Кстати, Фридрих Ницше в своё время писал созвучное: «Не спрашиваю, «от чего» ты свободен, спрашиваю — «для чего».
Вопрос вопросов именно в этом — для чего? И более конкретно — для какого класса? «Вы забыли мелочь, — напоминает Ленин автору статьи, — совсем малюсенькую мелочь, именно: мировую буржуазию и её «свободу» покупать себе газеты, покупать себе центры политической организации… «Они» богаче нас и купят «силу» вдесятеро большую против нашей наличной силы. Нет. Мы этого не сделаем, мы всемирной буржуазии помогать не будем».
Именно в этом ленинском письме содержатся широко известные строки о «свободе печати» в капиталистическом обществе: «Свобода печати во всём мире, где есть капиталисты, есть свобода покупать газеты, покупать писателей, подкупать и покупать и фабриковать «общественное мнение» в пользу буржуазии.
Это факт.
Никто никогда не сможет его опровергнуть».
Ну пусть хоть один мыслящий человек в сегодняшней капиталистической Украине попробует опровергнуть этот тезис. И тем не менее миф о свободе слова как об абсолютной ценности настолько живуч и моден, что вполне могут показаться неожиданными и вызвать недоумение противоположные мнения авторитетных и достойных людей.
Вот, к примеру, наш современник Том Стоппард, которого называют не иначе, как «живым классиком английской драматургии», «великим современным драматургом», отметив в интервью «Известиям» (09.10.2007 г.), что «каждый британский интеллектуал пьёт из источника русской культуры», с пониманием подчеркнул: «Белинский одним из первых понял недостаток жизни в полной свободе, которая может обернуться хаосом. Свобода мнений глушит главные голоса эпохи».
Более крепкие определения, чем «хаос», применил по отношению к нынешнему разгулу свободы Иван Марчук, совершенно удивительный украинский художник, имеющий мировое имя. После долгих лет эмиграции (с 1969 года) он вернулся на Украину. Отвечая на вопрос о переменах в жизни, последовавших после «оранжевой революции», художник был резок: «Что касается свободы — её на Украине сейчас намного больше, чем требуется. Свобода на Украине — это абсолютный и всеобъемлющий дурдом и бардак» («Высокий Замок», 20.11. 2008 г.).
Юрий Бондарев, выступая в 1988 году с провидческой речью на XIX Всесоюзной партийной конференции (многие, наверное, помнят, как после этого выступления коршунами обрушились на писателя сонмища «демократов» за его сравнение перестройки с «самолётом, который подняли в воздух, не зная, есть ли в пункте назначения посадочная площадка»), предостерегал: «На самом деле «прорабы перестройки» исповедуют главный свой постулат: пусть расцветают все сорняки; только при хаосе, путанице, неразберихе, интригах, скандалах мы сможем сшить униформу мышления, выгодную лично нам».
В насаждении хаоса (бардака, дурдома, путаницы, неразберихи) и в формировании из хаоса новых «ценностей» главным орудием пропаганды этих «ценностей» являются, конечно же, средства массовой информации.
Сегодня во Франции «изобретателем пропаганды» называют Наполеона из-за того, в частности, что он, полководец, был убеждён: «Одна газета может сделать больше, чем стотысячное войско».
Тогда, 200 лет назад, в наполеоновские времена, как и 100 лет назад, когда Ленин настоятельно занимался организацией марксистской печати, ещё не было известно радио как всеохватное средство массовой информации…
На Нюрнбергском процессе обвиняемый Шпеер, бывший министр вооружений гитлеровской Германии, выступая с заключительным словом, объяснил, почему, по его мнению, германский народ в своей массе пошёл за Гитлером: «С помощью таких технических средств, как радио и громкоговорители, у восьмидесяти миллионов людей было отнято самостоятельное мышление».
Тогда в распоряжении Гитлера и его министра пропаганды Геббельса ещё не было телевидения — этого «технического средства», способного несопоставимо более мощно и изощрённо, чем радио, отнимать при надобности у масс «самостоятельное мышление»…
Интересное признание сделал главный редактор российской «Независимой газеты» (ныне — главный редактор журнала «Политический класс») Виталий Третьяков: «Будь у коммунистов хотя бы один телеканал, то на выборах в Госдуму 12 декабря 2003 года они смогли бы набрать не менее 60% голосов». На самом деле КПРФ набрала тогда около 13% голосов. Здесь, в высказывании В. Третьякова, содержатся и оценка высокого соответствия программы КПРФ реальным, насущным ожиданиям народа, и подтверждение ленинского положения о том, что «свобода печати» в обществе, где есть капиталисты, есть свобода «фабриковать «общественное мнение» в пользу буржуазии».
