— Да, в Эдинторпе.
— Никогда не слышала о таком месте. Это где? Здесь, во Фриско?
— В Лондоне, — покраснев, сообщила Гонора. — На самом деле это школа, мисс.
— Меня зовут Ви Кнодлер, — холодно ответила официантка.
— А я Гонора Силвандер, мисс Кнодлер. Не могли бы вы рассказать, что будет входить в мои обязанности?
— Ничего.
— Вы хотите сказать, что место уже занято? — спросила Гонора.
— Ох уж эти дети! Все вы одинаковые независимо от страны. Всем вам кажется, что обслуживать столики очень простая работа.
Неожиданная вспышка гнева Ви продемонстрировала Гоноре, что она совсем не имеет опыта общения с людьми. Она напоминала человека, бросившегося в море, не научившись плавать.
— Я понимаю вас, мисс Кнодлер, — сказала Гонора и поспешно добавила: — Я бы очень старалась.
— Здесь нужно больше, чем старание. Кафе «Строудс» находится в деловой части города. К нам ходят на ленч все бизнесмены. И я зарабатываю больше, чем многие брокеры, которых я обслуживаю. Чаевые, Гонора, большие чаевые. И знаешь, почему? Потому что девушки, работающие здесь, мастера своего дела. Возьмем, к примеру, меня. Я начинаю улыбаться клиенту, когда он еще только подходит к столику. Беру у него заказ, отношу его на кухню и, когда он готов, не теряя ни минуты, ставлю перед клиентом. Он не успевает остыть. Я никогда не проливаю ни капли кофе. Я отношусь к клиенту так, будто передо мной сам президент Трумэн. Я всех знаю в лицо, помню их имена. Ничто не заставляет их так быстро раскошеливаться, как слова: «Здравствуйте, мистер Джеркфейс! Как идут ваши дела?» Смена начинается в шесть, чтобы бизнесмены успели позавтракать, прежде чем идти на биржу, которая начинает работать в семь. Во время ленча здесь настоящее столпотворение. Только успевай поворачиваться.
— Я уверена, что всему научусь, — глотая слезы, прошептала Гонора.
— Наше кафе не школа. — Ви откинулась в кресле, изучая Гонору. — Послушай, мне надо разложить меню по папкам, — голос ее звучал добрее, — почему бы тебе не помочь мне? Получишь что-нибудь для дома.
Такая неожиданная доброта еще больше смутила Гонору. Слезы навернулись ей на глаза.
— Нет… спасибо… вы так добры…
Девушка бросилась к двери и выскочила на улицу.
Работа официантки в кафе «Строудс», которая несколько минут назад казалась ей позорной, сейчас была такой желанной и такой недосягаемой.
Гонора шла по улице, ничего не видя перед собой. Туман рассеялся, но ей хотелось, чтобы он снова окутал землю, стал еще гуще. Ей хотелось стать невидимой, хотелось провалиться сквозь землю. Незаметно она подошла к зданию порта, над которым возвышалась башня с большими квадратными часами, похожими, по рассказам отца, на часы в Севилье.
Гонора вдруг вспомнила, как отец говорил им, что порт и его окрестности не место для девушек из хорошей семьи. Занятая своими мыслями, Гонора забыла об этих словах.
Из ближайшего бара вышел невысокий худощавый мужчина. На нем был черный свитер и надетый набекрень вязаный берет. Покачиваясь, он с ухмылкой посмотрел на нее.
— Эй, беби, какая на тебе красивая шляпка… это мой любимый цвет.
«Что же мне делать? Какие шаги предпринять?» — думала Гонора, рассеянно глядя на мужчину.
Приняв молчание Гоноры за согласие, он дотронулся до ее руки. От мужчины остро пахло потом и пивом, на губе сидела большая бородавка. Гонора застыла на месте.
— Идем со мной выпьем, беби.
Его пальцы, как отвратительное насекомое, поползли по руке и осторожно коснулись ее груди. Это прикосновение было полно вожделения и совсем не походило на осторожные прикосновения знакомых ей мальчиков.
— Давай познакомимся поближе, а?
Гонору передернуло от отвращения. Глядя на этого маленького, но жилистого моряка, она вдруг вспомнила фотографию, которую в военные годы принесла в школу одна из старших девочек. На ней был изображен голый мужчина с большим торчащим пенисом, а под ним голая женщина с испуганными глазами.
Вырвавшись из цепких пальцев моряка, Гонора, не оглядываясь, побежала обратно в кафе «Строудс».
Ви раскладывала по столикам меню.
— За тобой кто-нибудь гонится? — спросила она.
Гонора тяжело дышала.
— Мисс Кнодлер…
— Ви.
— Ви, послушай, мне просто необходима эта работа. Дай мне хотя бы попробовать. Если у меня ничего не получится, вы можете не платить мне. Я согласна на любые условия.
— Что мне нравится в англичанах, так это ваше упорство. Наверное, поэтому Англия будет существовать всегда. — Глаза Ви заблестели. — Откровенно говоря, хорошо, что ты вернулась. Керри заболела и отпросилась с работы. Тебе просто повезло.
— Значит, я могу получить работу?
— Только до конца рабочего дня. Как испытание…
— Не могу выразить, как я… благодарна тебе…
— Обойдемся без благодарности. Иди к Джону[2] и переоденься.
— Джон? Кто это?
Ви рассмеялась.
— Прежде всего, детка, тебе нужно выучить английский язык.
Чужая униформа пропиталась запахом дешевой парфюмерии и едкого пота. Гонору передернуло от отвращения, но, вспомнив лицо маленького моряка, она пересилила себя и быстро натянула платье. Оно было велико ей. Затянув потуже вискозный фартук в оборочках, Гонора посмотрела на себя в покосившееся зеркало. Платье был сшито на полногрудую женщину, и маленькая грудь Гоноры утонула в нем, однако углы жестко отстроченных вытачек торчали в разные стороны, напоминая огромные соски. Юбка была почти вровень с краем чулок. Гонора быстро отвела глаза от зеркала.
Вошла Ви.
— Прекрасно сидит, — заметила она.
— Слишком короткое.
— Как раз то, что надо, — усмехнулась Ви.
Клиентами кафе «Строудс» были преимущественно мужчины в темных деловых костюмах. Встреть они Гонору в другой обстановке, они относились бы к ней как к леди. Униформа делала ее существом другого рода, и соответственно отношение было совсем другим.
Первые два клиента сели за ее столик одновременно. Добродушного вида старичок поинтересовался качеством рагу из барашка. Его рука скользнула по ее ягодицам, в то время как мизинец забрался под юбку и щекотал полоску голого тела между чулком и подвязкой. Гонора резко отодвинулась, и это было ее тактической ошибкой. Потеряв к ней интерес, старичок, раскуривая сигару, процедил сквозь зубы:
— Зри салат з мае… без… укс… зтейк… без… перц. Поняла? Все яз… но?
Гонора сунула свои заказы во вращающийся барабан, но жаргонные словечки, которыми официантки обменивались с работниками кухни, отдавая заказ, вылетели у нее из головы. Между столиками быстро сновали официантки с неимоверным количеством тарелок на подносах, горячие блюда прикрывали теплые салфетки. Гонора тоже попыталась нести несколько тарелок, но они скользили по подносу, горячие супы выплескивались, руки болели.
