— И не стыдно обманывать? — со снисходительной улыбкой поинтересовался он. — Решили спрятаться от меня в аудитории итальянского языка? — Он кивнул в сторону распахнутой двери с табличкой. — Думали, мне вас здесь не отыскать?
— Я и не собиралась от вас прятаться, — спокойно возразила Даниэла. — Просто у меня здесь были занятия…
— Которые, как я понимаю, уже закончились? — поинтересовался он, заглядывая в аудиторию.
И не дождавшись ее ответа, продолжил:
— Как и мои сегодняшние лекции. А значит, мы вполне можем посетить обделенную вчера вашим вниманием «Мадемуазель».
Даниэла отрицательно качнула головой.
— Нет, я не могу. У меня много дел.
Этторе иронично улыбнулся.
— И, конечно, все они очень важные… Как и то, которое заставило вас убежать из бара, чтобы потом бесцельно слоняться по улицам…
Даниэла бросила на него раздраженный взгляд.
— Мои дела вас не касаются.
— Не спорю, — согласился Этторе. — Но сейчас речь не о вас. Я пришел сюда для того, чтобы поговорить о своем деле, — сделав ударение на предпоследнем слове, заявил он. — Вернее, для того, чтобы попросить вас помочь мне в нем.
Даниэла удивленно вскинула брови.
— Помочь вам? — недоверчиво переспросила она. — И в чем же?
— В прочтении письма, — спокойно ответил Этторе и, опережая ее ироничное замечание, объяснил, приподняв ноутбук, который держал в руках: — Мне прислали его из Базеля, оно на немецком, а я не силен в немецком языке.
— А с чего вы взяли, что в нем сильна я? — поинтересовалась Даниэла.
Этторе окинул ее внимательным взглядом.
— В том, что вы прилежная студентка, сомневаться не приходится. А тот факт, что вы учитесь на филологическом факультете, убеждает меня в ваших обширных познаниях из области иностранных языков… Взять хотя бы вашу беседу с тем парнем… На каком она была языке?
— На словенском, — немного помедлив, ответила Даниэла.
— Вот видите, я в вас не ошибся. Ведь не станете же вы утверждать, будто не знаете других языков, кроме словенского…
— Не стану, — согласилась Даниэла. — Но и переводить ваше письмо я тоже не намерена.
Она направилась было к лестнице, но Этторе преградил ей путь. Состроив укоризненную гримасу, он проговорил:
— Нет, вы определенно не знакомы с правилами вежливости… Уходите, не попрощавшись, да к тому же еще без всяких причин отказав мне в помощи… Придется мне обратиться к вашему преподавателю итальянского языка, чтобы он порекомендовал мне кого-нибудь повежливее… — Этторе махнул рукой в сторону распахнутой двери. — Если я не ошибаюсь, он еще не выходил из аудитории…
Даниэла оглянулась.
Боже мой, оттуда ведь еще не все студенты вышли, в панике подумала она. Если он спросит их о преподавателе, то они, конечно, скажут, что это я…
— Не стоит его беспокоить, он сейчас занят проверкой тестов, — поспешно оборвала она своего собеседника. — Я согласна вам помочь, только не мешайте ему.
Этторе удивленно качнул головой.
— Подумать только… Как вы заботитесь о своем преподавателе… Похвально, похвально… Надеюсь, при случае, мои студенты проявят по отношению ко мне такую же трогательную заботу.
Надеюсь, подобная глупость не придет им в голову, мысленно откликнулась Даниэла.
Этторе сделал глоток крепкого кофе и, с любопытством взглянув на монитор ноутбука, поинтересовался: — Ну что, вы можете мне рассказать, о чем там пишет Клаус?
Даниэла пожала плечами.
— Да можно сказать, ни о чем… По крайней мере, ни о чем важном. Сообщает, что сейчас у них в Базеле хорошая погода, что в настоящее время он работает над делом о банковских махинациях… — Даниэла немного помедлила, затем, устремив на Этторе пристальный взгляд, продолжила: — А также сообщает о том, что у Барбары все в порядке…
Этторе натянуто улыбнулся.
— Вот как? Значит, у них все хорошо? Ну что ж, это радует…
— А кто такая эта Барбара? Ваша девушка? — спросила Даниэла, по-прежнему не отводя от него пристального взгляда.
— С чего вы взяли? — с наигранным удивлением откликнулся Этторе.
Даниэла развела руками.
— Согласитесь, выглядело бы странно, если бы Клаус решил написать вам о своей девушке…
Этторе замялся.
— Барбара его двоюродная сестра, — наконец объяснил он. — Несколько недель назад я ездил в Базель в командировку и там познакомился с Клаусом, который в свою очередь познакомил меня со своей сестрой… Мы с ней просто знакомые, понимаете?
Даниэла утвердительно кивнула.
— Да, понимаю… И то, что этот Клаус тоже занимается разного рода расследованиями, я тоже поняла. Не могу понять только одного: почему для прочтения его писем вам требуется переводчик? Ведь, если вы познакомились с ним в командировке, то должны хотя бы немного знать немецкий… Ну или хотя бы английский, чтобы общаться с вашим приятелем на доступном вам обоим языке… Иначе, как же вы будете отвечать на его письма?
Этторе беспечно пожал плечами.
— Я пока еще не решил, что мне ему написать… Хотя, думаю, что в первую очередь мне необходимо его поздравить. Ведь он несколько месяцев назад стал владельцем собственного детективного агентства. А что касается языка, то работа отнимает у нас с Клаусом слишком много времени, которого не хватает на то, чтобы делать карьеру полиглотов. Поэтому Клаус, как и я, плохо знает английский, и совсем не знает итальянского. А я, как вы уже догадались, совсем не знаю немецкого…
— Но как же вы общались с ним в Базеле? — удивленно поинтересовалась Даниэла.
— При устном общении нам вполне хватало плохого английского и жестикуляции, — с улыбкой объяснил Этторе. — А вот с письменным, как вы сами понимаете, возникает много сложностей. Одна орфография чего стоит…
Даниэла улыбнулась в ответ.
— Почему бы вам в таком случае не оснастить свой ноутбук электронным переводчиком? Сейчас существует множество подобных программ…
Этторе бросил на нее взгляд, в котором ясно читались возмущение и упрек.
— Разве может электронная программа уловить все нюансы текста, который написал человек? Разве смогла бы она так же лаконично и в то же время полно, как вы, перевести мне это письмо?
Даниэла лукаво улыбнулась.
— Выходит, без меня вам никак не обойтись? — с притворным смирением поинтересовалась она, решив не расспрашивать своего собеседника о причине, по которой он пренебрегает общением со своим приятелем по телефону.
Этторе развел руками.
— Выходит, так, синьорина Ламбретти.
Даниэла немного подумала.
— А почему вы не обратились с просьбой о помощи к своим студентам? — поинтересовалась она. — Ведь наверняка кто-нибудь из них знает немецкий.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
