Зазвонил сотовый телефон. Сара решила было не отвечать, но подумала, что это может быть Фил, и взглянула на определитель номера. Она не ошиблась - звонил Фил. Сара боялась, что если он скажет что-нибудь невпопад, это ее расстроит, так что приходилось рассчитывать на удачу. Сегодня она нуждалась в человеческом участии, чтобы компенсировать уход Стенли из ее жизни. Убавив звук телевизора, Сара взяла сотовый и приложила к уху.
- Привет, - поздоровалась она.
- Что случилось? Я не ответил на звонок, но увидел, что звонила ты. Я сейчас выхожу из спортзала. - Фил был одним из тех людей, которые считают, что им необходимо каждый вечер в течение двух или трех часов позаниматься в спортзале, чтобы снять напряжение.
Саре всегда очень нравился его сексуальный голос. Сегодня он звучал особенно привлекательно. Саре сейчас не хватало Фила, она бы очень хотела, чтобы он пришел. Но в соответствии с долгосрочным соглашением между ними, преимущественно молчаливым и лишь изредка обретающим словесное выражение, они встречались только по уик-эндам - либо у него, либо у нее, в зависимости от того, чье жилье оказывалось в большем беспорядке. Обычно в большем беспорядке оказывалось его жилье. Поэтому они встречались у Сары.
- У меня был ужасный день, - сказала Сара, стараясь сдержать эмоции. - Умер мой любимый клиент.
- Тот старикан, которому около двух сотен лет? - спросил Фил.
- Ему было девяносто девять. Да, это он. - За четыре года они привыкли разговаривать друг с другом со стенографической краткостью. В этом было маловато романтики, как и в их отношениях, но Сару и Фила это устраивало. Их связь отнюдь не была идеальной, но она была привычной и необременительной. - Мне действительно очень грустно. Я уже много лет ни из-за чего так не переживала.
- Я всегда говорил, что ты принимаешь дела своих клиентов слишком близко к сердцу. Так не следует делать. Они не наши друзья. Ты понимаешь, что я имею в виду?
- Понимаю, но в данном случае я к нему была очень привязана. У него ведь никого не осталось, кроме меня и нескольких родственников, которых он никогда не видел. У него не было детей. И он был действительно хорошим человеком, - сказала Сара тихим, печальным голосом.
- Да, я очень сожалею, но согласись, девяносто девять лет - это глубокая старость. Не может быть, что тебя удивила его смерть. - Теперь Сара слышала, что Фил разговаривает с ней из машины по дороге домой. Он жил в шести кварталах от нее, что было достаточно удобно, особенно если они в середине уик-энда перемещались из ее квартиры к нему.
- Я не удивлена, мне просто грустно. Понимаю, что звучит глупо, но это так. Мне вспоминается то время, когда умер отец. - Саре было трудно признаться в этом, но по прошествии четырех лет у них с Филом не было секретов друг от друга, и она могла сказать ему все, что хотелось сказать. Иногда он понимал ее, иногда - нет. Сегодня, например, он явно ее не понял.
- Не допускай таких мыслей, малышка. Этот старик не был твоим отцом. Он был клиентом. У меня тоже был ужасный день. Я снимал показания под присягой, и мой клиент оказался полным дерьмом. Во время снятия показаний мне хотелось придушить этого сукина сына собственными руками. Я надеялся, что это сделает вместо меня адвокат истца, но он этого не сделал. А мне так бы этого хотелось. Нам ни за что не выиграть это дело. - Фил терпеть не мог проигрывать дела, как не любил проигрывать в спортивных играх. Поражение портило ему настроение.
Летом по понедельникам он играл вечером в футбол. Зимой - в регби или в хоккей на льду. Однажды во время игры он потерял передние зубы, после чего заменил их великолепными вставными. Фил был очень красив. В свои сорок два года он все еще выглядел тридцатилетним и находился в превосходной форме. Его внешность потрясла Сару, когда они встретились впервые, и не оставляла ее равнодушной до сих пор, хотя ей не хотелось признаваться в этом. Они испытывали сильное влечение друг к другу, которое не поддавалось никакому разумному объяснению. Фил был самым сексуальным мужчиной из всех, кого она знала. Этого, конечно, было недостаточно, чтобы оправдать четыре года существования отношений между ними, пусть даже их встречи ограничивались уик-эндами, однако это тоже играло немалую роль. Иногда Фил выводил ее из себя негибкостью своих суждений и нередко разочаровывал. Он не был ни слишком чутким, ни слишком внимательным, но неизменно возбуждал ее.
- Сожалею, что у тебя выдался такой неудачный день, - сказала Сара, чувствуя, что ее тяжелый день не шел ни в какое сравнение с его тяжелым днем, хотя следовало признать, что снятие показаний могло вымотать человека, как и отвратительные клиенты, особенно в той специфической области, в которой специализировался Фил. Разбирательство трудовых конфликтов требовало невероятного эмоционального напряжения. Через его руки прошло множество дел о дискриминации и сексуальных домогательствах, где Фил преимущественно защищал интересы мужчин. У него быстрее устанавливалось взаимопонимание с клиентами мужского пола - возможно, потому, что Фил был грубоватым спортивным парнем. - Ты не хочешь заглянуть ко мне по пути домой? Мне бы очень хотелось, чтобы ты меня обнял. - Это была просьба, а Сара почти никогда ни о чем не просила его, разве что в случае крайней нужды. Как сегодня.
Возможно, Фил был прав в том, что профессионалам не следует быть сильно эмоциональными с клиентами. Сам он никогда не вкладывал эмоций в отношения с людьми, делая исключение отчасти только для Сары и для своих троих детей. Все его дети были в подростковом возрасте, и он состоял в разводе уже двенадцать лет. Он яростно ненавидел свою бывшую жену. Она, бросив его, ушла к другому человеку, который, как оказалось, был ведущим защитником команды «Золотоискателей», и это в то время чуть не свело Фила с ума. Он проиграл еще более крутому спортсмену, что было для Фила уж совершенно невыносимым оскорблением.
- Я бы с удовольствием, малышка, - сказал Фил в ответ на просьбу Сары. - Правда. Но я абсолютно измочален. Я только что в течение двух часов играл в сквош. - Сара поняла, что Фил скорее всего выиграл, иначе был бы расстроен, а так он, напротив, был доволен, в голосе чувствовалась усталость. - Утром я должен в восемь часов быть в офисе, чтобы приготовиться к очередному снятию показаний. Всю следующую неделю я буду допрашивать свидетелей. Если я зайду, то задержусь и поздно лягу спать. А мне нужно выспаться, иначе я не смогу как следует сосредоточиться.
- Ты мог бы выспаться здесь. Извини, что навязываюсь. Просто мне хотелось увидеть тебя… - Сара ненавидела себя за то, что взялась умолять его, но ей было невыносимо одиноко. Фил терпеть не мог этого. Он говорил, что его бывшая жена была мастерицей хныкать и упрашивать, а он высмеивал ее за это. Когда его упрашивала Сара, ему это тоже не нравилось. Он считал, что требовательные женщины - это обуза, и ему нравилось, что Сара не такая. Но сегодняшняя просьба была для Сары нетипичной. Она знала правила, на которых основывались их отношения: не просить, не хныкать, не скулить. Приятно проводить время, встречаясь. Чаще всего они так и поступали. Несмотря на жесткие временные рамки, эта схема устраивала их обоих в течение четырех лет.