Не менее выразительные выводы можно было сделать и из любопытных прогнозных оценок влиятельного мозгового центра США «Фонд наследия» («Хэритидж фаундэйшн») относительно выборов на Украине. Центр готовит аналитические и рекомендательные материалы для американских политиков и президентов. Так вот, аналитики фонда оценивали в 1993 году, какие финансовые затраты понадобились бы различным политическим силам Украины для достижения победы на выборах, если бы таковые в тот год состоялись. Для левых партий была названа сумма в 15 млрд. карбованцев. Понятно, что у левых такой суммы не было, но речь ведь шла об умозрительных, абстрактных, хотя и обоснованных оценках. Для того чтобы победил правоцентристский блок «Нова Україна», потребовались бы, по оценкам американских экспертов, гораздо большие усилия по обработке общественного мнения, которые потянули бы за собой затраты в 450 млрд. карбованцев (превышение над затратами для победы левых — в 30 раз). А вот если бы капиталистам понадобилась тогда победа правонационалистических партий (Руха, Украинской республиканской партии и др.), то они, капиталисты, должны были бы раскошелиться на умопомрачительную сумму в 3,5 триллиона карбованцев (превышение над затратами для победы левых — в 200 раз), чтобы заморочить головы электората и чтобы довести электорат до нужных кондиций — до массового желания голосовать за националистов.
Американские эксперты своё дело сделали — вот, мол, вам прейскуранты, взвешивайте, приценивайтесь, оплачивайте: деньги, при необходимых объёмах их вливаний, могут решить всё. Само собой, что в комплексе оплачиваемых мер по формированию общественного мнения первенствующая роль отводилась бы средствам массовой информации. Деньги и СМИ. «Современным миром, — пишет Юрий Бондарев, — правят два идола: власть денег и власть прессы в любовном соитии с телевидением». Именно давящее всевластие этих «двух идолов» поразило Александра Зиновьева, когда он, выдворенный в брежневские годы из СССР, стал жить в ФРГ. Он писал оттуда: «Я думал: на Западе демократия и всё такое. Но теперь-то я вижу, что здесь я раб, а на Родине был свободным человеком. Я — раб СМИ и раб банковской системы. Западное общество — это прежде всего общество денежного тоталитаризма».
Тему «На Западе демократия и всё такое» развивал в 1996 году перед украинскими журналистами приехавший как раз из ФРГ федеральный председатель Союза журналистов Германии Герман Майн: «Журналисты в Германии могут не любить политиков смело, поскольку финансово от них никак не зависят. Вся пресса в Германии частная, а частные СМИ живут за счёт рекламы. Все понимают, что реклама — залог существования газеты, её независимости от властей предержащих». В конце выступления Г. Майн всё-таки упомянул существенное: «Ради справедливости нужно признать, что реклама даёт другую зависимость — от рекламодателя» («Киевские ведомости», 11.09.1996 г.). Почему он не упомянул о зависимости журналистов от владельцев частных изданий, остаётся загадкой.
На Западе о зависимости от рекламодателей говорят образно: «Журналисты — люди, которые пишут статьи на обратной стороне рекламных объявлений». Частные СМИ на 70–80% существуют за счёт рекламных объявлений. Реализация тиража через подписку и продажи в розницу даёт оставшиеся 20–30% дохода.
Насколько сильна «другая зависимость», т.е. зависимость от денежного рекламодателя? Можно привести большое количество примеров, иллюстрирующих силу подобной зависимости, но я остановлюсь только на одном. Во-первых, потому что рассказал о нём В. Познер. Во-вторых, потому что рассказал о нём В.Познер. И, в-третьих, потому что рассказал о нём В. Познер. Тот самый Владимир Познер, известный телеведущий, президент Российской телеакадемии, который с безнадёжной печалью в глазах всё поучает и поучает «совков», всё подтягивает и подтягивает нас до понимания ценностей «цивилизованного мира» — демократии, свободы слова, прав человека и т.п.
