверь…
Прошелестев к окнам на первом этаже, увидела маму, которая тихонечко пройдя в комнату брата, поцеловала его в щеку и вышла, выключая свет в комнатах. У меня что-то сжалось внутри. Я так скучала по этому.
6.
Время было почти два часа ночи, когда я с гулким стуком опустилась на крышу павильона. В тени соседнего дома меня почти не было видно. В окнах Антона не было света, как впрочем, и во всем доме.
Но он был там… И у меня все затрепетала внутри… Я так скучала по нему. Его мирное дыхание я узнаю из миллиона.
Через секунду я тронула холодное стекло кончиками своих пальцев. Он, как обычно спал на своем диване, вытянувшись во весь рост… в нескольких метрах от меня. Покрывало было слегка накинуто на его тело, прикрывая лишь часть ног и бедра. Он лежал на спине, голову немного наклонил в бок… к окну, словно для меня… словно знал, что я приду полюбоваться на него.
Его голая мощная грудь равномерно вздымалась, на широких ключицах поблёскивала серебряная цепочка. В лунном свете он был так прекрасен…
Но мне стало не по себе в одну секунду… Я знала Антона, знала запах его тела, ритм его сердцебиения… И сейчас что-то было не так. Я упустила из виду то, что помимо него сейчас меня окружали сотни запахов других людей и их сердец, звук которых я пыталась не слушать, пыталась не обращать на них внимание. И я всматривалась… я вслушивалась… выделяла для себя лишь его.
Тонкая красивая рука неожиданно легла поверх его талии.
Я в шоке отпрянула от окна… Если бы мое сердце билось, у меня случился бы инфаркт. Мои глаза зажглись ледяным пламенем… я, широко распахнув их, смотрела на свое отражение. Из-за отблеска света отразившегося в стекле мне ничего не стало видно, что спровоцировало гнев, дав волю очередной вспышке шального огня.
Замерев на месте, я уже видела, как буду рвать на куски тело непрошеной гостьи, раскидывая его по всей квартире Антона…
Злость помутила мой разум. Этого не может быть!
Это происходит снова, Антон снова не один! Кто она?! Кто эта девушка?
Чёртовы глаза… я все ещё ничего не могла разобрать за стеклом. Цвета слились у меня перед глазами…
Антон продолжал дышать. Он не знает о моем существовании… Что я хотела от него? Я только призрак из его прошлого…
У меня в голове мелькнул образ любимого, державшего за руку маленького мальчика… О том, что когда-нибудь ему придется завести семью, я думала часто… У него будут дети и жена, которую он полюбит… полюбит так, как когда то любил меня.
Это невыносимо. Я не смогу этого пережить и просто принять. Я не могу сейчас думать об этом, видя перед собой, как она обнимает его.
Вырывая с корнем кустарник и поднимая вверх комья грязи и облака пыли, я неслась в сторону полей за чертой города. Я чувствовала лишь уничтожающее меня изнутри предательство. Оно заполнило меня всю, с ног до головы.
Я резко остановилась, и мой дикий крик отразился от холмов и эхом разлетелся по пустынной округе.
Без сил я падаю на колени, вцепившись ногтями в сухую холодную землю. Я не дышу, но я задыхаюсь… Я не плачу, но горесть так больно выжигает мои глаза, что я сильно зажмуриваю их.
Синий свет заполнил все пространство, и я вскочила на ноги. Меня уже тошнит от синего. Хочется обливаться горячей, красной кровью мерзкой сучки. Мои зубы не могут сомкнуться, клыки то и дело царапают мой язык и губы. Я так хочу вернуться… Это невменяемое чувство манит меня… Но я не могла так поступить с Антоном! Он не переживет этого никогда!
Тогда я решаю подкараулить ее, проследить за ней и потом просто убить! Эта мысль уже не оставляет меня… лихорадочно буравит мой мозг. Девушка исчезнет, и он никогда не узнает, что с ней стало. И Антон снова, как прежде, будет спать один на своем диване, а я буду любоваться им…
Выскочив на дорогу, я метнулась в сторону города, обратно к его дому. У меня было выключено сознание, я хотела лишь одного… глаза сияли как две кометы, но мне было наплевать!
Мне понадобилась всего несколько секунд, чтобы преодолеть нужную дистанцию. Свет уличных фонарей и вывесок магазинов окружил меня, слившись в размытую карусель цветных полос. Дом Антона был совсем рядом… оставалось, каких-то пара кварталов и одно шоссе…
Я не заметила эту машину! Тойота материализовалась уже у самого моего носа и я совершенно не успела среагировать.
Удар был таким сильным, что я отлетела на добрые полсотни метров в сторону пешеходной части и глухо вписалась в кирпичную кладку местного банка, недавно отделанного блестящими декоративными панелями, которые сейчас с треском разлетелись в стороны, выгибая под собой алюминиевый каркас.
Машина же, подлетев на, метра два вверх, с грохотом и противным звуком рвущегося металла, повалилась на бок посреди проезжей части. Скрип, скрежет и звук захлебывающегося двигателя качающейся из стороны в стороны машины эхом отразился от стен девятиэтажек. Её колеса всё ещё крутились, шаркая и задевая асфальт. Ото всюду, из дворов взвыли сигнализации автомобилей.
Я подняла голову. Мое тело с легкостью реагировало на мои команды. Все было цело и невредимо. В отличие от вмятины в стене банка, из которой, шипя на тротуар, осыпался дробленый кирпич и машины, конечно же…
Встав на ноги, я огляделась. Никого. Люди, проснувшиеся и выглядывающие сейчас в свои окна, скорее всего уже вызвали полицию. Нужно было уходить. Меня это все здорово отрезвило. Мысли об убийстве внезапно оставили меня.
Я оглядела себя… джинсы порваны на одном бедре, куртка висела клочьями, один рукав был оторван напрочь. Стянув с себя её, вернее то, что от нее осталось, я поправила на себе уцелевшую толстовку.
Вдруг, среди какофонии воя автомобилей возник новый звук… я подняла голову и, оцепенев, прислушалась. Этот звук издавала не машина и не что-то в округе. Похоже на…
Хрип? Там был человек!
Ну, конечно же, там был человек, идиотка, не ехала же машина сама по себе!
Забыв о зрителях, забыв о своем недавнем раздражении по поводу моей очередной классной куртки, я, как можно “человечнее” но быстро, достигла автомобиля и припала на асфальт, заглянув в зияющую дыру с кусками обвисшего лобового стекла.
Парень был весь в крови… Он был один и весь в крови, весь!
Я задержала дыхание. Его лицо, почти не различимое, состояло из месива стекла и плоти. Я отшатнулась в ужасе… Он пытался дышать, из его рта булькающим свистом вырывался воздух. Но это не было нормальным дыханием, скорее неглубокое и учащённое… такое, какое бывает у пробежавшихся собак.
