Читаем без скачивания Их сын, не их сын... - Лицо в ночи

— Правила школы ведь запрещают это, первокурсникам даже метлы нельзя иметь. — Воскликнула Лили.

— Именно, а для него сделали исключение, он тогда стал самым молодым ловцом за сотню лет. Он мне тогда это сказал, вернее уронил, так, как нечто совершенно незначительное, его на ту беседу вообще подбил мой подарок на день рожденья, это была совершенно новая метла, «Молния», по–прежнему лучшая в мире. А потом, уж не помню когда, он, с некой болезненной иронией, вспоминал самого себя, который дрожал перед каждым матчем, и злился на свою лучшую, тогда, подругу, за то, что она не понимает «насколько это важно — квиддич».

— Вылитый я! Я, помню, очень долго дулся на Римуса, который никак не мог понять, почему все готовы перед матчем драться с факультетом — соперником… Римус…

— Ты ведь говорил, что он погиб… Как?

— Точно не известно, Крауч, дабы уменьшить число своих врагов, сильно смягчил законы об оборотнях, попутно он выставил кое–кого из министерства, в частности Амбридж, чем вызвал восторг у Гарри… Но это так, к слову. В общем, Римус, по заданию Ордена, отправился в подполье, выяснить царящие там настроения, он добился немалых успехов, но и вызвал гнев кое–кого… — Сириус запнулся, горечь от потери друга, который вот так погиб, все еще давала о себе знать. И даже то возмездие, которому Гарри подверг убийцу, не смогло ее полностью заглушить…

— Сивый. — Скорее утвердительно, нежели вопросительно, сказал Джеймс.

— Предполагается, хотя это и не доказано, да теперь и не удастся это доказать.

— В каком смысле, если его поймают… Почему ты так смотришь, его уже схватили? Нет, тогда бы все было точно известно… Он мертв, министерство бы изо всех сил стремилось взять его живьем… неужели Гарри?

— В некотором роде, мы это сделали вдвоем. Гарри не сомневался в личности убийцы, и у него, как я понял, были еще какие–то свои счеты с этим маньяком. В общем, он выследил Фенрира за несколько дней до Рождества, но вот схватить ему его в одиночку не удалось. К счастью, он помчался его ловить на глазах у Дженифер, он сам потом удивлялся, что толкнуло его ринуться туда очертя голову. Короче, я поспел как раз вовремя, чтобы помочь ему одолеть этого гада, тот, похоже, искал способы попасть в замок… Как показали последующие события, такие способы существовали, а на следующий день было бы полнолуние, в общем, мы тогда, наверное, предотвратили нечто ужасное. Сивого мы приволокли сюда, я, было, хотел немедленно убить его, но Гарри заявил, что это его не удовлетворит… Сивый прожил еще один день, но умирал… право, Гарри заставил заплатить его за все, что он совершил и за то, что мог бы совершить, если бы Гарри не изменил ход событий…

— Гарри несколько раз повторял слова, которые в его прошлом сказал моему отцу Дамблдор, что он не получит удовольствие попросту отняв у него жизнь… — Это сказала, незаметно подошедшая к разговаривающим, Дженифер. — А однажды он мне сказал, что для тех, чьи злодеяния он видел, просто смерть — это недостаточно… Он тогда сказал… Подождите… Да, что он имеет право убивать убийц, пытать палачей и предавать предателей, не знаю почему, но мне кажется, что это ему сказал посланник этих самых сил… Он сказал, что если сумеет, то заставит тех, кто этого заслуживает проклясть собственных матерей за то, что они вообще познакомились с их отцами… Вот тогда, он действительно внушал страх.

— Это характерно для Гарри, он может быть весел, добродушен, иногда. Большую часть времени он серьезен и собран, скрытен, но, тем не менее, вполне приветлив… Но бывает, что он просто ужасает, это случается нечасто, в особых ситуациях, и тогда он безжалостен, тогда, когда он казнил, иначе не скажешь, Сивого, он был самим возмездием, холодным и неумолимым… Не знаю, возможно, это плата, за его относительную мягкость все остальное время. Я пережил гораздо меньше, чем он, я достаточно быстро сумел втянуться в нормальную жизнь, но, даже сейчас, я так и не сумел полностью переварить свое заключение. Для Гарри это, должно быть, еще сложнее, и он дает выход всему, что скопилось внутри, когда оказывается лицом к лицу с теми, кого считает врагами. Ладно, хватит об этом, да и не с того мы начали разговор.

— Верно, Сириус, начали мы говорить о том, чего Гарри совершил так сказать, «нормального» и о квиддиче. — Подхватила инициативу Лили.

— А, ну тогда, безо всякого сомнения, необходимо упомянуть о Балах, на которых он присутствовал. — Заявила Дженифер.

— Это–то да, но Сириус нам уже рассказал, как он его учил танцевать… — Джеймс сокрушенно покачал головой. — Не идет разговор на, так сказать, нейтральные темы. Да чем он там вообще может заниматься, целые сутки, не спит же он там, в самом деле!

