— Подожди, — сказал Щипуч, кладя ему руку на плечо, — сейчас Ванька придет…
— Я уж лучше завтра… А то отец рассердится… и вообще… Кролики-то у вас живые? А мои померли. От инфляции — такая болезнь…
— Подожди, дело есть… Говорят тебе — подожди, значит, подожди!
Неизвестно, чем бы все кончилось, если бы в сарайчике не раздался грохот покатившегося ведра, довольное хрюканье поросенка и отчаянные крики Тимошки: «Ой! Ой! Ой!»
Щипучи ринулись туда.
Перепуганные сыщики выскочили на улицу и по пушистой пыли, по мураве и лютикам, распугав кур, прыгая через гусей, пустились наутек.
— Ух!.. — сказал Витамин, добежав до конца Новоместовской улицы. — Бестолковые люди эти Щипучи! Сначала изобьют, а потом разбирайся! Ну их…
Свернув за угол, они столкнулись с Игорьком. Он плелся, еле двигая ногами. На спине у него сидел такой же измученный Герка. Симка брел сзади.
— Вот! — вздохнул Игорек, ссаживая Герку. — Прямо ноги не идут. Хорошо еще, что под конец нам пришла в голову идея: ехать друг на друге по очереди… От столба до столба… А то б не дошли… И где мы только не были…
Оказалось, что подозрительный дядька почти весь день ходил по лесу, осматривая разные деревья, что-то измерял и записывал, а дойдя до лесной сторожки, километров за десять от поселка, скрылся в ней и больше не выходил. Сыщики долго напрасно поджидали его, лежа в кустах, потом пошли назад.
В общем, если не считать отобранного сачка, день был неудачный.
Да еще, когда они пришли к Стасику, оказалось, что шифр он не выдумал, потому что сильно расстроился из-за енота. Родители сказали, что никаких енотов они на чердаке не потерпят: хватит того, что их сын учится на тройки. Стасик заверил их, что если у него будет енот, то уж по одной этой причине он моментально сделается отличником. Но родители проявили поразительную мелочность и злопамятность, припомнив прошлое лето, когда Стасик заводил голубей и также обещал учиться на одни пятерки, а сам вместо этого остался на второй год. И вообще они сказали, что пусть он сначала попробует учиться даже на четверки, а там может заводить себе хоть слона.
Кроме того, Стасик уличил свою сестру в шпионских отношениях с коварным изгнанником Буратино, который, по всему видно, замыслил измену и вредительство: он злобно шнырял по соседней улице и о чем-то разговаривал с Мусей.
После короткого совещания сыщики записали в тетрадке:
«Поиски продолжать, Буратино объявить вне закона и заклеймить путем карикатур на заборе его дома».
Карикатуры вызвался нарисовать Витька Витамин. Найдя кусок мела, он добросовестно увековечил все позорные поступки, которые Буратино совершил и может еще совершить. Карикатур для этого понадобилось так много, что забора не хватило, и часть их пришлось перенести на стену соседнего дома. К несчастью, хозяином его оказался человек на редкость грубый, вспыльчивый и ничуть не способный понимать смешное. Витька Витамин, который никогда любил криков, скандалов и хватания за ухо, вынужден был уйти, даже не успев снабдить свои рисунки соответствующими подписями, как это было у него задумано. Впрочем, любой и так узнал бы Буратино по носу, а Мусю — по косичкам.
Ловцы в ловушке
На другое утро возле моста опять сидели Игорек, Герка и Симка. К ним присоединился Стасик, который так обиделся на своих родителей, что больше уже не мог плодотворно заниматься наукой.
Витамин с Коськой и Котькой устроили засаду возле брода.
С моста речка была видна до самого поворота: старые ветлы, нагнувшиеся к воде, желтые песчаные отмели, обрывистые берега в черных точках норок береговых ласточек. По обрыву ползали маленькие ребятишки, тыча в норы палками.
— Глядите-ка, это они ласточкины гнезда разоряют, — сказал Игорек. — Надо бы их прогнать. Ласточки полезные — мошку ловят, комаров… И вообще речка от них красивее…
— Я прогоню! — охотно вызвался Симка. — Я им задам!
— Ну, беги. Только ты не очень… Растолкуй им по-хорошему…
— Я по-хорошему… — повторил Симка, но зачем-то подобрал с земли хворостину и побежал, рубя ею воздух, как саблей.
Над обрывом он остановился и начал что-то говорить, грозно потрясая хворостиной, случайно глянул в сторону и вдруг помчался обратно, крича и махая рукой.
Ребята бросились к нему навстречу:
— Ты что?
— Там… Витамина поймали!
— Кто?
— Щипучи!.. Повели куда-то… И Коську и Котьку… Как набросятся! А Витамин ему как даст! А их повели… Витамин не идет, а они…
— Айда на выручку!
