– Падай ниц перед Темучином, – приказал один из воинов и толстым концом копья ударил Язона в живот.
Вероятно, следовало упасть, но Язон согнувшись от боли, поднял голову и не отрывал взгляд от вождя.
– Откуда ты? – Спросил Темучин; он так привык командовать, что это ясно слышалось в его голосе, и Язон немедленно ответил:
– Издалека. Из места, о котором ты не знаешь.
– Другой мир?
– Да. Ты знаешь о других мирах?
– Только из песен жонглеров. До посадки первого корабля я не верил в правду их песен. Теперь верю.
Он щелкнул пальцами и один из солдат подал ему почерневшее и искореженное безоткатное ружье.
– Можешь сделать, чтобы оно снова стреляло? – Спросил он.
– Нет.
Очевидно это оружие первой экспедиции.
– А это? – Темучин протягивал Язону его собственный пистолет со свисающими кабелями, которыми тот соединялся с кобурой.
– Не знаю, – как можно спокойнее ответил Язон. Только бы получить его в руки. – Мне нужно осмотреть его получше.
– Сожгите его, – сказал Темучин, отбрасывая пистолет в сторону. – Их оружие нужно уничтожать в огне. Теперь скажи мне, человек из другого мира, зачем ты пришел сюда? – Он был бы хорошим игроком в покер, – подумал Язон. – Я не могу узнать его карты, а он все узнает о моих. Что же мне сказать? А почему бы и не правду?
– Наши люди хотят добывать металл из земли, – громко сказал Язон. – Мы никому не причиним вреда, мы даже заплатим…
– Нет.
Это было концом разговора. Темучин отвернулся.
– Подожди, ведь ты ничего не услышал.
– Довольно, – ответил тот, останавливаясь на минуту и бросая слова через плечо. – Вы будете копать землю и строить здания. Те превратятся в город, появятся заборы. Равнины всегда открыты. – И добавил тем же ровным голосом. – Убейте его!
Когда свита Темучина двинулась, мимо клетки прошел знаменосец. Шест его был увенчан человеческим черепом, и Язон увидел, что знамя состояло из множества больших пальцев людей, сшитых кожаными шнурками. Язон отвернулся, но в этот момент заскрипели шарниры открываемой дверцы, и Язон приготовился к схватке.
Он прыгнул навстречу солдатам, ударил одного в лицо и попытался проскользнуть между остальными. Попытка его была неудачной, но он сделал все, что мог. Его бросили на землю, один сидел на нем, а остальные связывали его. Он ругал их на шести различных языках, но слова производили так же мало впечатления на угрюмых, лишенных выражения солдат, как и его удары.
– Долго ли ты путешествовал, чтобы добраться до нашей планеты? – Спросил кто-то Язона.
– Дьявол! – Пробормотал Язон, сплевывая кровь и обломки зубов.
– На что похож твой дом? Он больше нашего? Теплее или холоднее?
Язон, которого тащили вниз головой, повернул голову, чтобы увидеть спрашивающего. Он увидел седовласого человека в рваной одежде, выкрашенной попеременно в желтый и зеленый цвета. Высокий юноша с сонными глазами, одетый в такой же шутовской наряд из кожи, но с меньшим количеством грима на лице, шел следом за ним.
– Ты знаешь так много, – упрашивал старик, – ты должен рассказать мне что-либо.
Солдаты оттолкнули этих двоих, прежде чем Язон решил, что же ему сказать. Его держало множество людей, и он был совершенно беспомощен. Они привязали его к столбу, крепко вкопанному в землю. Металлоодежда и застежки сопротивлялись, пока один из них не извлек кинжал и не начал пилить ткань, не обращая внимания на то, что одновременно резал и кожу Язона. Когда одежда была разорвана, Язон истекал кровью от множества порезов, у него кружилась голова и он едва не терял сознание. Кожаной веревкой ему связали руки, после чего солдаты отошли. Хотя был приблизительно полдень, температура была не намного выше нуля. Холодный воздух, бивший по обнаженному телу, быстро привел его в себя.
Дальнейшее было очевидным. Веревка, связывающая его руки, была около трех метров длиной, ее конец был прикреплен к верхушке столба. Он оказался один в центре пустого пространства, а со всех сторон были видны всадники, седлавшие своих горбатых скакунов. Первый из них издал пронзительный воинственный крик и поскакал к Язону с опущенным копьем. Животное неслось с устрашающей скоростью, глубоко вонзая когти в землю и летя, как спущенная с тетивы стрела.
Язон сделал единственное возможное; он отпрыгнул в сторону таким образом, чтобы столб находился между ним и нападающим… Воин протянул вперед копье, но тут же отдернул его, ибо на пути копья встал столб – он проскочил мимо.
В следующий момент только интуиция спасла Язона: топот второго животного заглушался топотом первого. Язон схватился за столб и отскочил в сторону. Копье звякнуло о металл, и второй нападающий пролетел мимо. Первый уже поворачивал назад, а Язон увидел готового к атаке следующего всадника. У этой игры мог быть только один конец: цель не может бесконечно уклоняться от копья.
– Пора изменить соотношение сил, – проговорил Язон, наклоняясь и запуская за руку голенище правого сапога. Его боевой нож был все еще там. Когда проскакал третий воин, Язон подбросил нож в воздух и схватил его рукоять в зубы. Затем провел острием по веревке, связывающей его руки. Освободив их, Язон увернулся от копья и сам напал.
Он прыгнул, держа нож в левой руке, а правой стараясь ухватить всадника за ногу и намереваясь стащить. Но животное двигалось слишком быстро, и он ударился о его бок за седлом, вцепившись пальцами в густой мех.
Все дальнейшее произошло очень быстро. Когда всадник обернулся, пытаясь ударить и столкнуть вниз нападавшего, Язон по самую рукоять погрузил кинжал в крестец животного.
Длинные иглы, которые эти варвары использовали вместо обычных колесиков в шпорах, свидетельствовали, что животные обладали не особо чувствительной нервной системой. Но однако это было справедливо лишь для толстой шкуры, прикрывавшей ребра, но место вблизи хвоста, куда всадил свой кинжал Язон, по-видимому было очень чувствительным. Длительная судорога потрясла животное, и оно устремилось вперед еще быстрее.
Потеряв равновесие, всадник вылетел из седла и исчез. Язон, вцепившись одной рукой в мех, а другой держа рукоять кинжала, старался удержаться при первом скачке, потом при втором. Он смутно видел расступающихся людей и животных, но все его внимание было сосредоточено на том, чтобы не сорваться. Это оказалось невозможным, и при третьем скачке он сорвался и полетел вперед. Летя в воздухе, Язон увидел, что он приземляется между двумя куполообразными зданиями. Это было гораздо лучше, чем удариться об одно из них, поэтому он относительно благополучно опустился на ноги и побежал, постепенно уменьшая скорость.
Куполообразные сооружения – несомненно, жилище особого типа – были расположены в линию, между ними были проходы различной ширины. Язон оказался в широком проходе, и так как он живо представил себе вонзающиеся ему в спину копья и стрелы, то свернул в первый же переулок и побежал. Разъяренные крики свидетельствовали о том, что преследователи не сомневаются, что им удастся его поймать. Тем не менее, пока преследователи были далеко, но это преимущество сохранится недолго.
