– Пускай вырывается, не держите в себе. Я работала школьной учительницей, – сообщила бабушка, загружая посуду в мойку. – Не такое слыхала. Да и супруг мой покойный, светлая ему память, уважал крепкое словцо.
– У северного леса всегда была дурная слава? – спросил внезапно Билли.
Бабушка задержала палец над кнопкой включения мойки.
– Не-ет, – протянула она. – Нет. На моей памяти даже в болоте никто не утонул. Хотя по лесу бродили люди, зачастую сильно пьяные. Грибов там много и рядом традиционное место для пикника. Но к болоту просто никто близко не подходил, там же делать нечего, да еще и москитов видимо-невидимо. А вот последнее время…
– Исчезла не только собака? – предположил я с замиранием сердца.
Очень мне хотелось ошибиться.
– Я думаю, лейтенант из-за этого так вцепился в Вильяма, – сказала бабушка. – Собака… С собаки началось. На следующий день в лесу потерялась девочка. Одиннадцать лет. Хорошая была девочка, Сара Сэйер, я ее знала.
– Но ребенок не может пропасть! – почти закричал Билли.
– Может, если его детский браслет не отзывается.
Билли как стоял, так и сел.
– Тоже пикник? – спросил я, стараясь не впечатляться.
– Нет-нет, все сложнее. Сару считали немного странной, родители даже показывали ее психиатру, но тот сказал, что все в пределах нормы. Она была довольно замкнутой и свободное время отдавала увлечению, которое тут принимали за пустую блажь. А из девочки мог получиться отличный эколог. У нее с раннего детства проявилась «зеленая рука». Слыхали? Так говорят про тех, кто умеет договариваться с природой. Сара держала мелких зверушек, прекрасно разбиралась в цветах и травах, даже мне иногда давала советы – видели мой садик? И много бродила по окрестностям. Пропадала в лесу подолгу. Это никого не пугало, ведь живем мы тут, в общем, по-деревенски. Любой школьник знает каждую тропинку в радиусе пяти, а то и десяти миль. И эти браслеты… Они здорово расхолаживают. Родители становятся беспечны…
Разумеется, подумал я, в детском браслете кроме навигатора и мини-кома еще целый диагностический комплекс и SOS-маяк. Одно название, что детский, на самом деле он военный. Вся разница, что с солдата его может снять командир, а с ребенка – мать или отец. Тут поневоле забудешь, как за отпрысками присматривать. Скоро такое неприкаянное поколение вырастет, нам не чета. Греги Вейланды в широком ассортименте.
Если браслет молчит, вероятно, он уничтожен. Сапогом его не раздавишь, молотком не разобьешь. Я представил себе медвежьи челюсти, сжимающиеся на тонком запястье. Бедная девочка.
– Интересно, – пробормотал Билли, – на собаке был маячок? Не догадался спросить.
– Я слышала, был. И он тоже не отвечает.
– Как узнали, что девочка пропала именно в северном лесу?
– Ее велосипед лежал под деревьями. И мать подтвердила. Лес прочесали очень тщательно. Обследовали болото с воздуха, но ничего не нашли. Это случилось… Сегодня был девятый день.
Мы с Билли переглянулись, и мне стало немного стыдно. Выдрючиваемся тут третьи сутки, а Сара… Да ну, глупости. Лейтенант не надеется отыскать ее живьем. Поэтому и не мобилизовал нас сразу, без уговоров. Лейтенант ищет останки. Или он думает, что ребенок в бегах?
– Дети иногда убегают из дома, – сказал я. – Умненькая скрытная девочка, о приватной жизни которой мало что известно… У нее могли найтись самые невероятные поводы инсценировать гибель.
– Я хочу еще кофе, мальчики, – сказала бабушка. – Сделать на вашу долю? А вы пока сообразите, как одиннадцатилетняя девочка заблокировала свой браслет. Это не каждый взрослый сумеет.
– Не дури, Ванья, хлоп твою железку, – посоветовал Билли. – Лейтенант уверен, что Сара погибла. Да весь город уверен. Иначе нас погнали бы на поиски еще в субботу. И ты сам знаешь, что в болоте сидит какое-то дерьмо.
– Если над болотом летали, то просканировали его насквозь, – продолжал упираться я. – Кстати, мэм Харт, а кто этим занимался?
– Сначала копы, потом спасатели.
– Слыхал, Билли? И тем не менее, ты уверен, что в болоте что-то есть, а, напарник?
– На все сто. А ты нет?
– На двести, – признался я уныло. – Черт возьми, до чего гнилое, тухлое, противное дело.
– Вы хорошо помните Сару Сэйер, мэм?
– Да, Вильям, – бабушка с готовностью повернулась к Билли.
– Не надо, не надо, – отмахнулся тот. – Девочка мертва. Ее не видно и не слышно. Искать будем завтра. Я сейчас не в той кондиции, да и ночь на дворе.
– А камень-то у вас не в руке, Вильям, – заметила бабушка. – Значит, когда он на шее, вы тоже с ним чувствуете связь?
– Разумеется, мэм. Я беру камень в руку, чтобы великий черный маг Вильям Мбабете производил впечатление посильнее. Не будь мы на связи постоянно… Вы же знаете, что случилось в пятницу. А камень висел на своем обычном месте. Простите за это напоминание, но уж больно пример… Живой и выпуклый.
Я припомнил выпуклости барышень Харт и чуть не облизнулся. С мордашками девицам не повезло, но все остальное выросло у них первый сорт.
Бабушка протянула кофе Биллу, и я вдруг понял – она смотрит на него с сочувствием.
– Бедный Вильям, – сказала бабушка. – Вы действительно несете это на себе как… Как…
– Как крест, – легко закончил Билли. – А хрен ли? Куда деваться-то? Досталось – неси… Ванья, ты чего там ищешь с таким энтузиазмом?
Я пристегнул ком обратно на руку.
– Прикинул по частотам, может ли какая-то техника глушить SOS-маяки детей и собак.
– Не может, – помотал головой Билли.
– Ты прав, это пустая идея. Их забьет любой движок с неисправным шумоподавителем. Но такое чудо тарахтело бы на всю округу. Его бы сразу нашли.
– Детектив прямо. Кто сидит в болоте?
– Пиявки и москиты. И завтра они тебя покушают.
– Соси бензин! – взвился Билли.
Как многие высокие сильные мужчины, выросшие на асфальте, Билли терпеть не может всякую кусачую живность.
Вторник. Утро
Спускаемся, позевывая, со второго этажа, а в гостиной лейтенант сидит, бабушкин кофе пьет.
– А где Кларисса? – спрашивает Билли.
Лейтенант от неожиданности давится кофе, проливает его себе на штаны, кашляет и пучит глаза.
Бабушка дает ему раскрытой ладонью по спине.
– Спасибо, мэм… – сипит лейтенант. Хватает салфетку и пытается оттереть кофе от штанов.
Я учтиво бормочу «доброе утро» и подсаживаюсь к яичнице с беконом.
– Если эта информация жизненно необходима вам, дорогой Вильям, – говорит лейтенант, неприязненно оглядывая Билли, – то докладываю: Кларисса в офисе, работает с документами. Чем будет заниматься потом, не знаю. Что ела на завтрак, не знаю. Какого цвета носит трусы, не знаю. С кем у нее сейчас роман, тоже не знаю. Еще вопросы?!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
