Армянские земледельцы довольно продуктивно на значительных площадях выращивали картофель. В конце 1850-х годов посев картофеля достигал 380 четвертей на площадях в 57–60 десятин. Полученный урожай составлял 3040 четвертей. Жители города выращивали фрукты, овощи. На небольших приусадебных участках в основном для личных нужд выращивали также арбузы, дыни. В Нахичевани и его окрестностях выращивали тутовые сады, однако среди горожан не нашло широкого применения шелководство и пчеловодство.
Особое место в Нор-Нахичеване занимало садоводство, виноградарство. Производство винограда было на таком уровне, что, помимо удовлетворения нужд личного хозяйства, его вывозили на рынок, из него изготовляли вино, водку. В 1828 году в округе насчитывалось 6430 виноградных лоз. В 1830 году число лоз достигло 10 050 штук.
Выращивались и тутовые деревья. В 1830 году насчитывалось до 70 000 деревьев. Во фруктовых садах города, сел, хуторов выращивались яблоки, сливы, груши, вишни, черешни, персики, абрикосы.
Глава 18. Городские ремесленники
Основными занятиями нахичеванцев были торговля и ведение ремесленнической деятельности. Выгодно используя предоставленные Екатериной II льготы, а также местные условия жизни, купцы Нахичевана организовывали не только в своем городе, но и в Ростове-на-Дону, в центральной России, на Кубани и Тереке, в городах Екатеринодар (ныне Краснодар), Ставрополь, Таганрог, Азов и Ейск торговые пункты по закупке местных товаров и продаже зерна, шелка, кожи, сала и иных товаров. Городские ремесленники занимались производством шелковых, шерстяных, кожевенных и прочих товаров.
Со временем создавались ремесленные цеха, в которых на собранные средства оказывалась помощь больным, инвалидам и нетрудоспособным членам цеха.
Во главе таких цехов обычно стоял главный мастер, который назывался голова или староста.
Купцы также создали свой цех. Они выбирали своего старосту сроком на три года. Цеха напрямую подчинялись магистрату.
В 1836 году был введен закон для вновь прибывших ремесленников в городе, которые должны были внести в казну города определенную сумму. Так, кожевник вносил двадцать рублей серебром, столяр — десять рублей, скорняк — рубль, подмастерья — 50 копеек. Постепенно в городе стало развиваться крупное предпринимательство.
В 1842 году мясники любезно обязались ежемесячно вносить в пользу города за каждого забитого барана одну копейку, а за крупный скот — один рубль. Те, кто пытались скрыть свои доходы, обязаны были вносить двойную сумму повторно. В случаях обнаружения обмана мясника лишали права заниматься ремеслом. Нор-Нахичеван по своей экономической мощи уже к 1840 году опередил такие известные города, как Херсон, Николаев, Мариуполь и ближнего соседа — Ростов-на-Дону.
Чалхушьян в своей книге о развитии торговли в Ростове-на-Дону пишет: «Город Ростов оглянуться не успел, как оказалось, что у нахичеванцев вдвое больше земли, а торговых точек вдесятеро больше. Деловая хватка, коммерческий напор нахичеванцев экономически поработили численно физически более сильного соседа Ростов. Мелкая или магазинная торговля в розницу была в жалком состоянии, и цены были столь высокими, что, несмотря на большие заработки, покупательская способность была низкой». Далее он пишет: «Старожилы помнят, в каком экономическом рабстве находился Ростов у соседнего города Нахичевани. Помнят, что здесь нельзя было найти самых обыкновенных товаров, необходимых в жизненном быту». Многие, еще в 90-е годы XIX века помнили, что если приходилось брать что-либо пудами или мешками, ездили в Нахичевань. Высвободился Ростов из этой зависимости с помощью тех же нахичеванцев, построивших магазины со складами в Ростове. В начале 40-х годов XIX века нахичеванцы стали строить лавки на левом берегу Дона. Там они перекупали все продукты, шедшие в Ростов из Задонья, а потом уже с наценкой сбывали на ростовском базаре. Таким образом, стоимость продуктов первой необходимости ползла вверх.
В 1850 году в Нахичевани действовало 35–40 цеховых организаций. Промышленность стала появляться на базе ремесленных цехов. Ремесленные мастерские постепенно расширялись, применяя механизированный труд, и переросли в мелкие фабрично-заводские предприятия.
В 1846 году Новороссийский генерал-губернатор запретил нахичеванцам строить лавки против Ростова, также были снесены лавки на левом берегу Дона. По объему торговли и промышленному производству, по благоустройству город стал третьим в стране и первым в южной России.
