class="p1">– Ты думаешь, панцирь черепахи сохранился в том же виде, что и был в мезозое? Как воротник цератопсов?
– Мне кажется, что он стал даже ещё более прочным – сколько им пришлось пережить за всё это время!
– Закалился, что ли?
– Типа того… А ты закаливаешься?
– Конечно! Каждое утро влажные обтирания махровой рукавичкой. А ты?
– Я-то? Да, вот, как-то, знаешь…
– Ничего, я тебя научу, это не страшно! У тебя же найдется махровая рукавичка? Ну, или полотенце сойдет, на крайний случай.
– Конечно, найдём что-нибудь.
– Ты знаешь, а ведь детские мечты – они сбываются. Обязательно. Даже если кто-то давно перестал быть ребенком. Евгения Валерьевна говорит, что если верить хотя бы в это, то жизнь вдруг окажется не такой уж и пластилиновой, – сказал Ваня и улыбнулся.
Новогодняя ёлка щедро дарила свой свежий и ни с чем несравнимый аромат – запах загаданных и исполненных желаний.
ЯМОГУЧА
– А я тоже так умею!– сказал Никита строителю.
Строитель посмотрел на него с некоторым сомнением. Мальчик был сыном хозяина квартиры. Он стоял уже минут пять возле двери в комнату, где заканчивался ремонт стен, наблюдая через прозрачную пластиковую завесу, как Николай ровным тонким слоем наносил белую шпатлёвку на очищенную от старых обоев поверхность.
– Ты тоже строитель?– улыбнулся Николай.
– Ещё нет, но тоже могу вот так… – и Никита показал рукой в воздухе, как шпателем наносится белая тягучая масса на стену и красиво растирается по неровной потрескавшейся штукатурке.
Ему очень нравилось, как у Николая получается: быстро, точно и правильно. Все трещинки, выпуклости и ямочки скрывались под этой ослепительно белой мягкой, похожей на зефир, пасте. Стена выглядела ровной, как скорлупа куриного яйца.
– Можно мне попробовать?
– Чего ж пробовать, если ты и без того умеешь? – спросил Николай.
– Я просто давно не делал, – ответил Никита.
На самом же деле последний раз, когда он что-то делал похожее с пластилином на виниловой подстилке, было ещё в детском саду – они лепили домашних животных, и как Никита ни старался тогда, кроме пупырчатой лепёшки с неровными краями и крошечными дырочками в самых неожиданных местах, у него ничего не выходило. Когда он представил свою работу воспитательнице, Мария Александровна была очень озадачена, рассматривая на свет Никитино изделие.
– Ну ж что же, Никита, это очень похоже на рыбу – камбалу, – сказала тогда она. Дети весело засмеялись, но зато теперь он точно знал, что камбала – это такая плоская рыбка с парой глаз на одной стороне.
– А у вас есть ещё одна такая же железяка с ручкой? – спросил Никита у строителя.
– Это называется шпатель, – ответил Николай, – у меня их целых три, все разных размеров.
– Дадите мне помазать?
– А если испачкаешься? Думаю, бабушка твоя не разрешит.
– А я сейчас спрошу у неё! – Никита побежал по коридору в комнату, где бабушка готовила ему праздничный костюмчик.
Он остановился на пороге, посмотрел на свои чистые, опрятные шортики и весёлую оранжевую футболку с пляшущими разноцветными человечками, и подумал, что, наверно, не стоит спрашивать у бабушки – он же аккуратно всё сделает: помажет немного шпателем по стене, выровняет, и ни капельки не упадёт на его одежду – чего зря бабушку беспокоить? Он походил немного по комнате, поговорил с бабушкой про предстоящий новогодний карнавал, и вновь направился по коридору, обратно к своей цели.
У заветной комнаты он остановился – защитный прозрачный экран был задвинут, и строителя внутри не было. Он услышал, как Николай на кухне возится с микроволновой печью – готовит себе обед, наверно. «Вот и чудненько!»– подумал Никита и медленно, чтобы не нашуметь, проник в комнату.
Внутри стоял неприятный, немного кисловатый запах, и поначалу ему даже пришлось прикрыть нос ладошкой. Осмотревшись, он направился к большому белому ведру с этим несъедобным зефиром, где рядом на клеенчатой подстилке лежали два шпателя. Он сперва выбрал тот, что побольше. Николай его тщательно протёр после использования, и его металлическая поверхность сияла так, что Никита увидел в ней своё отражение.
– Какой красивый, – прошептал Никита.
Он присел на корточки рядом с ведром, снял крышку и запустил в белую, похожую на творожный сырок, пасту свой инструмент. Шпатель легко вонзился в строительную смесь, но вот вытащить его назад, нагруженным раствором, оказалось не так-то просто – в песочнице Никите это удавалось куда легче! Но песок был сыпучим, а этот материал – тягучим. Никита поднатужился, и полный шпатель от резкого высвобождения от остальной массы бодро выскочил из ведра – да так бодро, что все его содержимое разом выплеснулось на стену, и брызги от неё тут же отскочили и на Никитино лицо, и на руки, и на весёлую футболку с пляшущими человечками.
Мальчик озадаченно посмотрел на своё творение: на стене это уже не выглядело так же красиво, как прежде, когда это делал Николай.
– Сейчас исправим! – успокоил он себя и принялся за работу.
Размазывание по стене, однако, тоже давалось ему с трудом. Шпатель оказался тяжелым, а паста – не такая уж и липкая, и её нужно было с силой прижимать к стене, чтоб она не отваливалась тут же, падая комками на пол.
После нескольких мазков Никита убедился, что занятие это вовсе не так интересно, как ему показалось вначале. Он положил инструмент, критично осмотрел результат своей работы и подумал, что, пожалуй, лучше ему пойти погулять на улицу.
Во дворе, на спортивной площадке, мальчишки играли в хоккей, и он подбежал ближе, чтобы посмотреть. Витька с соседнего подъезда ловко обработал шайбу, отдал пас Славику с третьего этажа, тот быстро пробежал немного вперёд, вернул шайбу Вите, и тот одним ловким движением клюшки отправил её в сетку ворот, которые защищал Арсений с соседнего двора.
– Гооол!!! – закричали все игроки отличившейся команды.
Это было так захватывающе, что Никита на секунду представил себе, будто это он виртуозно расправляется с противником и забивает победный гол, и все бросаются его поздравлять, и он – герой. Ура! Здорово!
И чем же он хуже этих мальчишек?
– И я тоже умею! – вскрикнул он под наплывом желания проявить себя на хоккейной площадке.
Мальчики оглянулись на него. Витя сказал:
– Ну, тогда давай выходи за нас играть, нам как раз одного не хватает. Вон свободная клюшка…
Никита с энтузиазмом перемахнул через деревянное ограждение, и встал с клюшкой в нападении. Он внимательно следил за шайбой, которая перемещалась пасами у команды соседнего двора, и даже попытался отобрать её у соперника, но это ему не удалось, и он