Щипучи совсем было осилили сыщиков. Они неожиданно набросились на них всем семейством. Даже маленький Тимошка, выпачканный ежевичным соком, был тут и радостно кричал:
— Ага, попались! Ага, попались!
Двое старших Щипучей волокли самого Витамина, он отчаянно отбивался ногами и головой:
— Пусти! Пусти, гад! Послушай сперва, что скажу! Пусти! Пусти, а то хуже будет! Ошибка произошла!.. Ошибка, говорю!.. Подожди, не тащи, рукав оторвешь! Игорек, Герка-а-а! Сюда-а-а!
Выручка подоспела вовремя.
— Эй вы! Чего делаете?
— А вам что?
— Ничего! А ну пусти его!
Щипучи выпустили пленников и сбились в грозную кучку. Теперь разговаривали только Игорек и самый старший Щипуч — Ванька. Остальные презрительно друг друга оглядывали. Разговор велся по правилам, принятым как на Садовой, так и на Новоместовской улице.
— Ты легче, — зловеще сказал Игорек. — Это вам не Новые места!
— А вам не Садовка. Это вы там грозные…
— Ты забыл, как мы тебя весной около кино били? Мало?
— А ты забыл, как удирал со стадиона? Еще хочешь?
Игорек бросил главный козырь:
— Скажу два слова Марату — он приведет со своей улицы пацанов, все ваши Новые места разгонит!
— Боялись мы твоего Марата! — уже тише сказал Ванька. — И против него найдутся…
— У кого? У вас?
— А хоть и у нас!
— Ну кто? Ну кто?
— Кто? Да хоть Цыган!
— Хо! Марат твоему Цыгану знаешь что сделает! Да Цыган за тебя и не заступится!
— А ты откуда знаешь?
— Знаю!
— Ну, увидим!
— Увидим!
Противники помолчали.
— Чего вы их трогаете? — спросил Игорек.
— А вот пусть с нами в одно место сходят, узнают… — ответил Ванька.
— Куда — в одно место?
— А там увидят…
В разговор вмешался Витамин:
— Они подумали, будто это мы рыбу глушим!
— А что, неправда? — повернулся к нему Ванька.
— А то правда?
— Сам вчера хвалился, забыл?
— Это я так. Это я брал вас на фонарь! Если хотите знать, мы сами этих людей ловим. Уже второй день.
— Свистите!
— Свистим? А хочешь — спросим?
— У кого?
— У дяди Коли, вот у кого!
— Так мы вас к нему и вели. Чудаки!
И Щипучи и сыщики понемногу заулыбались. Драке, как видно, не суждено было состояться.
— Он нас просил помочь, — совсем миролюбиво сказал Игорек.
— Нет, это он нас просил! — сказал Тимошка. — А вас не просил, ага!
— Ну, вы поймали? — спросил Ванька.
— Нет. А вы?
— Вот их поймали! — Ванька кивнул на Витамина.
— Ребята, гляньте-ка, кто идет! — воскликнул вдруг Стасик. — Сам Буратинушка!
По берегу, спотыкаясь, шел Буратино. Он нес мешок, а в мешке что-то шевелилось.
Его сразу окружили:
— Здорова, Буратино! Чего несешь?
— Да так… — смутился Буратино. — В общем… енота…
— Енота? Где взял?
— Дядь Коля дал… Так я вам его и несу… А того уже поймали…
— Кто?
— Дядь Коля… ну… в общем… и я… и еще был один дядька. Я не то что… я хотел, чтоб вместе… а вы меня прогнали… насмехались… Вы не думайте, я так и сказал дяде Коле, что мы вместе…
— Знаем! — сказал Витамин. — Ты единоличник известный!.. Небось одному себе захотел енота захапать! Ну-ка, покажи, какой он!
Буратино немного приоткрыл мешок. Ребята по очереди с восхищением туда заглядывали:
— Ух ты-и!..
— Ка-акой!
— Морда умная! Как у собаки!
— Да-а…
Буратино виновато моргал:
— На кой он мне… Я вам его нес… У меня мать даже ежика не велит… Он, говорит, кур ест… и черепаху Стаськину выбросила…
Витамин подобрел и понимающе кивнул:
— Это так. За любой пустяк готовы ругаться до самого вечера. Енота нельзя, раскопки нельзя… Какую-нибудь паршивую козу, от которой никакого толку нет, — это можно, а полезного енота нельзя… По-моему, коза — животное ненужное, даже вредное. Я б этих коз всех перебил: они деревья объедают, корма им не натаскаешься…
— А молоко?
— Без молока можно вполне прожить. Пить ситро, чай… Вот буду совсем большой, заведу себе енотов… сразу десять штук! Пять собак, самых громадных! Дикобраза!..