Рыболовство в 1840-х годах носило характер самообеспечения. Рыболовный промысел делается значительным с 1840-х годов. До этого времени Дон одевал, кормил, но не обогащал. Река Дон была богата таранью, сельдью, сазаном, рыбцом, бычком, красной рыбой — осетром, белугой, стерлядью. В зависимости от места рыбу ловили неводом и разными большими и мелкими сетями. Высококачественную красную рыбу — осетра, белугу, стерлядь — промышляли ловушками. Эта рыба изобиловала в Азовском море и устье Дона. Из осетровых готовили балыки, выделывали филейные части и их вялили.
Как купец А. П. Халибян имел в Константинополе постоянную торговую контору по продаже рыбы и черной икры.
С 1830-го по 1840-е годы в Нахичевань из-за границы, в частности из Голландии, были приглашены специалисты, которые обучали рыбному промыслу, технологии обработки рыбы. Роль рыбной промышленности в экономической жизни города Нахичевани была значительной. Рыба засаливалась, коптилась. Из рыбы получали икру, жир, клей, который применялся при освещении домов, улиц, а также в кожевенной и мыловаренной промышленности.
Улов рыбы семейства осетровых в 1858 году достигал 7200 кг, или 450 пудов. На посол и вяление шла белая рыба — тарань, чебак, чехонь, сельдь. Было поймано 3000 штук стерляди и 2500 осетров, 3000 судаков. В 1858 году улов составил 100 тысяч штук. Город имел четыре рыбных завода. Сумма вырученных за продажу средств составила 8600 рублей.
В донских степях выращивались великолепные овцы. Внедрение породистого овцеводства шло такими темпами, что за короткий промежуток времени к 1830 году 50 процентов ферм города имели уже породистых овец. Через 10 лет 40 процентов всего поголовья мелкого рогатого скота паслось в армянском округе. Что примечательно: в 1850 году — 50 процентов овец были испанской и других продуктивных пород.
Нахичеванские бойни появились в городе еще в 1811 году. Располагались они севернее двух кладбищ — в овраге Безымянном. Там же постепенно образовался поселок, принадлежавший армянам-скотопромышленникам. Здесь самой природой были созданы благоприятные условия для проведения подобных работ. В балку можно было без труда загнать значительное стадо, а родниковые источники облегчали работу разделочным, шерстемоечным, салотопенным цехам, называемым салганами. Здесь же были построены хибары, в которых жили рабочие. Постепенно этот поселок стал называться Собачьим хутором, ныне это улицы Матросская и Клубная, что на Сельмаше, в районе областной больницы № 2.
Сезон салганов (сальника) открывался 1 октября торжественным обрядом — выполнением традиционного ритуала с участием высшего руководства города. Устраивались пышные обеды в одном из салганов с участием всех слоев населения города. Громко звучала национальная музыка даул-зурна. Ежегодно, в течение двух месяцев забивалась и обрабатывалась часть овечьего поголовья. С каждой овцы получали жира на сумму до трех рублей, овчина стоила полтора рубля, мясо — рубль. Уже в 1862 году насчитывалось до 80 тысяч овец, с которых было получено сало на 250 тысяч рублей. Появились предприятия по производству воска, восковых свечей, мыла. Стала налаживаться заводская обработка туш овец, кожевенное производства, выделывался высококачественный сафьян. Из шерсти производились валенки и войлок, а из кишок изготавливали струны для музыкальных инструментов, оболочки для изготовления колбас. В 1830 году на трех заводах работал 81 котел. Ими было выработано кожи из 1150 шкур крупного скота, произведен красный сафьян из 3000 и черного из 1000 козьих и овечьих шкур, что вылилось в сумму 27 826 рублей.
В 1830 году шкура крупного рогатого скота продавалась по 11 рублей за штуку, а обработанная — по 13 рублей. Красная козья шкура оценивалась в 2 рубля 50 копеек, а обработанная — в 3 рубля 50 копеек.
После разделывания бараньих тушек на салганах ребятишки любили играть в гайданы (годж). Они собирали небольшие костные образования суставных поверхностей задних ног барана, которые легко помещались между большим и указательным пальцами правой руки. Каждой поверхности гайдана были даны названия: чик, пик, тала, арца. Подростки у заборов очерчивали кон, в котором выстраивали ряд гайданов. Игра заключалась в том, чтобы с расстояния 5–6 шагов от кона гайданом можно было разбить выстроенный ряд. Поверженные гайданы забирались победителем. Иногда поверх ряда гайданов накладывались монеты. Сброшенные монеты доставались победителю.
