друг друга на волнах эфира, встречались вживую, обменивались записями и информацией о группах.
Моя радиостанция постепенно увеличивала часы вещания и вскоре, сначала в школе, а затем и в станице трудно было найти парня или девчонку, которые бы не слушали ежедневно " Радио Вашингтон", как я , после некоторых раздумий окрестил свою радио-точку. К тому времени все звучные имена, типа " Радио Битлз", "Рафаэль" или "Черная пантера" были заняты и надо было придумать что-то такое же яркое и обязательно иностранное. И вот в один из вечеров, привычно накручивая ручку радиоприемника я услышал: " Вы слушаете Голос Америки из Вашингтона. Начинаем программу о новинках рок-музыки". Это была неслыханная удача!
Записывать, конечно ничего не получалось из-за сильных помех, которых хватало на коротких волнах, а глушилки иногда вообще делали прослушивание невозможным. Но здесь была информация! Именно по информативности я стал " бить" своих конкурентов по радио-эфиру. Одних только названий ансамблей я вскоре знал десятки. Сейчас это выглядит смешно, но тогда! Ко мне в школе подходили одноклассники и просто просили написать им несколько названий групп, которыми они потом украшали свои учебники и портфели! Всех переплюнул сын нашего учителя по труду: он упросил меня расписать его новые джинсы названиями рок-групп и щеголял потом в них на всех дискотеках!
Настраиваясь на "Голос Америки", а затем и Би-Би-Си я, ожидая начала музыкальных передач, невольно слушал и новости. А они очень отличались от того, что говорил телевизор и радио Маяк.
В общем, моё "отпадение" от советской идеологии происходило в точности по тому сценарию, которым пугали нас политологи. Влюбившись в рок и не желая слушать ничего, кроме рока, я постепенно заинтересовался западной жизнью в целом. Сводки новостей, которые порой весьма и весьма отличались от тех, что передавало советское радио, подтолкнули меня к тому, чтобы относиться критически ко всему, что нам старались внушить.
Вначале я сомневался в правдивости многих передач западных радиостанций, считая, что они врут, стараясь разрушить " единство страны Советов". Но жизнь стала подбрасывать всё больше фактов подтверждающих, что если и не во всём, то во многом были правы как раз они, а не наши идеологи.
В конце 60-х годов очень обострились отношения СССР с Китаем, бывшим ранее самым верным нашим другом и союзником. Как объясняли нам в газетах и на уроках, Мао Цзэдун изменил делу коммунизма и стал чуть ли не врагом номер один. Вот просто взял и без всякой причины изменил! Но никому из нас и в голову не приходило в этом сомневаться. Все привычно поглощали всё, чем нас пичкали. И вдруг, в один из моих походов в сельскую библиотеку, где я был завсегдатаем и на правах дисциплинированного и аккуратного читателя был допущен в хранилище, куда обычных любителей чтения не допускали, я наткнулся на Большую Советскую Энциклопедию "сталинского разлива". Темно-синие тома с буквами БСЭ, стоявшие на самой нижней полке и покрытые изрядным слоем пыли сразу привлекли моё внимание. Я потянул наугад одну из книг и стал листать. И нужно же было такому случиться, что это был том на букву "М"! Почти сразу же я наткнулся на большой, во всю страницу красочный портрет какого-то китайца. Кто такой? Внизу подпись: Мао Цзэдун.
"Вот это да! - выдохнул я. - Так вот ты какой, цветочек аленький!"
Присел за стол и стал читать статью о нем.
Знакомый возвышенно-революционный стиль: "великий деятель коммунистического движения, верный ленинец, неутомимый продолжатель дела..." и т.д и т.п.
- Вот-те на!- обалдел я. - А как же " ревизионист и предатель дела Ленина"?
- Постой, постой! - пришла в голову мысль. - А может он раньше был "верным" , а потом скурвился?
Я быстренько снял с полки "брежневскую" энциклопедию на ту же букву, нашел статью о Мао и положив оба тома рядом, стал сравнивать написанное.
Моё изумление стало ещё больше! Об одних и тех же событиях, статьях или действиях, автором которых был Мао Цзэдун обе энциклопедии, источники беспристрастного знания, как я всегда считал, сообщали совершенно противоположное. Если "синяя", сталинская с пафосом вешала, что " в 1932 году, опираясь на истинных коммунистов-ленинцев товарищ Мао очистил партию от оппортунистов-предателей", то "красная" брежневская книжка была абсолютно иного мнения и настаивала, что " в 1932 году Мао Цзэдун развернул "охоту на ведьм" и истребил лучших членов партии, верных марксистов-ленинцев" и т.д. Если сталинская энциклопедия восхищалась вкладом председателя Мао в развитие марксистско-ленинской теории, которое он сделал в какой -то очередной своей работе, то брежневская от этой же работы ни оставляла камня на камне, утверждая, что это извращение истинного марксизма.
Что же получается?
Мнение о Мао Цзэдуне и его деятельности изменилось как раз у нас, у наших идеологов. И значит, это мы изменили идеологию, если раньше у нас всё совпадало с мнением Мао, а теперь - нет? Но ведь китайцы в своих радиопередачах как раз и называют советских коммунистов предателями-ревизионистами! Это было сильным потрясением для меня и толчком для поиска других подобных открытий. Я вдруг осознал, что книги могут лгать!
Вера в печатное слово в то время в СССР была незыблемой и повсеместной. Верили любой газете, а уж книге - тем более! А тут я впервые получил доказательство, что самая научная из всех научных книг, которую писали академики и доктора наук и перепроверяли и рецензировали такие же орденоносные светила может беззастенчиво врать!
С того момента моё отношение к книгам вообще и к официальной пропаганде в особенности, резко изменились. Теперь я не заглатывал бездумно всё, что в них сообщалось, а пытался анализировать и искать другие источники для сравнения и перепроверки фактов и выводов. Результат не заставил себя ждать: лжи и фальсификации вокруг было море разливанное. В школе я стал головной болью для учителей, особенно для классного руководителя и исторички. Сколько классных часов превратились из унылой промывки мозгов в яростные дискуссии которые частенько заканчивались практически одним и тем же:" Не то радио слушаете, комсомолец Любимов!", кричала бедная классная дама не в силах опровергнуть мои доводы.
- А что говорит "ваше радио", Анна Дмитриевна?- язвил я. - Что какие-то, никому не известные 100 рабочих какого-то завода в Чехословакии написали письмо Генеральному секретарю коммунистической партии Советского союза товарищу Брежневу, чужой, между прочим страны, с просьбой свергнуть законное правительство своей страны и Советский союз тут же ввел войска, да ещё заставил сделать это же и другие