— Полагаю, он создает Философский Камень. Что–то он там говорил, про то, что похитил не сам камень, а некий образец, зародыш, из которого этот камень будет нетрудно сделать.

— Но… Я, конечно, могу его понять, но ведь, если эти Высшие Силы настолько могучи, что могут перенести человека, даже не самого человека, а его разум в прошлое, то неужели он считает, что сумеет их одолеть? — Джеймс, опустился в кресло.

— Ну, во–первых, неизвестно, желают ли эти силы видеть вас мертвыми, может они могли лишь вдохнуть в вас жизнь на время, а теперь можно попытаться продолжить их дело. Мы ведь ничего о них не знаем, на то они, в конце концов, и Высшие Силы, Гарри хочет попытаться. — Дженифер ни на кого не смотрела, никто не видел ее лица, но ее голос звучал уверенно. — Он прожил эти последние годы, стремясь к тому, что многие считают невозможным, и он добился успеха практически во всех своих начинаниях.

— Именно! — В дверь, как ни в чем не бывало, вошел Гарри, которого они не видели уже почти сутки, на вид он был совершенно бодр, а в руках держал два маленьких бокала, в сущности рюмки. — Мне удалось победить «непобедимого Лорда Судеб Волдеморта», так почему бы не попытаться побороться с предначертанием Высших Сил. Они дали мне карт–бланш, сказали, что верят в меня, и я могу использовать все свои возможности так, как мне это нравится. Не исключено, что они прекрасно знали, в каком направлении я буду двигаться, а раз так, то они прекрасно понимали, что я не дам вновь отобрать у меня родителей без борьбы… Хоть, это и не просто свыкнуться с ними, да и вообще общаться. — Добавил он шепотом так, чтобы никто его не расслышал.

Гарри поставил обе рюмки на столик, что бы в них не содержалось, от напитка исходил приятный, бодрящий и, в то же время, завораживающий аромат.

— Итак, вот результаты моих трудов. Две небольшие порции Эликсира Жизни.

— Так действительно создал Философский Камень? — Поразился Джеймс Поттер. — За сутки?

— Даже меньше. У меня был образец, что, в сущности, этот Камень? Это некое скопление преобразующих и животворящих сил, это не материальный объект, в полном смысле этого слова, а именно силы, которые, в силу своей… концентрации, стали материальны. Когда, на первом курсе, я его похищал, я ничего не украл, в буквальном смысле этого слова, я просто взял образец тех сил, что были заключены в нем. Таким образом, директор мог своими глазами убедиться, что Камень уничтожен… А мне, исходя из этого образца, было совсем нетрудно воссоздать это творение. Кстати, я так и не знаю, каким образом его создали впервые, я полагаю в последствии побеседовать с Николасом Фламелем на эту тему. Ну да ладно, не в этом дело.

— То есть, вот это вот Эликсир Жизни? — Сириус недоверчиво рассматривал содержимое одной из рюмок.

— Он самый, я уже проверил, насколько это возможно, споил пару капель крысе, так на всякий случай, все в порядке. В общем так, будем говорить прямо, что может, скажем так, ограничивать ваше пребывание среди нас? Например, в вас вложили, вольно или невольно, строго ограниченный запас жизненной силы, в этом случае этот Эликсир, это как раз то, что нужно… Кстати, это фактически единственный способ, который мне приходит в голову, ну не считая… физического устранения. Но, честное слово, я не верю, чтобы они до такого опустились. В общем, — Гарри взмахом палочки сотворил три бокала вина, один для Дженифер, другой для Сириуса, последний оставил себе. — Ваше здоровье!

После этого жизнь вошла в относительно нормальное русло, настолько нормальное, насколько это вообще возможно учитывая обстоятельства. Все последующие три дня все, по мере сил, старались избегать скользких тем, и говорили о другом, благо теперь, после того как прошел первый шок, таких тем нашлось немало. Мистер и миссис Поттер так и не смогли до конца свыкнуться с фактом, что их сын фактически старше их самих и претендует на звание самого могущественного волшебника своего времени, причем скорее темного. Это их поначалу ужасало, но, чем больше времени они проводили с ним, тем лучше понимали его, и им становилось ясно, что, что ни говори, а на роль Темного Лорда их сын не претендует. Они, разумеется, не задавали ему вопросов вроде: «Дорогой, а не собираешься ли ты завоевать весь мир?..». Но по поведению Гарри, по его ответам на всякие наводящие вопросы, просто по тому, что он рассказывал, становилось ясно, что к власти он не особо стремиться. Уже сейчас он достиг огромного влияния, в том числе и на министра и, похоже, не собирался идти дальше. Да и это влияние он использовал главным образом для собственной безопасности и комфорта, этот человек, которому очень долго этого не позволяли, хотел просто жить, жить в свое удовольствие. И за это право он был готов бороться…